1992-й. Как это было

Газета жила нуждами города. Судите сами: «Бедная, бедная медицина» – с подробным рассказом о состоянии здоровья населения, с цифрами, характеризующими состояние здоровья новорожденных. В рубрике «За и против» Б.Певницкий упрекал коллег­депутатов в долгом обсуждении закона о приватизации жилья: ни к чему, мол, рассуждать о социальной справедливости, надо исполнять закон («Горсовет «поправел»). Рядом на полосе В.Ельцов не сомневался: «Собственное жилье – в любом случае благо». С ними был не согласен Совет движения за социальную справедливость, обращение которого было тут же опубликовано. Признавая необходимость рынка жилья, путь к нему «справедливцы» видели через кооперативное или индивидуальное строительство, утверждая при этом: «Нет разумных оснований ликвидировать жилищную государственную общенародную собственность».

Прошло время, в 2007­м бесплатная приватизация должна закончиться, а читатели «Труда» почти в панике: им обещают налог на недвижимость в размере одного процента от рыночной стоимости квартиры в год да ежемесячные платежи на капремонты по доллару с квадратного метра. Как не «приужахнуться»!

Но вернемся в забытый 1992­й. В рубрике «Из почты «ГК» под заголовком «Люди, будьте добрее друг к другу» я прочитала такое откровение: «Всю жизнь унижен торговый работник. Мало орсовского начальства, так есть его превосходительство Покупатель», и дальше рассказ о конфликтах, возникающих из­за нехватки мелочи в магазинах. Честно говоря, я всегда стояла по другую сторону прилавков и помню хамское отношение к нам советских продавцов, их высокомерие, основанное на вечном дефиците самого необходимого, словом, не готова утирать «волчьи слезки».

В.Пономарева рассказывала читателям «ГК» о программе «Материнство и детство», название заметки говорило само за себя: «Не спрашивай, по ком звонит колокол…».

«ГК» публиковал Постановление Верховного Совета РФ о мерах по соцзащите малоимущих слоев населения в период либерализации цен. И тут же отклик В.Жеребцова «Что НЭП грядущий нам готовит?».

Под заголовком «Гласность цены не имеет» подводились итоги подписной кампании 1992 года. Посмотрите на пустые почтовые ящики в своих подъездах – и согласитесь со мной: все имеет свою цену. И пресса, как ни прискорбно, тоже.

И снова о либерализации. Н.Кочешкова взяла интервью у И.Паневкина «Цены отпустили – товаров не прибавилось».

Клуб любителей книги проводил подписку на большую серию «Всемирной библиотеки» и серию романов об Анжелике. Инфляция галопировала, а мы продолжали любить книги и подписывались!

С 1 января 1992 года, сообщал «Курьер­информ», городским пенсионерам было предоставлено право бесплатного проезда в автобусах.

П.Хвень о приватизации – «Справедливость – дело тонкое».

«Сколько профессиональных мифологов приходится в нашей стране на одну трудовую мозоль?» – задавала риторический вопрос своим читателям Любовь Саратова («Нижний – сосед ближний»).

В Арзамасе­16 появились первые зарубежные гости: «Их сверхзадача – научить нас помогать самим себе», – объяснял читателям Петр Хвень.

Затягивался ввод детской молочной кухни – без комментариев. В связи с либерализацией цен – «Сделан перерасчет пенсий».

В «ГК» появляется церковный календарь и православная тематика.

«Все дорожает, даже вода» – «ГК» сообщает о повышении цен на коммунальные услуги.

18 января «Курьер» сообщил, что губернатор Б.Немцов подписал распоряжение, предоставившее исполкому Арзамаса­16 права ОБЛАСТНОЙ администрации.

Цены на проезд в автобусах выросли в два раза.

Разворачивается борьба за госсобственность: прокурор внес протест на решение об учреждении ЗАО ССПАО.

Установлены свободные цены на молоко.

Появляется замечательная рубрика Алексея Подурца «Каменная летопись Сарова». Концерты известного барда С.Никитина освещала С.Михайлова­Листрем.

П.Хвень рассказывал о встрече директора ВНИИЭФ В.Белугина и других представителей нашего министерства с Б.Ельциным.

Депутатская комиссия отменила льготное торговое обслуживание ветеранов КПСС и персональных пенсионеров.

И.Муравьева ведет рубрику «Судьи и судьбы».

«Земля – ваш капитал» – Н.Кочешкова рассказывает о бесплатной передаче земли в собственность садоводам­огородникам.

«Лимитка обесценилась»: 400 г сливочного масла на талон в месяц обещано только «при его поступлении по фиксированным ценам».

П.Хвень рассказывает, как проходил первый саровский аукцион, на котором продавали в том числе электрорубанок, набор хрусталя, картину. Интерес у покупателей вызвали лишь два лота «на право постройки гаража у 21­й площадки».

«Пока живу – надеюсь» – так назывался фоторепортаж с улиц города Н.Кочешковой и Р.Яровицына.

«Как привлечь в город капитал: без крупных кредитов ТИЗ не построить» – размышлял В.Нижегородов.

4 марта «ГК» открылся передовицей И.Катаевой и П.Хвеня «Российский Президент – в российском ядерном центре».

В рубрике «Политика и провинция» М.Чумак писал о создании Совета рабочих города. На соседней полосе к читателям «ГК» обращалось городское отделение общественного комитета поддержки российских реформ. В частности, предлагали в своих трудовых коллективах активно влиять на повышение выпуска товаров народного потребления и услуг, ставить перед администрацией задачи по устойчивому снабжению работников продуктами питания. Вспомнились кухонные гарнитуры производства завода «Авангард». Его же прицепы «Тарпан», прищепки и плечики, молоко, разливаемое в архиве администрации в баночки и бидоны сотрудникам, куры, которых добывали медики в Мордовии…

5 марта П.Хвень писал: «Ждем закона о статусе города». Там же Ира Муравьева: «Товаров нет, продолжается соревнование цен». Талоны на 2­й квартал не выдавать.

23 марта – «Милости просим приватизировать свою квартиру». «Профбольным – «чернобыльские» льготы». Под генеральной рубрикой «Мир кулис» – несколько материалов: «Знакомые все лица», «Любить актера».

А первого апреля мы, забыв о шутках, писали «Большое сердце маленькой Норвегии», где приводили опись полученной гуманитарной помощи и расписывали, как ее распределили. Я помню этот караван машин, помню фойе администрации города, заваленное коробками и пакетами. И очереди получателей. И свой ужас: как мы дошли до такой жизни, до такой разрухи, ведь у нас не было войны…