Валерия Байкеева руководит ростовским агентством «Пять плюс», которое занимается рекламными и пиар-технологиями. Работает на предвыборных кампаниях с начала 1990-х.
N: — Насколько сильно изменились выборные технологии за минувшие десять лет?
В.Б.: — Я бы сравнила первые годы с 3–5-летним ребенком: очень творческие, бесстрашные, с огромным количеством ошибок, на которых предполагается учиться. Придумывались новые ходы, задумывалась куча мероприятий типа КВН, агитационных поездов. Черт знает что мы тогда творили! Страна огромная, и поэтому более или менее целостного подхода к выборам не сложилось. Каждый дудел в свою дуду. В этом плане наиболее интересной и показательной мне кажется президентская кампания 1996 года.
В середине 1990-х ростовские пиар-команды достигли уровня 18-летнего юнца с его самоуверенностью и самодостаточностью. Стали появляться самоуверенные перлы, которые сейчас себе мало кто позволит. Тогда в порядке вещей были листовки во всех цветах и на ламинированной бумаге. Все было такое «богатое», с ростовским прононсом буквы «г». Это был расцвет слоганов со словом «профессионал», мода на которые пришла из Москвы. Только ленивый тогда не заявил, что у него профессиональная команда. При этом ни у кого не возникал вопрос: откуда взялись эти «профессионалы» на фоне повально непрофессиональной страны?
Что касается нынешнего периода, то это стадия зрелого человека. Уже сложившимся командам есть что терять, поэтому они пытаются вести себя более осторожно.
N: — На какого избирателя приходится работать в первую очередь?
В.Б.: — Все наши технологии сейчас, по сути, направлены на бабушек и дедушек, а большинство ходов сводится к тому, чтобы придумать, как бы потрогательнее их поздравить, как бы к ним достучаться. Помню, был случай. Еду на машине по проселочной дороге и вижу вереницу старушек с пакетами. Останавливаюсь, подхожу к одной из них и спрашиваю: «Бабуль, чего ты тут делаешь?» А бабка радостная такая, пообщаться-то хочется после вручения подарков. Говорит: «Была на встрече с кандидатами. Вот там выдавали масло, вермишель, соль, сахар». Я спрашиваю: «А от кого?» Бабка растерянно посмотрела на меня и говорит: «Щас!» Долго роется в сумке, достает бумажек тридцать — приглашения, портреты, девизы, лозунги. Потом тычет пальцем в одну бумажку: «Этот!» Спрашиваю: «Точно?» «Не-а, — говорит. — Вот этот!» Я говорю: «Ты хоть бы надрывала края листовок, от кого уже получила подарки».
N: — Наверняка за свою десятилетнюю практику вы заметили, какие предвыборные идеи на Дону никогда не сработают.
В.Б.: — Как и свойственно провинции, Ростов не примет «чужих». Это особенно свойственно для нашей области, куда едут беженцы с Северного Кавказа. Против них существует предубеждение: понаехали сюда, строят из себя мучеников, а в это время скупают наши земли. Когда директор «Тавра» был приглашен в эфир радио, позвонил один мужчина, явно из братков, и сказал золотые слова, которые характеризуют ростовчан: «Мы с компанией вас поддерживаем, и не только потому, что у вас качественная продукция, но и из-за того, что вы наш, местный — к вам всегда можно прийти и за что-то спросить».
Кроме того, на Дону никогда не будет пользоваться доверием человек, который кичится своей бедностью. Но при этом богатых здесь тоже не любят. То есть нужен успешный человек из середняков, который достиг всего сам.
Беседовала Елена Супонькина
|