Впереди колонны шли военные с оружием и собаками. Обжигающий асфальт и нещадно палящее солнце дополняли картину. У случайных очевидцев возникали жуткие ассоциации. И если бы не хоругви и иконы, то крестный ход, идущий в Саров, можно было бы принять за колонну арестантов.
Понятно, что присутствие военных объясняется «антитеррористической операцией в Чечне». Отсюда и меры безопасности, предпринятые региональными властями ради сохранения человеческих жизней. Непонятно другое – почему на всем протяжении пути организаторы (те же региональные власти) не позаботились об элементарном, но жизненно важном – воде? Пятнадцать километров с, образно говоря, «боевой выкладкой» – и для крепких омоновцев не легкое испытание. Что уж говорить о паломниках, пришедших поклониться Серафиму Саровскому со всех уголков России и даже ближнего зарубежья? Немолодых, усталых, со сбитыми в кровь ногами. Последние километры до святого места стали для них суровым испытанием.
Администрация нашего города, узнав о случившемся, по своей инициативе обеспечила крестный ход на обратном пути водой, забив до отказа знаменитой «Саровской». Да, организуя масштабные мероприятия, надо продумывать каждый шаг до мелочей. Помнится, в первый приезд патриарха в Дивеево и Саров наша администрация обеспечила крестный ход всем необходимым.
Кстати, о ногах. В редакцию позвонили несколько горожан, чьи огороды расположены вдоль дороги Дивеево – Цыгановка. Они высказали бурное негодование не только тем, что весь с таким трудом выращенный в этом году урожай исчез с возделанных грядок, но и тем, что неизвестные оставили после себя «кровавые кусочки»: обрывки повязок, какое-то тряпье, объедки. «Не по христиански как-то все получилось...», – с грустью произнес один из звонивших.
Надеюсь, что не все огороды постигла такая же участь. И в следующий раз паломники сообразят разместиться в специально для них развернутых палатках, а питаться станут тем, что приготовили для них же полевые кухни.
Хотелось бы особо отметить еще один момент – организационный. У журналистов Сарова сложилось мнение, что нас на этом празднике совсем не ждали. Из разговоров с коллегами извне выяснилось, что у них тоже возникли аналогичные ощущения. Уж очень непродуманно действовали организаторы: объявлялись пресс-конференции, но никто к журналистам не выходил; куда-то пройти было вообще огромной проблемой. Организаторы носились лишь с пятком ведущих телекомпаний и информационных агентств страны, остальных просто не замечали.
Позже я поняла, откуда «уши растут». Глянув в списки, сформированные неизвестно где и кем и поданные в полпредство, почитав занимательные приписки, стоящие против некоторых фамилий, уже ничему не удивилась. Судите сами, один старший научный сотрудник был назван «православным физиком, настоящим кладезем всяких историй про Саров». А один депутат Госдумы удостоился следующей пометки: «Сам вслед за Зюгановым говорит в последнее время правильные слова в адрес Церкви, но его саровские помощники резко и воинственно акцентированы». Напротив фамилии Кириенко, например, красовалась короткая запись: «ППП в ПФО». По известным причинам, моей фамилии там не было вообще.
Бред сумасшедшего, скажите вы? Я бы не была столь категорична, списала бы все на удушающую жару и груз невероятной ответственности, свалившийся вдруг на плечи составителей списков.
А в остальном, как говорится, все нормально. До следующего года есть время исправить недоработанное.
Елена Мазанова, член Союза журналистов России