15 мая состоялась пресс-конференция первого заместителя руководителя Минатома Л.Рябева. В саровской командировке Лев Дмитриевич занимался перспективами развития РФЯЦ-ВНИИЭФ. Есть ли единство во взглядах на перспективы института у руководства министерства и РФЯЦ-ВНИИЭФ, - на этот вопрос Л.Рябев ответил утвердительно. Время идет, а в институте как-будто ничего не происходит: все так же выдают авансы вместо зарплаты, как и в прошлом году. Единственное отличие: не предвидится губернаторских выборов, а значит надежд на летние выплаты долгов по зарплате очень мало. В ответ на это замечание Л.Рябев сказал, что трудно что-либо предпринимать в одном отдельно взятом институте, когда в целом по стране идет падение экономики.
- Правда ли, что ВНИИЭФ ждет судьба заштатного казенного завода?
- Нет. Мы считаем, что ВНИИЭФ - это национальный научный центр. Более того, это центр, который разрабатывает и поддерживает наш ядерный потенциал. Причем достижения ВНИИЭФ ценятся не только на нашем Российском научном рынке, но и за рубежом.
Целый ряд открытых гражданских направлений, по которым работает институт, уникален не только для России, но и для других стран с близким научно-техническим потенциалом. ВНИИЭФ, я подчеркиваю, - наша гордость. Он живет и будет жить, занимаясь научными проблемами, помимо специальных ядерных.
- Каковы результаты инвентаризации кредиторской задолженности федерального бюджета по гособоронзаказу?
- Финансово-хозяйственную деятельность института нельзя признать удовлетворительной. Не только потому что есть задержки, сбои в финансировании по линии государственного оборонного заказа. Как бы ни было плохо с государственным оборонным заказом, надо жить по тем средствам, которые выделяются. А сегодня, если взять задолженность перед институтом и задолженность института, то расходы превышают доходы, которые получены из бюджета. Положение, я считаю, надо исправлять, но не без нашей помощи.
В чем частично вина центра? Не предоставляет вовремя финансы - институту приходится брать кредиты и платить проценты. Но бюджет не покрывает эти проценты. Получается дисбаланс.
Мы думали, что в 1998 году появится возможность исправить положение у института, потому что объем финансирования, несмотря на все сложности с федеральным бюджетом (который, как вы знаете, сокращается на 26%), будет выше, чем в 1997 году. Долги отдавать надо, в том числе и банкам, и мы постараемся институту в этом помочь.
- На колдоговорной конференции Р.Илькаев говорил, что налоговое бремя непосильно для института. Будет ли в этом направлении что-то сделано?
- Институт живет как хозяйственная структура, которая имеет свой баланс, свои доходы, расходы. Живет как самостоятельное предприятие. Могут быть другие подходы. Раньше, когда я здесь работал, мы были на смете. Прибыли у нас не было. Нам государство четко говорило: на зарплату столько-то, на оборону столько-то, на установки - столько-то. Мы и сегодня, и вчера обсуждали этот вопрос. Остаться ли ВНИИЭФ самостоятельным хозяйствующим субъектом с соответствующим налогообложением и отчислениями, или перейти на смету. Вопрос открытый. Если не будет доброй воли института, мы заставлять переходить на иную хозяйственную схему не будем.
С одной стороны, отчисления в бюджет довольно-таки приличные, с другой стороны, по закону о ЗАТО эти отчисления остаются городу. Стоит подумать, может быть, так и оставить?
- Удовлетворено ли обращение Минатома к правительству о возвращении 52 миллиардов старых рублей за торговлю низкообогащенным ураном?
- За проданный в 1997 году низкообогащенный уран деньги пришли в первом квартале 1998 года. Мы считали, что эти средства должны пойти на покрытие долгов за 1997 год по гособоронзаказу. Вопрос решается положительно. Но эта сумма все бюджетные долги Минатома не покроет, потому что долг на 1 января 1998 года составил 2,8 трлн неденоминированных рублей. После неоднократнных обсуждений руководителей Минфина и Минатома появился протокол, в котором расписано за счет каких источников будут погашаться долги. Мы считаем, что окончательно рассчитаться за 1997 год сможем в августе 1998 года.
- Вы не могли бы назвать точную цифру задолженности ВНИИЭФ по зарплате на сегодня?
- По моим данным, это примерно 75 млн новых рублей. Около 50 млн - долги за 1997, остальное набежало в этом году.
- Ходят слухи о предстоящих сокращениях сотрудников ВНИИЭФ. Вы можете это прокомментировать?
- Для выполнения гособоронзаказа нынешней численности сотрудников не требуется, ни на заводе "Авангард", ни во ВНИИЭФ. Помимо решения нашей главной задачи, мы обязаны проявить заботу о тех, кто не будет работать по основной тематике. Мы не собираемся устраивать каких-то массовых увольнений. Задача состоит в том, чтобы привлечь различные средства, начиная с бюджетных, и кончая средствами внешних инвесторов в том числе, за счет инвестиционной зоны, чтобы создать рабочие места, или на самом предприятии для выпуска гражданской продукции, или в виде отпочковывания каких-то структур, акционерных обществ, самостоятельных подразделений.
По словам Л.Рябева, в пропорциях это может выглядеть примерно так: 60% по-прежнему будут заниматься выполнением гособоронзаказа по ядерной тематике, еще 10% займутся неядерным гособоронным заказом, остальных - предстоит перевести на открытую гражданскую тематику.
- Ходят слухи о том, что сюда хотят вкладывать деньги западные инвесторы, в том числе американцы.
- В марте мне пришлось побывать в Вашингтоне. Мы работали в составе комиссии Черномырдина-Гора. Когда мы встречались с министром энергетики США, этот вопрос обсуждался. Речь шла о конверсии в закрытых городах. От имени руководства Минатома я ему сказал, что мы всячески приветствуем такие шаги. Оформлен соответствующий меморандум по этому вопросу, подписанный главой Минатома и министром энергетики США. Нас приглашают на семинар в Хьюстоне. На днях В.Жигалов выезжает в США, в частности, будет обсуждать и эти вопросы. Мы считаем, что и это направление надо использовать. У меня никаких опасений в связи с этим нет, я считаю, что с умом можно провести любую работу. Просто надо соответствующе действовать, готовиться, защищать, с одной стороны, свои военные секреты (они прекрасно понимают, чем мы занимаемся), с другой стороны, надо использовать те возможности, которые при этом открываются.
По мнению Л.Рябева, точку в процессе разоружения можно будет поставить тогда, когда все специалисты будут трудоустроены. Когда создавали МНТЦ, тоже возникал вопрос о распродаже мозгов по дешевке, но это для специалиста лучше, считает Л.Рябев, чем сидеть вовсе без работы и терять квалификацию.
Льва Дмитриевича спросили и об отношении министерства к борьбе за сохранение инвестиционой зоны. Смысл его ответа сводился к тому, что город находится на правильном пути. Издержки могут быть, но важно не упустить главное. Министерство полностью "за". Недавно проводилась встреча с мэрами закрытых городов, на которой детально обсуждалось, как развивать все это дальше. Руководство Минатома идет в одном строю с мэрами закрытых городов, взаимодействуя с Госдумой. При необходимости будут внесены определенные поправки в те документы, которые сейчас готовятся, а возможно, и в закон "О ЗАТО".
- Все руководители, начиная с директора. В первую очередь, это забота директора, но и наша, во вторую. Мы не отделяем себя от того, что здесь происходит.
О "ВНИИЭФ-Конверсии". Мы несколько часов посвятили заслушиванию руководителей конверсионных производств и самого фонда. То, что уже появилось, требует заботы, внимания и максимальной поддержки. Масштабы здесь назывались такие: в этом году возможно привлечь на конверсионные дела от 100 до 200 млн рублей. Это позволит загрузить уже в этом году многие-многие сотни людей.
- Вчера вы слушали отчеты двенадцати руководителей конверсионных предприятий, какие из них вам показались наиболее перспективными. Достаточно ли заметна их доля в жизни ВНИИЭФ?
- Вода камень точит, как говорится. Так что по капельке можно насобирать ... На меня хорошее впечатление произвело производство нормалей (крепежа для автомобилей, химической и пр. промышленности). Действительно создано несколько десятков рабочих мест, стоят станки, оборудование. Главный конструктор Нижегородского завода нормалей здесь же находится. И все свои идеи, ноу-хау по созданию новых конструкций крепежа он передает сюда, чтобы двигаться дальше. Они делают уникальный титановый крепеж, на который есть спрос на международном рынке. Кроме того, продукция конкурентоспособна. К концу года реально создание сотни рабочих мест.
Например, алмазно-бриллиантовое производство, на котором создаются новые участки. Это тоже сотни рабочих мест. Я думаю, что через год это предприятие будет полностью самоокупаемым.
Кроме того, производство элегазового оборудования, которое проектирует Коллонтай на базе научно-испытательного комплекса, имеющегося во ВНИИЭФ. Это оборудование имеет огромный рынок сбыта у нас в России. Но, к сожалению, процесс его проектирования затянут. Мы посмотрели по потребностям - оно по объему выходит на многие сотни миллионов рублей. Это тысячи рабочих мест.
Я не нашел ни одного бесперспективного направления. Есть маленькие, на которых занято пять человек, где-то - сотни, но все надо поддерживать.
- Его вчера было прекрасно. Сегодня положение хуже. Прошлись мы по всем цехам. Многие из них, созданные когда-то для специальных целей, пустуют, стоят. Конечно, возникает вопрос, как рационально использовать кадровый потенциал, тех опытных специалистов, которые на заводе есть, и те мощности, которые были созданы. Мы договорились взять курс на сближение завода и института, на усиление кооперации, на взаимопомощь, на поддержку. На получение заказов от ВНИИЭФ по целому ряду научно-технической продукции и по неядерным вооружениям. В целом положение у завода сложное, трудное. Чтобы нормально жить, ему надо увеличить за пару лет объемы как минимум в полтора раза. Вчера выступали молодые руководители, назначенные на конверсионные производства. Они называли смелые цифры, говорили, что собираются увеличить объемы гражданской продукции с 50 млн рублей до 150 миллионов в 2000 году. Если они на эти цифры выйдут, а мы им будем помогать, естественно, экономическое положение на заводе будет улучшаться. В целом я бы пожелал коллективу и руководству завода более энергично вести работу по конверсионным направлениям.
С другой стороны, есть возможность за счет кооперации с ВНИИЭФ загружать специальное, так называемое второе производство. Для этого надо не бояться убирать перегородочки, которые еще существуют, терять самостоятельность в целом ряде вопросов. Исходить надо из главного - необходимости рационально использовать те мощности, которые здесь есть, в интересах страны и жителей города, которым нужна зарплата, нужны перспективы. Возможности есть, но пока должной активности нет. Время ожиданий кончилось.
Аппарат министерства, по словам Л.Рябева, будет сокращен значительно серьезнее. Двадцать семь человек мы еще как-нибудь бы пережили, признался Лев Дмитриевич. Стало ясно, что перемены происходят болезненные.
Настроение посетить Саров у С.Кириенко, действительно, есть. Появится ли возможность, мы скоро узнаем.
С.Крысов занимается вопросами привлечения инвестиций в отрасль. Кроме того, на него возложена обязанность повысить уровень собираемости денежных средств с потребителей продукции атомных станций. Сейчас за продукцию АЭС министерство получает живыми деньгами только 6-8%. Остальное приходится добирать бартером, векселями и другими суррогатами.
- Как сказал министр на коллегии, если оправдает он (С.Крысов - О.З.) доверие - будет двигаться дальше, - поделился в заключении с журналистами Л.Рябев тайнами мадридского двора.