О суетном и вечном с
губернатором Ходыревым
30
марта перед храмом Серафима Саровского
дежурили гаишники и журналисты: газетчики и
милиционеры нервно поглядывали на дорогу, а
телевизионщики по-хозяйски расставили
треногу для видеокамеры. Ждали губернатора
со спонсорами. Кортеж еще не появился, а на
сотовый одного из коллег уже позвонил
министр Лимаренко и распорядился:
Дерипаску не снимать и вопросами
алюминиевого магната не утомлять. Наконец
появились джипы с мигалками и огромный
лимузин. Высоких гостей встретило
руководство города и РФЯЦ-ВНИИЭФ.
Реставрируемая церковь Серафима
Саровского благосклонно сияла золотыми
куполами на ярком весеннем небе. Под ногами
чавкала какая-то жижа из песка и воды. В
храме – полумрак, вдоль стен тянутся к
куполу строительные леса с рабочими, шумят
какие-то инструменты. Но меня занимает
другое – я впервые вижу наш бывший театр в
преображенном виде: нет фальшпотолка, окна
под куполом распахнуты навстречу дневному
свету, исчезли кресла и сцена. Кое-где
появились уже иконы, с потолка свисает
настоящее паникадило (церковная люстра).
Впрочем, дело не в деталях. Даже я, далекий в
общем-то от церкви человек, ощущаю –
свершилось таинство преображения или
очищения. Если бы не боялась высоких слов,
сказала бы, что душа парит под этим куполом,
удивительно, но как-то всем существом
устремляешься здесь ввысь. И почему-то
подумалось, что Пасха в этом году будет в
Сарове особенная.
А гости деловито осмотрелись и
отправились на экскурсию в подземную
церковь. Пока они там осваивались, мы с
коллегами мешали курить губернатору Г.Ходыреву.
Мы рассказали Геннадию
Максимовичу, что молодежь города прислала в
редакцию письмо, в котором недоумевает,
почему светские власти столько внимания
уделяют церковному празднику.
Нижегородская пресса уже вовсю пишет, что к
100-летию со дня канонизации преподобного
все монастырские здания должны быть
возвращены церкви. Саровчан волнует судьба
детской библиотеки и детской школы
искусств. Они напоминают, что церковь у нас
отделена от государства.
Геннадий Максимович в ответ на
это заявил, что многие легенды рождает сама
пресса:
– К празднику никто таких задач
не ставит. У нас две крупных задачи:
построить театр, отреставрировать храм
Серафима Саровского и колокольню. Пока еще
не знаем, что делать с этими антеннами. Ну, и
облагородить ближнюю и дальнюю пустынки.
Что касается дивеевских дел, то
на территории монастыря много построек
светских: и жилье, и милиция, и еще какие-то
строения. Не все к 100-летию будет делаться.
На будущий год, по-моему, 250 лет со дня
рождения Серафима Саровского (по одному из
источников он родился в 1754 году). Поэтому не
все сразу. Не так бездумно, как поступили,
может быть, в свое время в Дивееве, когда дом
культуры отдали под дела церковные, а село
осталось без культурного центра. Это тоже
неправильно. Таких ошибок допускать не
будем. Пока не подготовим места к
отступлению, естественно, передавать
ничего не будем.
Почему светские власти в это дело
вмешиваются? Во-первых, православие – одна
из ведущих религий в России. Хотели бы мы
этого или не хотели, действительно история
православной церкви очень тесно
переплетена с историей Руси. Я думаю,
восстановление духовных и культурных
ценностей – наша общая задача и тут
делиться – не время и не место, особенно, не
время. Наше общество и так раздирают
различные политические противоречия,
реформы, удачные и неудачные. Мне кажется,
что восстановление исторических святынь
нашего народа будет служить некоему
объединению, укреплению нашей духовности.
Молодежь, я думаю, никто не будет
заставлять молиться в церкви, отнимать у
них библиотеки и какие-то другие объекты,
необходимые для нормального развития.
У Г.Ходырева спросили, чем лично
ему дорог Серафим Саровский, какое значение
он имеет в его жизни, в жизни общества?
– Я не настолько верующий
человек, как большинство россиян. Десять
заповедей, конечно, соблюдаю: не убий, не
укради – веди себя прилично в обществе.
Если честно говорить, впервые я услышал о
Серафиме Саровском в 91 году, когда
переносили его мощи из Санкт-Петербурга в
Дивеево. Поэтому сказать, что я почитатель...
Я уважаю, и Серафима Саровского, и Сергия
Радонежского – это великие святые, которые
много сделали для православной церкви и
российского общества в целом. Серафима
Саровского я считаю российским гражданином,
который требует всяческого почитания и
уважения. Что касается православной церкви,
истинно верующих, у них есть много других
оснований для его почитания, связанных с
его якобы целительными возможностями и так
далее. Что я могу о Серафиме Саровском
сказать? Ну, почитал те книги, которые вы
всем здесь дарите. Мои познания этим и
ограничиваются.
Поэтому поставим задачу перед
средствами массовой информации нашей
области: просветить, кто это такой и почему
так много суматохи вокруг его имени, в том
числе среди светских властей.
Следующий вопрос к губернатору
был связан с заседанием координационного
совета и Святейшего Синода 2-3 апреля в
Москве: какие документы областной
организационный комитет подготовил к нему?
Журналистов волновало, что будет с нашей
телевизионной антенной?
– Не забегайте вперед. Я только
приехал из командировки. Мне еще будут
докладывать, что с вашей антенной. Отстает
строительство театра. Я считаю, что темпы
должны быть увеличены, иначе не успеем,
поэтому идет нормальная работа, по мере
готовности документов будем их
обнародовать. Послушаю, что делается на
стройплощадках, какие документы
подготовлены для правительственной
комиссии, которая скоро будет заседать в
Москве. Туда решили перенести общий сбор. Мы
съездим, доложим, послушаем, какие
замечания нам сделают вышестоящие
начальники, в русле этого будем работать.
Спросили мы Геннадия Максимовича
и о средствах спонсоров, удалось ли их
привлечь и в каком объеме от необходимого.
– Средства поступают пока не в
тех объемах, в каких нам хотелось бы. Но
русские медленно запрягают, да быстро ездят.
– Будут ли использоваться
средства федерального бюджета?
– Мы, по-моему, сто раз на эту
тему говорили, – заметил губернатор. На
мгновение я испытала неловкость, но тут же
успокоилась: раз читатели продолжают
спрашивать нас об этом, значит – что-то
недопоняли? А Г.Ходырев уже продолжал:
– Во-первых, 10 миллионов дали для
расселения с территории Дивеевского
монастыря, потом 31 млн. руб. выделили на
строительство театра. Остальные деньги на
театр – ваши городские. А на восстановление
храма – деньги спонсоров.
– Их достаточно? – уточнили
въедливые журналисты.
– Будет достаточно порядка 20
миллионов на реконструкцию вместе с
утварью церковной. Здесь у меня опасений не
возникает.
– Совместимы ли Федеральный
ядерный центр и центр религиозный? К
первому августа в Сарове будет пять
действующих церквей.
– Ну, совместимы или не
совместимы, теперь об этом поздно говорить.
Я не знаю, что об этом думали, когда место
выбирали. Была мода церкви громить, сегодня
модно церкви восстанавливать. Я думаю, что
ничего страшного нет, что с ядерным центром
будут соседствовать пять храмов. Я не думаю,
что они тут с утра до вечера будут наполнены
верующей братией. Это не так. Ну, кто не
верует, взор будет услаждать золотыми
куполами, крестами, подсветкой. Это вообще-то
во всем мире так: люди не ломают, а берегут.
Не для того, чтобы насаждать религию, а
чтобы восхищаться архитектурой, историей.
Приятно за камень подержаться, которому
тысяча лет (смеется). Настало время
собирать камни, это, наверное, правильно.
Еще раз вернусь к началу нашего
разговора. Нельзя делать одно в ущерб
другому. На заре советской власти церкви
ломали, делали там дома культуры,
библиотеки. Теперь все ударились в
восстановление, забыли про библиотеки, дома
культуры и так далее. Это недопустимо в XXI
веке.
– У нас так не будет?
– Я думаю, что не будет.
– Геннадий Максимович, саровская
молодежь упрекает светские власти за
повышенное внимание к восстановлению
духовности в ущерб светским проблемам. У
нас до сих пор не решен вопрос о передаче
городу спортивно-культурного комплекса
Дома строителя, который находится в старой
части города, а рядом расположен СарФТИ, не
имеющий спортзала... Нужна ваша помощь.
– Геннадий Закирович ко мне за
помощью не обращался. Он знает, что
губернатор еще более нищий, чем город Саров.
Вы знаете, наступает время крупных платежей,
а денег нет.
– Но Нижний – город, в котором
такая промышленность и такие возможности...
– Но промышленность лежит на
боку. В Нижнем нормально работающих
предприятий очень мало.
– Ни одно крупное предприятие в
Нижнем не осваивает за год таких денег,
какие получает наш федеральный ядерный
центр, – поддержал губернатора Г.Каратаев.
– Ходят сплетни, что в Нижнем
может быть введено внешнее управление? –
тут же спросили губернатора.
– Это правильно, сплетни. Или
кому-то хочется разжигать такие страсти,
что Ходырев ничего не делает...
Во-первых, слава Богу, Ходырев
занялся внешним займом, который непонятно
для чего брали в 1997 году. По крайней мере за
эти годы ничего не построено, ничего не
введено. Осталось 14 должников (возвратили
займ только два наших предприятия, больше
никто – опять вступил в разговор Г.Каратаев),
остальные исчезли, не найдешь их теперь.
Нижний Новгород должен 37 млн. долларов, у
него сейчас нечего забрать. Автозавод 8
миллионов долларов должен, Павловский
автобусный завод должен, «Ока» навашинская.
Речь идет о том, где перехватить деньги
дешевые и надолго. Для полного счастья нам
надо 3 млрд. руб. лет на пять под невысокие
проценты. С такой просьбой я обратился к
Минфину России, или они дадут, скажем,
процентную ссуду на пять лет, или Сбербанк
России. Если никто ничего не даст, у меня
единственный путь – выходить на кредиторов,
извиняться и договариваться, через сколько
лет мы им заплатим. Мы можем платить не
более 5% расходной части нашего бюджета –
примерно 600 млн. руб. в год. Думаю, скорее
всего этот третий путь и будет избран.
Причем мои предшественники
реструктуризацию провели самым
безобразным для области способом: вместо
того, чтобы сократить долги, то, что не было
уплачено, вложили в тело основного долга и
теперь область должна не 100 миллионов, а 132.
На эти деньги накручиваются еще проценты
платы за кредит, в общем, – головная боль,
поэтому помощи от губернатора в делах
капитальных вложений ждать не стоит.
На этом интервью закончилось,
гости шли к машинам, чтобы ехать на осмотр
музея ядерного оружия. Напрасно мы кричали
в спину губернатору, что денег никто у него
не просил, просили помощи в решении
статусного вопроса.
У Радия Ивановича Илькаева мы
успели поинтересоваться, поняли ли
спонсоры поставленную перед ними задачу.
Директор РФЯЦ-ВНИИЭФ ответил дипломатично:
– Пройдет праздник 100-летия
канонизации. Но проблем останется очень
много, нужно, чтобы в сознание богатых людей
была заложена мысль о необходимости
восстанавливать колоссальные ценности,
имеющиеся в России. Эта задача для всех нас
на долгие годы вперед. Поняли они или не
поняли, жизнь покажет.
Ольга Загускина
Фото Сергея Кремзукова
