|
Спорт
Таэквондо и после покаяния
Я понимаю, что мое свидетельство нетипично, но это моя жизнь. А каков поп – таков и приход. Вот и церковь у меня такая.
Интервью с президентом федерации Таэквондо города Волжский Волгоградской области, пастором церкви «Русская миссия Благодать» Сергеем Алтуховым взяла Юлия Олейникова
Таэквондо – борьба совершенно нехристианская. Как Вы – пастор - пришли к созданию школы таэквондо?
Что такое «христианское» и «нехристианское»? Я думаю, что все, что делают христиане во славу Божью, принадлежит Христу и становится христианским. Таэквондо - одна из разновидностей борьбы, которая практиковалась в Корее. Она возникла как способ дать отпор самураям, которые сами были с оружием, но не позволяли другим иметь его. Из этого возник спорт. Шахматы – тоже спорт, как конкурсы и викторины. Все это – способ выявить более умелых. В таэквондо есть два аспекта – физический и духовный.
К нам приходят ребята, которые хотят заниматься спортом. Перед тренировкой происходит духовная подготовка: тренер и ученики разбирают Священное Писание, тренер говорит маленькую проповедь, отвечает на вопросы. Потом все молятся, чтобы Бог благословил их занятия, и начинают тренироваться: бегать, прыгать, отрабатывать приемы. Все это выполняется в специальной защите, поэтому травм очень мало. В нашем виде спорта не ставится цель травмировать кого-либо. Это, как в футболе – отнял, не отнял мячик, а здесь – пробил, не пробил.
У тренера «черный пояс» по таэквондо. Он пришел к нам, потому что хотел научиться хорошо драться, чтобы потом заняться рэкетом, но поверил в Христа. Многие приходили в поисках силы и понимали, что настоящая сила – во Христе.
С другой стороны, христиане говорят, что они хотят помогать людям. Реальная ситуация – в каждом дворе много пацанов, которые не знают, чем заняться. И обязательно найдется какой-нибудь «мишка квакин», который увлечет их дурным примером. У многих ребят нет отцов или отцы есть, но они не хотят взять ответственность за своих детей. И часто мальчишки, чтобы быть принятыми во дворе, делают какие-то дурости, которые им, в общем-то, несвойственны.
Можно говорить, что это плохо, но мы – взрослые мужики, не стали говорить, а просто создали федерацию таэквондо.
Когда мальчишка приходит к нам, он попадает в огромную толпу, которая принимает его – «он наш». Он сразу защищен. Во-вторых, у всей этой толпы позитивное, братское христианское мышление. Его любят. Он видит образец «настоящего мужчины» и следует «кодексу благородства»: не обижать маленьких, уважать родителей, учителей, изучать Писание. Именно это возводится в ранг доблести. Детворе это нравится. Нравится это и родителям, особенно – мамам-одиночкам.
Сначала нас было пять человек, я – председатель федерации. Нас называют «аллилуевцы», и мы самая мощная федерация в регионе, больше, чем федерация футбола – нас пятьсот человек.
Когда ребята приходят, они знают, что вы изучаете Библию?
Да, мы сразу говорим родителям, что наш духовный аспект – христианство и по-другому не будет. Более того – обучение платное, ребенок занимается, если родители оплачивают это. Когда родители спрашивают: «А почему христианство?», я отвечаю очень просто: через два года, после того, как мы его научим, парень сможет одним ударом отправить в нокаут взрослого мужика. Но нельзя вручить оружие и не ставить вопрос об ответственности за его применение. Какой довод можно привести, чтобы сказать: «Так делать нельзя!». Но есть заповедь: не желай другому то, чего не желаешь себе, возлюби ближнего, как самого себя. Абсолют только у Иисуса Христа. Когда человек понимает, что так сказал Бог, он настолько прочно утверждается в вере, что можно быть уверенным, что он никого зря не стукнет.
Наша федерация – общественная организация, которая занимается спортом. Мы не распространяем никаких учений, а говорим детям о своих убеждениях. По Конституции мы имеем на это право.
Какова ваша цель?
Цель – это спорт. Никто не обязан верить в Бога, но у нас такие правила. Хочешь – ходи, не хочешь – не ходи. Некоторые уходят. Ну, и что?
Мы не собираемся учить бандитов. Да, мы знаем таэквондо. Я сам был в армии инструктором по рукопашному бою. Как это применить во благо? Пацаны хотят быть сильными, ищут физической силы. Но они понимают, что учитель имеет силу не только физическую, но и духовную, и эта сила гораздо больше физической, гораздо правильнее. И тогда у ребят меняются жизненные ценности, становятся позитивными. Мы их учим: не убий, почитай отца и мать, не прелюбодействуй, не желай того, что есть у ближнего твоего. Пусть я в одном лице президент федерации таэквондо и пастор церкви. Президент федерации, верующий в Иисуса Христа. Будет глупо, если я буду рассуждать про Будду, в которого я не верю. Я рассуждаю о Том, в Кого я верю, и это честно.
Второй пастор в нашей церкви – боксер, чемпион Европы по боксу, и он тем же занимается в своем виде спорта. Веселая у нас церковь! Пресвитеры с «черными поясами» «третий дан», все серьезные ребята. Мы верим в Бога и не выглядим, как лишенное интеллекта сословие. Мы понимаем, что мы делаем и о чем говорим. Один из наших тренеров – педагог, сейчас пишет кандидатскую диссертацию на тему «Влияние малого социума на изменение жизненных ценностей подростка». Мы хотим сделать педагогическое обоснование того, что мы делаем.
Тогда таэквондо – это набор приемов? Если Вы отказываетесь от Будды, отпадают всяческие культурные основы, и остается физкультура. Так?
С помощью приемов корейцы защищались от вооруженных самураев, а в основе культуры лежал буддизм. Ну, не знали они Христа! А мы Его знаем, и самураев у нас тоже нет. Мы хотим заниматься спортом, иметь мощные мышцы. И кто нам запретит? Ну, не любим мы шахматы, а любим, когда адреналин «гуляет», любим «грушу» поколотить! Зато наши мальчишки становятся физически крепкими и духовно здравыми. Им не могут навязать чужую волю, потому что они физически сильнее.
Каков Ваш взгляд на «силовые команды», которые надувают грелки, ломают кирпичи и в это же время говорят о своей вере в Бога?
Они изумляют людей. А слава Божья в том, что когда люди собираются посмотреть на чудо, которое ценят, им говорят, что настоящее чудо – это жертва Иисуса Христа.
Вы как-то рассказывали, что ваше водное крещение происходило в глубокой тайне, ночью, при свечах. Можно рассказать об этом подробнее?
Я сам из Грозного, кадровый военный, прошел афганскую войну, шесть «дырок» на мне – пять ножевых, одно осколочное. Из-за стремления освободиться от всех переживаний появилось увлечение наркотиками. Мы были «спецподразделением». Однажды я встретил верующего солдата, который был сыном пресвитера. Я наблюдал за ним, видел, что за ним следят «особисты», и решил, что если они следят за нами и за ним, то он нам точно друг. Мы стали «давать ему крышу».
Как-то я пожаловался ему на жизнь, а он сказал: «Иисус тебя любит». Я говорю: «Нет Бога». Он продолжает: «И даст тебе вечную жизнь». Я удивился: «У тебя есть вечная жизнь?» «Есть». Я говорю: «Сейчас посмотрим». Открыл сейф, достал свой личный «стечкин», прикрутил глушитель. Он понимал, что я легко могу его застрелить и сделать так, что никто его не найдет. Смотрю, зрачки у него не изменились. Он сказал: «Ты можешь убить мое тело, если Бог тебе позволит, а мою душу убить не можешь». Я со злости бросил пистолет и сказал, что его нужно лечить. Он в ответ посоветовал мне читать Библию. А я знал, что за его Библию дадут пять лет, как и за мой пистолет. Это был 1984-й год.
Я два месяца курил «план» и читал Библию. Дочитался до слов в книге Екклесиаста: «Веселись, юноша, в юности твоей, и да вкушает сердце твое радости во дни юности твоей, и ходи по путям сердца твоего и по видению очей твоих; только знай, что за все это Бог приведет тебя на суд». Мне было понятно, какой срок мне дадут на этом суде, после всех моих «подвигов». И тут я содрогнулся, испугался, взял отпуск и уехал к маме в Грозный. В отпуске стал ходить в баптистскую церковь. Позже, уже во время чеченской войны, пастору этой церкви отрубили голову и поставили на городском базаре Грозного.
Но был все еще 1984-й год. Баптисты пригласили меня на свадьбу. Я пришел. На столах стояли графины с «фруктовой водой», было пятьсот человек гостей, и все веселились. Я ничего не понимал, нашел одного старика и потребовал от него объяснений. Оказалось, он майор в отставке, летчик, войну прошел, его лишили всех наград, когда он уверовал, ему пенсию пришлось заново зарабатывать. Я пытался сказать ему, что наделал столько «дел», что Бог меня никогда не простит. Он сказал: «Простит».
В воскресенье я пришел в церковь, потребовал, чтобы мне дали возможность покаяться, и взмолился, как «чемпион мира по молитвам». Было такое ощущение, будто с меня сняли тонн десять груза. Потом целую неделю жил в молитвенном доме. А через неделю вспомнил, что меня не «кумарит», ни колоться не хочу, ни курить. И тогда я стал просить, чтобы меня крестили. А в то время это было сложно, нужно было регистрироваться. Я выучил все места Писания, и меня крестили ночью тайно.
Потом я еще долго служил в армии. Пришла Перестройка, нашу команду расформировали, а меня с почетом проводили на заслуженный отдых. Перед этим я министру обороны написал, что стал верующим и хочу служить Господу. Вот как тогда написал, так до сих пор и служу.
Сейчас я и мой дьякон учимся на третьем курсе юридического факультета. После всего, что было пройдено, можно было прийти только на «юрфак». Один из моих профессоров ходит в мою церковь.
Мы дружим с еврейской общиной. У них был праздник Пурим, а скинхеды хотели разогнать этот праздник. Мы пришли к синагоге большой толпой, расселись вокруг. Скины поняли, что сначала им придется поговорить с нами, и они «сдали» так, что даже ловить было некого.
Я понимаю, что мое свидетельство нетипично, но это моя жизнь. А каков поп – таков и приход. Вот и церковь у меня такая.
|
