Ростовские авиадиспетчеры добиваются высоких зарплат голодая.
На поляне рядом с пр. Шолохова собралось много людей: кто-то спит, кто-то задумчиво решает кроссворд, играют в карты, разговаривают, курят. В солнечную погоду это собрание похоже на пикник, но рацион отличается — минеральная вода, чай и аскорбинка, а на ночь люди не расходятся. В голодовке ростовских авиадиспетчеров, начавшейся 8 июня, к моменту верстки номера участвовало уже более ста человек из 230 работающих в Северо-Кавказском филиале автоматизированного управления воздушным движением «Стрела». Основное требование протестующих — повышение заработной платы до уровня московских коллег (примерно в 2,5 раза — до 40 тыс. руб.). Диспетчеры не имеют права на забастовку. Они не прекращают работу, пока их допускают к ней по медицинским показаниям, но каждый после своей смены возвращается сюда.
Протестная активность авиадиспетчеров — настоящий феномен и на мировом, и на российском рынках труда. В России, похоже, ни в одной другой сфере нет таких сильных и деятельных профсоюзов, освоивших технологию борьбы за свои права с помощью акций протеста. На ростовском фоне это особенно заметно: в целом в регионе тишь да гладь, в прошлом году областной департамент труда зарегистрировал в РО всего шесть трудовых споров, ни один из которых не перерос в акцию протеста. Сравниться в боевитости с авиадиспетчерами могут только шахтеры (их пикеты не учитывали, потому что трудовыми спорами после распада компании они не являлись. — N). Но, в отличие от шахтеров, здесь борьба идет не за право не умереть голодной смертью. Средняя зарплата авиадиспетчеров центра «Стрела» — 15–17 тысяч рублей, выплачивается регулярно, поэтому многим и непонятна их готовность идти в конфликте с работодателем на крайние меры. Три главных мотива требовать двукратной прибавки: Государственная корпорация по организации воздушного движения (Госкорпорация по ОрВД) и, в частности, ее филиал «Аэронавигация Юга», куда входит «Стрела», зарабатывают очень много (к тому же плата за пересечение воздушного пространства — это настоящие «деньги из воздуха»), а значит, могут и должны делиться с диспетчерами; зона ответственности ростовских диспетчеров очень сложна; коллеги в других регионах получают намного больше. Хочется, чтобы статус и престиж профессии подтверждался материально.
— Если в Госкорпорации есть единый подход к вычислению зарплаты, так применяйте его ко всем одинаково, — говорит Юрий Батагов, председатель профсоюза авиадиспетчеров. — В Москве, в Питере, в Ханты-Мансийске, в Екатеринбурге, в Самаре — везде получают больше.
В отличие от собственно авиации и обслуживания пассажиров на борту, сфера управления полетами находится в России полностью в управлении государства. В стране работает около 7 тысяч авиадиспетчеров. Как правило, это специалисты высокого уровня, потому что им постоянно приходится обновлять знания, совершенствовать английский, изучать новое оборудование. Ростов — центр одной из самых крупных зон ответственности. 250 ростовских авиадиспетчеров обслуживают 600 тысяч км2 — весь ЮФО, Кавказ, ведут самолеты вплоть до Турции.
— Работа усложняется и усложняется, жизнь дорожает и дорожает. В сентябре нам повысили зарплату, но на 1,8%, — говорит диспетчер Сергей Николаев.
Доказательства того, что «Аэронавигация Юга» — богатая организация, авиадиспетчеры находят, когда видят купленные ею здания, автомобили руководства, личные самолеты и яхты. Они подсчитали, что за сутки «Стрела» — то есть они сами — якобы зарабатывает около 450 тысяч долларов. Аэронавигация стоит для российских воздушных судов 250 руб. за каждые 100 км, для иностранцев — до 89 долларов за 100 км.
— Мы — как нефтяники: зарабатываем валюту для государства, — говорит диспетчер Александр Лобановский. — Государство должно быть заинтересовано в том, чтобы через нашу территорию летало как можно больше иностранцев. Сейчас они летают, но, если поймут, в каком положении авиадиспетчеры, могут и поменять маршрут.
Ростовские авиадиспетчеры не всегда жаловались на свои заработки. До дефолта они зарабатывали около 800 долларов в месяц, сейчас — практически в полтора раза меньше. Показывают квитанцию из бухгалтерии: 16 тысяч с «праздничными» за месяц. В графе вычетов — профсоюзный взнос (193 рубля). На эти деньги обычно покупают подарки детям, сейчас на поляну голодовки купили и поставили биотуалет.
— Диспетчеры же сами подписали 12 августа 2003 г. соглашение: представители работников обязались не проводить и не инициировать забастовок и других акций протеста до окончания реформирования Госкорпорации (в этом процессе ростовская структура потеряла самостоятельность и стала филиалом. — N) и подписания нового коллективного договора, устанавливающего условия оплаты труда, — говорит Игорь Зотов, заместитель директора «Аэронавигации Юга» по управлению персоналом. — Пока действует прежний договор, и абсолютно все его условия мы выполняем. Их требования несправедливы. Они ссылаются на Москву, но московский центр не входит в нашу корпорацию. Еще не факт, что москвичи получают свои деньги незаслуженно. Если где-то в филиалах корпорации зарплата выше, то это только благодаря «северному коэффициенту». Ростовчане получают максимально возможную по тарифной сетке оплату труда. В Екатеринбурге она такая же. Если голодовка продолжится — не беспокойтесь, у нас есть план развития критической ситуации. Есть резервы, в том числе кадровые.
«Аэронавигация Юга» могла в этой ситуации действовать только по указанию московского центра, что и сделала. Из Москвы получено распоряжение «продолжать переговоры на уровне рабочей группы». Рабочая группа — это представители корпорации и руководства российского профсоюза авиадиспетчеров (ФПАД). На 15 июня назначена так называемая примирительная комиссия: переговоры внутри предприятия, на ростовском уровне. Так положено по закону, но никаких решений у «Аэронавигации Юга» к этому времени не будет.
— 15 июня попробуют договориться самостоятельно работодатель и работники, если не получится — привлекут посредника, а третий этап решения таких споров — это трудовой арбитраж, — говорит Анатолий Юсин, сотрудник службы по урегулированию коллективных и деловых споров областного департамента труда. Он по долгу службы приезжал выслушать претензии голодающих.
Диспетчеры готовы к переговорам, но настроены продолжать акцию. Этот способ уже помогал им добиться льгот и денег. Но они понимают, что и работодатель может на них надавить (например, перспективой увольнения диспетчеров предпенсионного возраста).
— Коллеги нас поддерживают. Московские диспетчеры пожелали удачи. Летчики — «Аэрофлот», «Ютэйр», «Сибирь» — все, когда мы их «ведем», интересуются ситуацией и наши действия одобряют, — говорит один из голодающих. Юлия Уракчеева
|