|
Интервью
Жизнь Мастера
Заслуженный артист России
Виталий Стужев в моноспектакле
"Жизнь флорентийского мастера Бенвенуто Челлини,
рассказанная им самим" на малой сцене ярославского ТЮЗа.
Виталий Львович, "Жизнь Бенвенуто Челлини…" - это Ваш первый моноспектакль?
Нет. Их было много. Когда-то, в 1987 году, с Людмилой Зотовой, актрисой Волковского театра, мы сделали
первый шаг - создали театр в музее. Сначала мы играли в ярославском выставочном зале. Поводом для этого
послужило 125-летие со дня рождения художника Константина Коровина. В выставочном зале было размещено
огромное количество его работ из многих музеев. Кроме того, что Коровин был художником, он немного писал.
У него есть книга, которая называется "Мыс доброй надежды". Вот по ней Людмила Зотова сделала инсценировку,
и мы поставили моноспектакль. В большом фойе выставочного зала, на фоне картин и старинной мебели
прозвучало слово Коровина. Это был спектакль на полтора часа. Успех был ошеломляющий.
На гребне этого успеха мы сделали еще один спектакль, инсценировав гоголевскую повесть "Портрет".
Эту работу поставили в митрополичьих палатах. В сводчатых стенах, на фоне старинных огромных картин мы
играли мистическое произведение Н.В.Гоголя.
А потом так случилось, что я вместе с режиссером Глебом Дроздовым уехал из Ярославля. Мы создали в
Тольятти первый в России контрактный театр, собрали отличную труппу - 24 человека, классическое сочетание:
треть женщин, две трети мужчин. Это было мечтой всей моей жизни: создать некий идеальный театр, в котором
можно было бы создавать яркие интересные спектакли. Но, кроме того, в этом театре удалось создать
материальные условия для достойной жизни актеров.
Примерно в течение пяти лет это был замечательный театр, с которым мы триумфально проехали пол-Европы,
а также гастролировали в Москве, Ленинграде, Вильнюсе, Минске. Но постепенно он стал превращаться в
обычный. Мы были с Дроздовым большими друзьями, но к тому времени стали идейно расходиться, хотя дружба
наша и осталась.
Я ушел из театра, от хорошей жизни, вернулся в Ярославль. Мы сделали моноспектакль по Леониду Андрееву
"Иуда Искариот", который, пожалуй, был одной из самых славных страниц моей творческой биографии.
Я выиграл с ним два всероссийских фестиваля. Интересной была сама тема - Христос, Иуда...
Мы анализировали, почему могло случиться предательство, почему было такое предопределение для Иуды.
Был еще спектакль "Выстрел", но это был не мой моноспектакль, а три моноспектакля.
Два небольших фрагмента играли другие актеры.
Потом мы с Людмилой Зотовой сделали в стенах художественного музея чеховские миниатюры.
Затем начался период раздумий: раньше я работал в серьезных театрах таких, как Волковский, но
посмотрел спектакли ТЮЗа, и они мне очень понравились. В этом театре был талантливый человек,
режиссер Александр Кузин. Уже вместе мы сделали несколько хороших работ.
Почему при выборе спектакля Вы взяли именно "Бенвенуто Челлини…"?
Людмила предложила мне прочесть эту инсценировку, и мы начали репетировать. Потом переключились на
"Иуду Искариота". Лишь год назад мы снова решили вернуться к "Бенвенуто…".
Конечно, он сам по себе был очень любопытной личностью. Эпоха возрождения - время, когда появилось
множество великих людей, расцвели буйным цветом все виды искусств - живопись, скульптура, театр, поэзия,
музыка. Среди такого созвездия талантов,как Рафаэль, Леонардо да Винчи, Микеланджело, этот человек не
потерялся. Микеланджело очень любил Бенвенуто и считал его своим учеником. Челлини - человек множества
дарований. Он был и поэтом, и музыкантом, играл в оркестре герцога. Колоссальная личность. И при этом он
обладал независимостью, был человеком дерзким, и хотя это было для его времени опасно, свой характер не
менял. Именно поэтому он знал и роскошь, и нищету, и славу, и безызвестность, прошел тюрьму и монастырь.
А в конце жизни написал книгу, которая понравилась многим. Ее прочитал Александр Дюма, и на ее основе он создал свой знаменитый роман "Асканио".
У каждого артиста есть своя тема. Для меня это отношения художника и власти. Здесь мы развили эту тему,
сделав такую вертикаль: художник - власть - Бог. Спектакль о Бенвенуто, о его жизни, но в нем
присутствую и я, Стужев, и композиторы, и художники, и поэты, их творчество и отношение с властью, и,
в конечном итоге, наше отношение к Богу.
Что вы думаете о мотивах, которые двигали Бенвенуто к творчеству? Были ли это амбиции, тщеславие?
В конце спектакля вы осуждаете художника за гордыню. Как это совмещается?
Если человек беззаветно посвящен своему делу, он делает максимум возможного, не позволяет себе ни на одну
секунду расслабиться и схалтурить. Челлини это делал, отказываясь от самых выгодных заказов, если
понимал, что это для него неинтересно, и таким образом он шедевра не создаст. Есть такое понятие -
профессионализм. К нему относится чувство долга, ответственности за свою профессию.
Как Вы соединяете воедино свои убеждения, веру в Бога со своей профессией?
В этом спектакле я играю человека, который ни на минуту не забывает о Боге. Совершая какие-то грехи,
он кается, просит у Бога прощения, почитает Его больше, чем кто-либо другой рядом с ним.
Какие герои Вам ближе всего?
Раньше у актеров было строгое амплуа. Но есть такие актеры, которые могут играть все. Я отношу себя к
этому разряду. Я играл и комедийных героев, и социальных. В разные периоды жизни были определенные
любимые роли, и не могу сказать, какая из них была самая любимая. Я почти никогда не знал недостатка в
работе, сыграв около двухсот ролей, из которых около пятидесяти центральных, около сорока наипервейших
ролей мирового классического репертуара.
Осталась ли какая-то роль, которую бы Вы хотели сыграть?
Да, но я уже, нверное, не успею это осуществить. Я не сыграл Гамлета, но горжусь этим поступком.
Потому что в то время, когда я готовился к этой роли, вышел фильм "Гамлет" со Смоктуновским. Я считаю,
что это самый великий актер за всю историю русского театра. Я не стал играть Гамлета, потому что
Смоктуновский сыграл его гениально, лучше бы не получилось ни у кого.
Актерская профессия такова, что чем больше работы, тем лучше. Творческий голод - основа внутреннего
конфликта актера.
Вы можете что-то пожелать читателям нашей газеты перед Рождеством и Новым Годом?
Я родился давно, перед войной. У меня было голодное детство, нищая юность, бедная молодость, только в
солидном возрасте я стал что-то иметь. При всем этом у меня был неувядаемый, неисчерпаемый оптимизм,
надежда, вера в то, что должно быть лучше, и не просто надежда, а попытка добиться этого.
Я хочу пожелать, чтобы эта вера, надежда никогда не оставляла человека, чтобы какая-то доля оптимизма
у него оставалась даже в самых сложных ситуациях.
|
