Еще
Чехов предупреждал, что пустые бочки гремят
громко. Для дела нужны тишина и
сосредоточенность, а не назойливая
самореклама, в которую уходит весь пар. Наш
городской музей работает тихо. Спокойно и
деловито он привез седьмую (!) выставку из
цикла «Нижегородские художники». Это
живопись и графика Сергея Сорокина.
Вернисаж прошел 25 декабря. Было настолько тепло, душевно и непринужденно, что под песни Владимира Тиунова у кое-кого из публики заблестела слеза. Выстроить общение на вернисаже как арт-факт надо уметь, и Нина Леонидовна Остриянская этим искусством владеет. Причем владение это тоже спокойное, домашнее, без засилья казенных форм, с глубоким вниманием и к творцу, и к народу, который хочет пообщаться с художником.
Сергей Сорокин рассказал о своем непростом пути в профессиональное искусство. В молодости пришлось серьезно поработать в Сибири в строительных бригадах, которые тянули высоковольтные линии. Вот уж где было типажей – «и зеков, и бомжей»! Нищих, пьяных, больных и бездомных людей сейчас можно видеть не только в специфических местах империи. У художника они написаны с большой симпатией и «уютностью», в том смысле, что «всюду жизнь».
Искусствоведы называют такое изображение мира «живописным реализмом без идеологических эпитетов». Прототипов картин Сергея Сорокина они сравнивают с героями нижегородской ночлежки, которых Максим Горький увековечил в пьесе «На дне». Искусствовед И.Маршева так и пишет: « История современная заострила обнаженные пролетарским писателем противоречия и сделала, пожалуй, очевидной их неизбежность. Они являются составной частью судьбы Нижнего Новгорода, ярко и многогранно отражаются в творчестве Сергея Сорокина».
Согласна, что «ярко и многогранно». Но как можно согласиться с тем, что нищета и бездомность – неизбежны? Что это значит? Значит ли это, что российский капитализм дикого разлива никогда не приблизится к европейской благоустроенности? Или России вообще противопоказан капитализм? Или мы уже никогда не выйдем из хронической революционной ситуации беспрерывного передела? И где здесь «живопись без идеологических эпитетов», когда она вызывает бесконечные идеологические вопросы?
Да и на бытовом уровне эстетизация бомжей и больных, живущих в руиноподобных интерьерах, заставляет задуматься и о собственной судьбе. Руины и букет болезней у многих из нас уже есть, остается выйти на пенсию в полторы тысячи рублей и готово – можем позировать художникам в качестве моделей.
Старинные улочки и тупички Нижнего Новгорода представлены на выставке и графически, и живописно. Здесь любителям Нижнего можно было отвести душу в любовном и точном узнавании. Во всем присутствовал эффект патины – потертости, поношенности, бывалости.
Это дореволюционные улицы и дома Нижнего. Они не только пережили социализм, они прекрасно помнят и век до него. Нахмурив морщинистые лбы чердаков, они не просто ждут сноса, они сегодня дарят жизнь тем, кто выкинут из нормальной жизни. А кто выкинут? Кто слаб, болен, стар, не сумел вписаться. И искусствовед так прямо и говорит: это неизбежно. Значит, весь двадцатый век Россия боролась с нищетой и бедностью, как с проклятием царского режима, для того, чтобы прийти к такому выводу?
В нашей современности никак не согласуется полууголовный коммерческий успех одних с жаждой справедливости и нормы у других. Все как-то перемешалось без идеологической и даже просто логической стройности.
Выставка вызывает мысленный ряд определенного типа: в царские времена бабушка училась в Нижнем и отец привозил ей продукты. В точно таком доме на Ильинке во время войны жила мама, когда училась в Горьковском университете. И ее отец привозил ей студенческое счастье – мешок картошки на зиму. Потом в таком же домике на Гребешке в эпоху развитого социализма жила я, студентка Горьковского университета, и мне мой отец привозил мешок картошки на зиму. Потом наша дочь училась в университете, и мы возили картошку уже в столицу капиталистической демократии – Москву. Вы искренне думаете, что в России что-то меняется? А если меняется, то для кого и в какую сторону? Посмотрите выставку Сергея Сорокина. Она – о нас с вами.
Л.Саратова
