26 апреля, в день годовщины чернобыльской аварии, группа ростовских студентов-активистов прошла по Большой Садовой с десятиметровым плакатом «Мой город — безъядерная зона!». Экологические движения протестуют регулярно: сначала против пуска Волгодонской АЭС, после ее пуска, например, против ввоза в Россию отработанного ядерного топлива (ОЯТ), которое транспортируется в конечный пункт — Челябинскую область — по железной дороге, проходящей в том числе и через Ростовскую область. В этот раз они задались и более практическими вопросами, обнаружив проблему: случись на Волгодонской АЭС какая-либо авария, ростовчане просто не будут знать, куда бежать и что делать.
Во время шествия демонстранты провели опрос прохожих. Из 360 жителей города 72,77% уверены в том, что авария, подобная чернобыльской, может повториться на любой АЭС. 89,72% от всего количества опрошенных считают близкое местоположение Волгодонской АЭС к городам потенциальной опасностью. Но только 3% знают о планах эвакуации во время аварии на АЭС и помнят, какие действия необходимы в этот момент.
За месяц до этого события студенты обратились в мэрию, областную администрацию, областной и городской центры МЧС с просьбой предоставить информацию о планах эвакуации на случай аварии (все-таки Волгодонская АЭС близко).
— Я училась в 11-м классе, когда прошел слух, что на Волгодонской АЭС что-то рвануло. Нас вывели из школы и заставили выпить по стакану воды с огромным содержанием йода. Многие горло себе обожгли. Потом выяснилось, что йод в таких количествах и не помогает, и не усваивается. Это показывает, что люди просто не знают, что делать в таких ситуациях, и пользуются какими-то бабушкиными методами, — говорит один из организаторов акции Наталья Антипина. — Мы хотели выяснить, интересует ли эта проблема администрацию. Городская администрация нам просто не ответила, областная перенаправила в МЧС.
В центрах МЧС энтузиастам порекомендовали обратиться в учебно-консультационный центр гражданской обороны по месту работы или, для пенсионеров и неработающих, в ЖЭУ. Дело в том, что в каждой организации учить сотрудников действиям в случае радиационной опасности должен ответственный по ГО. В небольших структурах это чаще всего тот же, кто отвечает за противопожарную безопасность, например директор. А в ЖЭУ должны быть доступны брошюры с инструкциями по поведению в чрезвычайных ситуациях.
Теоретически все ясно: в системе МЧС есть учебные курсы со штатом преподавателей, готовых рассказать, что пить обычный раствор йода в большом количестве — это нонсенс. В районных администрациях должны быть списки предприятий района и план, какие из них должны в этом году проходить обучение (пятидневный курс раз в пять лет). Однако тут же эмчээсовцы сами признают: теория — это одно, а жизнь — другое. Из шести разных компаний, опрошенных N (от производителя медтехники до кинотеатра), ни в одной и не догадываются, что есть такая должность и такие обязанности. Такой опрос на социологическую точность претендовать не может — на крупных производствах ситуация другая, — но подтверждает данные о 3% осведомленных.
В МЧС приводят аргумент: очень трудно уследить за маленькими фирмами, которые то возникают, то исчезают, то меняют адреса. Ни одна из опрошенных фирм за последние годы реквизиты и адрес не меняла.
Есть еще один аспект. «Без диктофона» офицер Южного регионального центра МЧС пояснил корреспонденту N: хотя директора предприятий или специально назначенные сотрудники и обязаны проходить обучение по гражданской обороне, МЧС не имеет надзорных и контрольных функций. То есть, в отличие от пожарной инспекции и Госсанэпиднадзора, не может штрафовать необучившихся и тем самым стимулировать их гражданское самосознание. Будь у него эти функции, предприниматели бы не обрадовались, как зачастую не радуются сейчас пристальному вниманию пожарных инспекторов.
— Если вдруг вы сами захотите пройти обучение, обращайтесь в управление ГО и ЧС города, — говорит Вадим Капитонов, начальник оперативного отдела областного департамента по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций.
На вопрос, а что же именно надо делать в случае радиационной опасности, даже специалисты отвечают нечетко. Основным правилом остается профилактика специальными йодными препаратами и максимальное ограничение выхода на улицу. В Ростовской области есть убежища, но они созданы не именно против радиации, и они не для всех, а только для тех, кто останется в зоне и будет работать, и в боеготовность эти убежища приводятся не мгновенно, а за 12 часов. Как известно, самую опасную дозу радиации население пораженного региона получает за первый час после аварии.
Пока единственное, что работает отлаженно, — это система оповещения. Есть прямой канал связи между ВоАЭС и региональным центром МЧС. Дежурный получает сигнал, включает систему оповещения и зачитывает определенный текст. Учебная сирена звучит ежемесячно. Те, кто хочет заранее ознакомиться с текстом, звучащим в случае аварии на АЭС, могут включить на эти пятнадцать минут телевизор или радиоприемник. Внутренняя справка областного департамента по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций гласит, что в области устанавливается новая аппаратура оповещения и вскорости нас можно будет оповещать об опасности через уличные громкоговорители. Хорошо бы, чтобы не пригодилось. Юлия Уракчеева
|