На реализацию областной комплексной программы поддержки предпринимательства в 2004 году разработчики предусматривали порядка ста миллионов рублей. В бюджете было заложено более чем втрое меньше. Что уже сделано и какова будет доля участия власти в развитии малого бизнеса в 2005 году? Эти вопросы мы адресовали заместителю министра экономики и поддержки предпринимательства областного правительства Денису ЛАБУЗЕ.
— Да, в бюджете-2004 было заложено 28 миллионов рублей, и мы горды тем, что все эти деньги получили. Мы, пожалуй, единственные, кто при всей сложности бюджета 2005 года не допустил снижения, отстояв 30 миллионов. Это говорит об уровне понимания правительством и Законодательным собранием необходимости развития предпринимательства. Для того, чтобы успешно развивать экономику (а задачи поставлены глобальные, если говорить об удвоении ВВП), нужно создавать в области некие точки роста, такие, как инновации, инвестиции, малый бизнес. Кстати, именно в малом бизнесе сосредоточено практически 95 процентов всех инноваций, потому что все инновационные предприятия автоматически попадают в раздел предприятий численностью до ста человек. И высокотехнологичные производства на современном оборудовании (на котором работают 10—15 человек, а продукции выпускают на миллионы долларов), привлекательные для инвестора, — это тоже малый бизнес. Поэтому в будущем все точки роста падают на малый бизнес. У нас есть среднесрочная областная программа, где есть такой расчет: к 2010 году малый бизнес должен занять 40 процентов в валовом региональном продукте. На 2003 год эта цифра составляла 13 процентов. То есть задача более чем амбициозная, насколько она продвинулась, покажет статистика по 2004 году. Цифры появятся чуть позже, но мы ждем существенного роста доли малого бизнеса.
— Вообще, звучит радужно, если бы не знать, что у нас без проблем не обходится...
— Наметившееся развитие, то, что “радужно”, — это больше вопреки, чем благодаря: подошло время развития экономических механизмов, когда предприниматели стали развиваться динамичнее и в количественном плане их стало больше. А проблемы есть, и серьезные. И основными остались административные барьеры и непродуманность и непостоянство государственной политики в сфере налогов и сборов. В прошлом году почти в четыре раза была повышена арендная ставка на областное и муниципальное имущество, а в этом году нам федерация спустила 50-процентное повышение базовой ставки ЕНВД. С 1 января 2005 год налог полностью отдан в местное самоуправление, и органам местного самоуправления предоставлено право регулировать увеличение ЕНВД с помощью корректирующего коэффициента К2. Мы очень активно работали с районами, потому что повышение налога разумно в пределах 20—30 процентов, а дальше ни с политической, ни с экономической точки зрения, ни просто с точки зрения здравого смысла это ни в какие ворота не лезет. Но, к сожалению, только 36 районов и один город дали нам снижение ЕНВД. Остальные либо еще не среагировали, либо намерены оставить все как есть. А повышение ЕНВД на 46, 4 процента — это, на мой взгляд, очень много.
— Уже прошла первая волна недовольства предпринимателей увеличением базовой ставки ЕНВД. Во что она может вылиться в дальнейшем?
— Посмотрите, что произошло с монетизацией льгот в стране. Сделали первый шаг, и вместо того, чтобы провести работу над ошибками и довести до ума, тут же сделали два шага назад. Это может произойти и с повышением ЕНВД. Наверное, вслед за старушками, которые сейчас дороги перекрывают, требуя возврата льгот, к ним могут присоединиться предприниматели. Потому что когда людям выставят квиточки на руки (а налог поквартальный) — это уже не абстрактное недовольство, а для многих вопрос выживания. И думаю, проблемы будут, даже с теми районами, где налог снизили символически, на 3—5 процентов, не говоря о тех, кто не занимается этой работой. Нас не все муниципалитеты поддержали. В администрации Нижнего Новгорода долго разбирались, кто вообще этим должен заниматься, а в итоге прислали в министерство такой ответ от департамента экономики, планирования и строительства: “Департамент считает целесообразным произвести анализ показательной деятельности предприятий-плательщиков после вступления закона в силу за первый квартал и в случае выявления негативных результатов произвести соответствующую корректировку значений коэффициента К2”. Это можно сказать иначе: мы нальем в бассейн кипятка и вас туда бросим, если сваритесь и утонете — начнем понемногу разбавлять воду. Если покроетесь волдырями и, стиснув зубы, будете плыть дальше, значит, вопросов нет, обошлось.
Вообще, представить, что в соседних районах будут разниться налоги на 5—10 процентов, пока довольно трудно. То есть между магазинами, находящимися на одной и той же трассе на расстоянии в 50 метров, будет заметная разница в налогообложении. Вообще, есть беспокойство, как бы мы тот рост, что получили в 2004 году, не остановили повышением ЕНВД в 2005-м. Можно ли тогда будет говорить, что за 5 лет доля малого бизнеса в валовом региональном продукте вырастет больше чем в три раза?
— А что для этого сделано в 2004 году? Наиболее удачные проекты?
— В прошлом году заработала программа компенсации половины ставки рефинансирования ЦБ по кредитам малому бизнесу. Кредит на три года под 8,5 процента в рублях — это очень выгодные условия, которые уже оценили предприниматели. Программа начала работать летом, и больше 80 процентов участников этой программы из области. Я бы назвал это нашей победой. Раньше считалось, что все льготные условия — “своим да нашим”. Или пока, мол, из области доедем, предприниматели Нижнего все деньги по программе выберут. Это не так. В реализации программы особо помог Сбербанк, который имеет развитую филиальную сеть. И это действительно победа, что Сбербанк — такая монументальная, неповоротливая махина — повернулся к малому бизнесу и стал работать по этой программе достаточно успешно. Хочется отметить такие города, как Выкса, Павлово, Княгинино, Тоншаево, где кредиты по этой программе получили на конкретные, интересные производства. И при всей сложности бюджета нам удалось эту программу сохранить в текущем году. В первых числах февраля будет объявлен конкурс среди банков, которые станут работать по этой программе, а в марте предприниматели уже смогут ею воспользоваться. Кстати, у нас уже есть претенденты из разных районов области (Чкаловского, Семеновского, Городецкого), уже подготовившие проекты, на реализацию которых и нужны кредиты.
Механизм реализации этой программы нам удалось максимально упростить. Если раньше приходилось не раз приезжать в областной центр (подавать документы со всеми вытекающими отсюда последствиями и т. д.), то теперь предприниматель должен только защитить свой проект на комиссии.
Еще одна важная программа — “Гарантийный фонд”. Основная проблема начинающих предпринимателей — проблема нехватки залога. Гарантийный фонд предоставил такой выход: половину залога гарантировал областной фонд поддержки малого предпринимательства. Если программа компенсации процентной ставки на 1 рубль привлекает 15 рублей внебюджетных денег, то программа гарантийного фонда — 12 рублей на бюджетный рубль. По этой программе мы работали с НБД-Банком в Нижнем Новгороде с 1999 год. В позапрошлом году она увеличилась почти в три раза, почему мы и начали ее распространять в области. Осенью она пошла в Балахнинском районе, сейчас в программу включаются Арзамас, Ковернино, Городец. В Сергаче, Семенове и Тоншаеве эта программа работает со Сбербанком.
И вообще, наша задача — сократить разрыв в профессиональном уровне предпринимателей в Нижнем Новгороде и в области, чтобы через центры развития предпринимательства (они на сегодня есть в 18 районах области) все инструменты, продукты, доступные нижегородцам, предприниматели в районах могли получить у себя на месте. Если от Нижнего Новгорода до Тоншаева 340 км, то съездить в областной центр лишний раз довольно проблематично. А думать, что предприниматели сами по себе будут развиваться и не отстанут от Нижнего, смешно. Районные центры развития предпринимательства — это первая в России системная инфраструктура поддержки малого бизнеса. С 1 января 2006 года в соответствии с законом о местном самоуправлении малым бизнесом будут заниматься на местах из дополнительных доходов, и учитывая, что из 52 муниципалитетов области всего 6 доноров, то, в общем-то, мы вовремя задумались над тем, как будет эта работа строиться дальше.
— В 2004 году инфраструктура росла вширь, но, конечно, не все районы охватила. Дальше предполагается количественный рост или будете работать над качеством?
— Думаю, что в текущем году мы откроем максимум два центра. Как говорится, не все дети отличники, и работать с главами местного самоуправления, которым это не надо, довольно трудно. И наша текущая задача действительно заключается в том, чтобы наполнить все эти программы содержанием. Районные центры изначально выбирали свою нишу — обучающие программы, офисные услуги и т. д. А должны предоставлять весь комплекс услуг, главным образом в части юридической поддержки и финансирования. В этом году мы планируем открыть при всех центрах бизнес-инкубаторы.
— Что значит бизнес-инкубатор по-нижегородски?
— А примеры уже есть. В Тоншаеве, где лес возили кругляком в Москву за копейки, создали на базе бизнес-инкубатора три предприятия по глубокой переработке леса, а это другой доход. В Сергаче, где есть крупные промышленные предприятия, сейчас прорабатывают несколько иное направление — развитие кооперации между крупным и малым бизнесом. Общее требование к бизнес-инкубаторам — это наличие помещений, которые, во-первых, предоставляют в аренду на нормальных условиях, во-вторых, оснащены технологически. Еще один важный момент — совместное участие в выставочной деятельности, что дешевле и эффективнее. Но по каждому конкретному проекту готовится собственная концепция.
Вообще, уже пора понять, что развитие предпринимательства как способа наполнения доходной части бюджета нужно в первую очередь главе местного самоуправления. Мы даем технологию, а на местах вправе ее использовать.
— Говорят, где тонко там и рвется. Были центры, от которых не получили той отдачи, которую ждали?
— Знаете, где порвалось, там можно и связать. Возможно, судить о работе центров еще рано, но даже по работе тех 18-ти открытых видно, как много зависит от личности. Есть вопросы к деятельности центров в Вознесенском и Павловском районах. Но, наверное, здесь надо смотреть шире — чтобы районные концепции развития совпадали с областными и реализовывались через совместные центры.
— В заказанном фондом ФОРА исследовании была обозначена тенденция в развитии малого бизнеса — из торговли в производство. Это показательно для области? Или это просто необходимость выживания перед натиском крупных торговых сетей, приходящих в область?
— Наверное, у нас это в корнях, поскольку область-то промышленная. И, попробовав себя в торговле по воле обстоятельств, люди готовы заняться любимым делом — производством. Нас эта тенденция выделяет на фоне соседей. И, думаю, это скорее потребность выстроить вертикально интегрированный бизнес, чем стремление выжить. Приходит торговый монстр, и местные мелкие торговые предприятия чаще не закрываются, а перепрофилируются. И наша задача — помочь им скорректировать свой бизнес. Ведь малый бизнес — это не только доходная часть бюджета, но и самозанятость населения, которое не висит на шее у государства.
Вот коротко, без цифр, о программах, которые мы начали, теперь наша задача — чтобы они вышли на полную мощность.
— А что в перспективных планах?
— Вероятно, в 2006 году в области появится бизнес-инкубатор инновационной направленности. К сожалению, денег у области на развитие этого направления маловато. А в целом нет умения просчитывать все наперед, оттачивать механизмы реализации программ. Да и политические моменты могут внести свои коррективы и сложности. Но практически во всех министерствах и ведомствах у нас сложились конструктивные взаимоотношения с людьми, которые тоже хотят работать, даже вопреки.
Для потребителей товаров и услуг быстро растет возможность выбора, и все большее значение приобретает не только креатив обращения к потребителю, но и технологический и логистический креатив. Один из вариантов построения коммуникации с потребителем — аутсорсинговый сall-центр.
По самому простому определению, call-центр — это место, куда поступает большое количество телефонных клиентских звонков или откуда совершается большое количество телефонных звонков. В качестве примера хорошо работающего call-центра можно привести Центр дистанционного обслуживания НСС, где клиенты компании могут получить справки о балансе счета по телефону.
Аутсорсинговый сall-центр предоставляет услуги по обработке звонков сторонним заказчикам и, по сути, состоит из нескольких виртуальных call-центров, каждый из которых предназначен для своего заказчика. С точки зрения заказчика, аутсорсинговый call-центр работает только на него.
Звонки, поступающие в call-центр на единый телефонный номер, выделенный вашей компании, идентифицируются центром обработки вызовов и распределяются между операторами, подключенными к задаче. Одновременно со звонком на мониторе оператора всплывает окно-подсказка с необходимой для ответа информацией. Чаще всего позвонившие задают стандартные повторяющиеся вопросы. Обученные операторы call-центра ответят на них в соответствии со сценарием заказчика.
Сall-центр “невидим” — позвонивший будет уверен, что попал в офис вашей компании. Благодаря современным техническим решениям дозвониться туда гораздо проще, чем в реальный офис. Создание же собственного операторского центра требует больших вложений в технику и качественную подготовку персонала.
О других возможностях call-центров — в следующем номере.