|
ндрей Павлович Бородовский — заведующий
сектором Института археологии и этнографии СО РАН, доцент кафедры
истории мировой культуры Новосибирского государственного педагогического
университета, кандидат исторических наук. В районе нижней Катуни
работает второй десяток лет, но в последнее время в связи с активной
хозяйственной и строительной деятельностью в районе Чуйского тракта ему
приходится работать в районе сёл Манжерок и Барангол — там, где
расположено много турбаз и ведётся расширение полотна Чуйского тракта.
А.Бородовский считает, что на базе
археологического памятника «Чултуков Лог» вполне можно и нужно создать
историко-культурный центр, где люди могли бы прикоснуться к древней
культуре, тем более что это место за счёт интересных, а во многом даже
сенсационных находок в последние пять лет обрело мировую известность.
Именно здесь были найдены золотые украшения, которые в очередной раз
изумили археологов всего мира. И здесь же были найдены древнеегипетские
бусы, которые служили украшением во времена Клеопатры.
Древняя история может и должна работать на
настоящее и даже приносить определённые доходы тем людям, которые
занимаются этой проблематикой, а самое главное - влиять на сознание
туристов и гостей Горного Алтая. Ведь они ходят не просто по земле; они
ходят по земле, буквально каждый метр которой насыщен историей, и к ней
нельзя относиться без понимания её ценности. В конечном итоге это даст
возможность заниматься, если угодно, «патриотическим воспитанием», но не
в менторской манере, а естественным образом приобщая человека к тому,
что он должен, в общем-то, представлять значение той территории, на
которой он находится.
Каждое лето А.Бородовский руководит
студенческой практикой. Район Манжерока, по его глубокому убеждению,
будет тем местом, где можно проводить не только практики Новосибирского
педагогического университета, но и делиться опытом археологических
исследований, поскольку это место — в отличие от Укока или Каракольской
долины — удачно расположено и имеет великолепную инфраструктуру. Самое
главное — это место находится в очень выгодном месте транспортной
развязки и, более того, обладает огромным историко-культурным
потенциалом. Фактически здесь можно всем показывать всё многообразие
древней истории и культуры, накопленной в магическом калейдоскопе
Горного Алтая. Здесь, в районе Манжерока, есть всё то, что было в Сибири
в глубокой древности.
Кочевники сформировали в горах Алтая, а потом
разнесли по всему миру культуру воинского быта. Фактически в Пазырыкскую
эпоху в V веке до н.э. происходит резкий перелом всего культурного
развития ещё и потому, что возникает новое условие для быстрого
транспортного сообщения. Именно в это время достигает своего апогея
коневодческая культура, в центре которой оказался всадник-воин; он был,
выражаясь по-современному, тем локомотивом, за которым следовали все
остальные достижения культуры (военные, торговые и т.д.).
Всадники были не только мобильны, они активно
взаимодействовали с различными регионами, вплоть до далёкой Скифии и
даже до Индии и Египта, хотя это взаимодействие было не прямым, а через
серию опосредованных контактов. Впереди у археологов, вне всякого
сомнения, ещё много находок, но для них главное — даже не вещи, а то,
что стоит за ними. И в этом плане они стремятся увидеть каждый раз
человека, который делал все эти образцы материальной культуры.
Собственно говоря, это и есть главное в археологии, считает
А.Бородовский, поскольку сами вещи без человека безусловно мертвы, и они
позволяют получить информацию из предмета лишь в том случае, когда мы
реально представляем того носителя, производителя, мастера, художника,
который выполнял этот предмет несколько тысячелетий тому назад.
Экспериментальная археология открывает ту
калитку в древность, проходя сквозь которую мы можем получить более
образную информацию о том, что дают археологические раскопки. У нас в
стране есть достаточно давние традиции экспериментальной археологии.
Если брать новосибирский опыт, рассказывал А.Бородовский, то ему уже
несколько десятилетий, работает очень много разных специалистов, каждый
из которых исследует отдельную сферу деятельности.
Андрей Павлович занимается технологией
обработки кости, рога, металла — этот период соответствует периоду
древних кочевников. Для него это очень интересное время, прослеживается
очень интересная психология людей, проживавших в то время. Мы слишком
часто мыслим категориями современного промышленного мира, видим некий
технологический цикл, время производства и определённую организацию
этого производства. Мы не задумываемся над тем, что производство в
древности — совершенно другая сфера, другая философия в отличие от той,
в которой живём мы.
Сейчас совсем другая философия предмета,
которая отличается от древней, и весь фокус в том, что мы сейчас живём
как бы с вещами-однодневками, промышленное производство нам навязывает
многочисленные предметы, которые мы должны часто менять, являясь
потребителями, тем самым создавая спрос, стимулируя промышленность. В
древности всё было по-другому. Вещь была, во-первых, индивидуальна, а
во-вторых, она имела более длительный период использования. И она
фактически жила вместе со своим хозяином на протяжении более длительного
времени.
Люди тогда не гнались за сменой вещей, они не
болели «вещизомом», этой заразной болезнью, охватившей современное
человечество с подачи идеологов индустриальной революции. И вот эта
философия вещи, которая живёт вместе с человеком длительное время, и
которая сопереживает с ним определённые события, ему как археологу более
близка.
Древние кочевники обладали совсем другой
философией изготовления вещей, самое главное — они создавали их
определённым образом, и это был своего рода ритуал. У кочевника не было
своих фабрик, у них было мелкое кустарное, домашнее производство. Но это
домашнее производство было подчинено некоему естественному
хозяйственному циклу.
Процесс производства вещей был растянут, как
сама жизнь кочевника, во времени и пространстве. В зависимости от
конечной точки завершения предмета, он мог приобретать ту или иную
форму. В своих археологических раскопках учёные неоднократно
сталкивались с этим, когда казалось, что предмет ещё не доделан, но он
уже используется в реальной жизни. Это означает лишь то, что в случае
необходимости, когда есть время, возможность и вдохновение, кочевник мог
брать эти предметы и доводить их до определённого и нужного качества.
Кроме этого мы должны понимать, что время в
древности оценивалось совершенно по-другому, поэтому на вопрос: «А
сколько вы потратили времени на изготовление того или иного предмета?» —
было не совсем корректно отвечать, потому что мы сейчас оперируем
промышленным пониманием, а в древности всё было совершенно по-другому,
время было разобрано, разорвано, дискретно, непрерывно. И нельзя
соотносить, сколько именно времени требовалось на изготовление той или
иной вещи.
И как раз эти связи, эти философские основы
нашего бытия позволяет установить экспериментальная археология. Это не
только попробовать вырезать, сшить что-то вручную, оббить камень или
что-то отлить из металла — подробное просто, уверяет А.Бородовский; но
это ещё и тот путь постижения прошлого, который в конечном итоге
является более точным, в дополнение к тем подлинным археологическим
источникам, которые открываются в ходе археологических раскопок.
Археологи, когда исследуют памятники,
сталкиваются с двумя видами трудностей. Во-первых, это огромный разрыв
во времени, который «нависает» над тем объектом, который ты исследуешь,
и, собственно говоря, тем временем, в котором ты живёшь. С другой
стороны, у них нет реального опыта манипуляций с теми предметами,
которые они находят. И вот эти две трудности, по словам А.Бородовского,
заставляют археолога приобретать новый опыт. Но каким образом?
Приобретением такого опыта занимается экспериментальная археология, т.е.
это своего рода попытка восстановить древние технологические схемы,
технологические приёмы, и ещё это попытка восстановить многие навыки,
скажем, связанные с древними орудиями труда или одеждой.
В целом экспериментальная археология интересна
не только для исследователя, она позволяет получить некие объективные
данные о предметах, а также интересна своим продуктом, точнее,
возможностью получать копии — причём достаточно достоверные — тех
древних предметов, которыми мы можем пользоваться и сейчас. Это
приобретает особое назначение на Алтае, особенно в рамках создания
историко-культурных комплексов и демонстрации той материальной культуры,
которой жили наши далёкие предки.
Из отдельных разрозненных обломков, фрагментов
воссоздаются детали костюма, древнего панциря, каких-то инструментов...
Это всё начинает работать, делится своими размышлениями А.Бородовский, и
человек уже не так отстранённо воспринимает прошлое. Прошлое становится
как бы ближе и понятнее. А раз оно становится ближе и понятнее, то
соответственно и воспринимается не так отчужденно, как мы обычно
привыкли воспринимать историю: «это было когда-то давно, и меня это не
касается...»
Ещё как касается, убежден А.Бородовский:
процесс археологизации нашего быта неумолим, как и ход всей нашей жизни,
и с каждым годом многие объекты становятся достоянием уже археологии; в
частности, памятники начала XX века — это уже полноценная археология,
хотя, казалось бы, в это время жили наши бабушки и дедушки, это было
совсем недавно... Казалось бы, в это время была и фотография, были
газеты, но всего многообразия информации эти источники — ни письменные,
ни визуальные — не способны отразить, поскольку материальная культура
остаётся самым точным отпечатком времени.
Любому человеку, если к нему попадает та или
иная вещь какой-то эпохи, на подсознательном уровне она говорит куда
больше, чем прочитанная книжка или просмотренный фильм. Любой предмет —
это некий код далёкой эпохи, который позволяет на подсознательном уровне
почувствовать особенность той далёкой поры, в которой жили наши
предшественники. И как раз в этом плане экспериментальная археология
(иногда её называют визуальной) даёт возможность как бы восстановить
процесс, зафиксировать его в деталях и на выходе получить очень
качественную и полноценную реконструкцию далёкого прошлого.
Вглядимся в иллюстрации, подготовленные
мастерами визуальной археологии. Не правда ли, древние люди становятся
ближе и понятнее для каждого из нас?
Подготовил к
печати А.ТЫРЫШКИН.
№ 2,
2006 год |
Как
никогда, на этой неделе Рыбам нужно отнестись ко всему с большой серьёзностью.
От этого будет зависеть многое в вашей жизни. В понедельник очень возможна
некоторая прибыль. Во вторник, доверившись своей интуиции, вы сможете принять
единственно правильное решение. В среду и четверг вы почувствуете упадок сил, и
вам захочется уйти от повседневной действительности. В пятницу плохое настроение
ещё не пройдет, но уже наступит заметное улучшение. В субботу и воскресенье
появится уверенность в собственных силах, и вы поймете, что ваши надежды близки
к исполнению. 