На снимке: Сергей Васильевич Ряховский

      - Для нас было большой привилегией и честью присутствовать на церемонии вхождения в должность Президента Владимира Владимировича Путина. Это была одна из самых торжественных инаугураций. Чувствовалось, что люди, присутствующие в залах Кремлевского дворца, хотят, чтобы в нашей стране была уважаемая власть, чтобы сегодняшняя Россия была достойным продолжателем традиций, появившихся в годы ее расцвета и могущества. Конечно, сейчас другой век, другое время, перед страной стоят другие задачи, но есть ценности, которые не меняются со временем, - честь, достоинство, права человека, уверенность в будущем.
      Все пришли на полтора часа раньше начала церемонии, что было обусловлено приглашением. Мы много общались в коридорах и залах Кремля. В разговорах касались различных аспектов общественной и духовной жизни России, построения гражданского общества. На инаугурацию не были приглашены руководители других государств. Это, наверное, знак того, что Президент хочет сосредоточить свое внимание на работе внутри страны, что заслуживает позитивной оценки.
      Президент четко произнес свою тронную речь, которая явилась выступлением светского человека, стоящего на основах Конституции (собственно, на ней он и присягал). В речи он обозначил задачи, которые ставит, прежде всего, перед собой, а также перед всей нацией - политиками, общественностью, всем гражданским обществом Российской Федерации. Конституция будет основой всех действий Президента. А его главной задачей будет защита прав каждого человека, чтобы жизнь стала достойной, чтобы ликвидировать все негативные явления переходного периода.
      Это была речь уверенного Президента. В ней не было ничего религиозного, но делался упор на повышение духовности в стране.
      На церемонии я немного волновался, потому что находился в окружении уважаемых губернаторов и политиков, депутатов Государственной Думы и высших чиновников государства. Рядом со мной стояли губернатор Орловской области Егор Строев, руководитель Компартии Геннадий Зюганов, Президент Башкортостана Муртаза Рахимов, Президент Татарстана Ментемир Шаймиев, новый губернатор Рязанской области генерал Георгий Шпак, чуть сзади стоял председатель ФСБ Николай Патрушев. Мы находились в самом престижном Андреевском зале, где Президент произносил присягу и где стоит трон российского самодержца. Все было очень торжественно.
      Из религиозных деятелей на церемонии инаугурации присутствовали члены Совета при Президенте по взаимодействию с религиозными организациями - высшее руководство Русской православной церкви, два Духовных муфтия России, руководители духовных направлений иудаизма и буддизма. Все главы конфессий находились в Андреевском зале.
      На вечернем приеме по случаю инаугурации Президент расширил свое утреннее выступление, но указал на те же ценности. По его мнению, Россия - это светское государство, в котором очень сильна духовность.
      Вечером приглашенных было в три раза меньше. Господь дал мне возможность переговорить со многими из них на самые важные для евангельского движения России темы. С руководителем аппарата Администрации Президента Дмитрием Медведевым мы коснулись вопроса предстоящей встречи глав протестантских конфессий нашей страны с Президентом Путиным. Также состоялся разговор с Президентом Чечни Кадыровым. Его гибель через два дня была для меня шоком. Это был действительно сильный политик, а с другой стороны, теперь придется заново восстанавливать определенные договоренности о работе евангельских церквей в Чеченской республике.
      У меня сложилось впечатление, что приглашенные на вечерний банкет по случаю инаугурации - это те люди, которым правительство и Президент доверяют и с кем будут работать. Я благодарен Богу, что мы попали в их число. Я знаю, что члены протестантского движения - это патриоты своей страны, которые хотят построить новую Россию, и очень важно, что мы будем делать это вместе с высшей российской властью.       - На днях состоялось заседание Консультативного Совета глав протестантских церквей. На нем мы достигли ясного понимания целей и задач нашей встречи с Президентом. Было написано письмо на его имя, подписанное главами четырех крупнейших протестантских церквей России. Оно говорит не просто о нашей заинтересованности, но указывает на то, что встреча послужит началом стабилизации общественной, духовной и политической жизни нашей страны. Она окажет умиротворяющее воздействие на общественное мнение Запада, стран, где протестантское большинство населения имеет серьезное влияние. Также в письме указывается на то, что мы проводим огромную социальную работу, но у нас до сих пор связаны руки. И мне кажется, что встреча с Президентом позволит решить много вопросов.
      Мы не идем что-то просить. Нам, как евангельским христианам, есть что предложить нашей стране. Это колоссальный опыт семейных ценностей, истинный патриотизм. Мы все ненавидим фашизм, который в нашей стране не только зародился, но уже приобрел некоторое развитие. К великому сожалению, все церкви молчат об этом. А мы должны говорить. Есть целый ряд вопросов, от решения которых зависят гражданские процессы, протекающие сейчас в России - земельный вопрос, вопрос собственности. Единственное, что мы хотим, - это чтобы работала Конституция и законодательство Российской Федерации. Это откроет колоссальные возможности для высвобождения духа предпринимательства в общественной жизни России.
      В нашем письме Президенту семь пунктов. Что-то мы уже смогли обсудить с главой его Администрации Медведевым.       - Для нас фашизм - это бесовщина, дух антихриста. Нам это ненавистно. Я думаю, что все церкви России, другие человеколюбивые религии не заинтересованы в фашизме. Часто религии враждуют друг с другом, тратят огромное количество сил и денег, лоббируют какие-то законы, направленные друг против друга. И все это вместо того, чтобы увидеть опасность бедности и фашизма. Два эти явления тесно взаимосвязаны. Сегодня существует огромный разрыв между богатыми и бедными. Но все это противоречит христианству, где одна из главных заповедей "Возлюби ближнего своего, как самого себя". В христианстве богатый признается действительно богатым, когда он делится и жертвует не только на храмы, но и людям, поднимает экономику, духовность. В России всегда было распространено меценатство, которое сегодня забыто и даже ограничено законом. Мы видим проблемы неправильной политики, и поэтому нам есть что предложить. У протестантов есть наработки, проведенные не где-то на Западе, но в нашей, российской действительности.
      Когда мы пойдем к Президенту, мы не будем просить у государства денег. Есть хорошее выражение: "Не спрашивай, что может дать тебе страна, спроси себя, что ты можешь дать ей". Это наша идеология и наше мировоззрение.
      Религиозным конфессиям не надо бороться друг с другом. Мы почитаем нашу Русскую православную церковь, ислам, иудаизм. У нас нет сферы борьбы, но есть сфера пересечения наших взаимных интересов.
      Я много езжу по России. Вы видели пьяные деревни? Страна спивается от безысходности, и это серьезная проблема. И мы соработники вместе с Русской православной церковью, а не конкуренты. Половина населения страны - неверующие, безбожники. Поэтому в России нет проблемы прозелитизма. Но если, например, кто-то уходит в другую религию, это проблема духовных пастырей. Значит, они неправильно работают с людьми, не любят их, не защищают их от обстоятельств, не учат прихожан самих зарабатывать себе на жизнь. Это проблема, как такие пастыри строят церковь, вписывают ее в гражданскую жизнь, воспитывают или не воспитывают патриотов. Если от меня уходят люди - это моя проблема.       - Закон, который работал до сегодняшнего дня, был достаточно компромиссным. Он не удовлетворял ни Русскую православную церковь, ни так называемые "религиозные меньшинства". Но он действительно работал, и все к этому привыкли, знают его сильные и слабые стороны. Мне нравится, что все совершенствуется, и дай Бог, в позитивную для церковных общин сторону.
      Но мне совсем не нравится, что за последние годы предлагается четвертая редакция закона о свободе совести. Это плохо, потому что после его принятия потребуется перерегистрация общин, а это дополнительные деньги, нервотрепка, новые проблемы. Как раньше обмен партийных билетов использовался для "чисток", так это будет и с церквями. Есть много лоббистов, которые хотели бы под видом совершенствования религиозного законодательства кардинально изменить ситуацию.
      Конечно, у государства появился опыт работы с религиозными организациями, наработана практика решения проблем, но нужно ли из-за этого менять весь закон или лучше использовать внесение некоторых поправок? Мне кажется, что лучше пойти по второму пути.
      Мы будем принимать участие в слушаниях в Госдуме, там будут наши представители, но не хотелось бы появления именно нового закона. Хочется спокойно работать.       - Дело даже не в том, правильно выбрана линия или нет. Она была всегда, ее просто не замечали. Мы воспитываем честных, трезвых людей, которые любят свою страну. Слава Богу, что это увидели.
      С другой стороны, справедливо, что мы должны сейчас посмотреть на себя глазами общества, глазами Русской православной церкви, глазами чиновников: насколько у нас есть ответственность за судьбу того места, где мы живем, насколько мы свет этому миру, насколько соль земли, как говорил Иисус Христос, или мы занимаемся только собой, любимыми. Слово Божье говорит, что ответственность обязательно должна быть. И мы хотим увидеть сферы, где нам комфортно и мы никому ничего не обязаны, и пересмотреть свое отношение с обществом и государством в свете новых возможностей.
      Хочется верить в сильную Россию с сильным гражданским обществом, с веротерпимыми людьми вне зависимости от их собственной веры.