С ними я познакомилась на семинаре, проходившем на прошлой неделе в Москве под эгидой Национального института прессы (НИП). Одним из ведущих направлений работы НИП является информационная и консультационная помощь журналистам ядерных государств СНГ по проблемам ядерной безопасности и нераспространения ядерного оружия. На ежегодных семинарах и конференциях журналисты знакомятся с дополнительной информацией из государственных и негосударственных источников по обозначенной проблеме. И уже стало традицией, что конференции по ядерной журналистике совпадают с событиями мирового значения. Так, в прошлом году журналисты встречались в разгар бомбежек Югославии. В этом - сразу после ратификации договора о сокращении наступательных вооружений (СНВ-2) в Госдуме и заявлений США о развертывании национальной ПРО. Выступавшие перед журналистами представители Министерства иностранных дел, Минобороны, Минатома и др. обозначили свою позицию по этим вопросам. Позиции оказались близки: ратификация договора СНВ-2 укрепляет международную стабильность, намерения США по ПРО - разрушают.
Владимир Александрович Куклев. Генерал-майор, помощник начальника Международно-договорного управления Главного управления международного военного сотрудничества Минобороны РФ. Вопросами переговоров об ограничении стратегических наступательных вооружений занимается с 1975 года. Он считает, что договоры об ограничении и сокращении стратегических вооружений (СНВ-1, СНВ-2, ПРО) отвечают национальным интересам России и повышают ее безопасность.
Сокращение стратегических вооружений уменьшает уровень военной угрозы за счет снижения нацеленных на нас ядерных боеголовок. Достаточно сказать, что договор СНВ-1 сократил количество ядерных боезарядов каждой из сторон (СССР и США) примерно с 12 тысяч единиц до 6 тысяч. Договор СНВ-2 предусматривает еще более значительные сокращения. Уровень ядерных боезарядов на стратегических носителях не должен будет превышать 3-3,5 тысяч единиц.
Сокращение стратегических наступательных вооружений может дать существенное снижение материальных и финансовых затрат на создание и поддержание определенной группировки стратегических вооруженных сил.
В начале переговоров по стратегическим вооружениям в 1969 году делегации СССР и США пришли к выводу: развитие средств вооруженной борьбы подчинено цикличности - когда появляется какое-либо новое средство нападения, то в ответ появляются средства защиты от нападения. В конце 60-х-начале 70-х годов у двух стран была уникальная возможность разорвать этот порочный круг. Уже имелись средства нападения (стратегические баллистические ракеты), но ни у одной из сторон не было еще развернуто значимой системы ракетной противообороны. Стороны прекрасно использовали эту возможность и заключили в 1972 году два соглашения: Договор об ограничении систем противоракетной обороны (бессрочный) и Временное соглашение о некоторых мерах по ограничению стратегических наступательных вооружений.
Это был очень мудрый шаг, который создавал условия, лишающие стороны надежды на рациональное использование ядерного оружия против другой стороны. Самое большее, на что могла рассчитывать сторона, решившая применить ядерное оружие, - что она погибнет второй, а не первой. Наиболее эффективное средство сдерживания придумать трудно.
Однако в настоящее время будущее этой системы усилиями США ставится под очень большой вопрос. Речь идет об американских планах по развертыванию запрещенной действующим договором по ПРО (от 1972 года) системы противоракетной обороны на территории США и несоблюдении США целого ряда ключевых положений договора СНВ-1.
Первая ощутимая угроза договору по ПРО возникла после провозглашения президентом США Р.Рейганом в марте 1983 года так называемой стратегической оборонной инициативы (СОИ). То есть программы развертывания широкомасштабной противоракетной обороны с элементами космического базирования. Но тогда из-за несовершенства военных технологий проект реализовать не смогли. События последнего времени показывают, что вопрос о развертывании в США запрещенных договором по ПРО систем противоракетной обороны практически решен. Подписание президентом Б.Клинтоном в июле прошлого года закона, возвело эту задачу в ранг государственной политики США.
Хотя принятие окончательного решения о начале развертывания перенесено на текущий год, в конечном итоге решение о развертывании будет принято, считает В.Куклев. По крайней мере, рассчитывать на то, что США откажутся от своих сегодняшних планов не приходится.
В случае развертывания американцами системы ПРО создается принципиально новая ситуация в отношениях между Россией и США. Нарушается стратегический баланс между странами. Существует несколько сценариев поведения России в таких условиях. Первый - смириться с ситуацией и признать подавляющее военное превосходство США. Но это уже будет иметь не столько военные, сколько политические последствия. Второй - принятие каких-то ответных мер, способных нейтрализовать американскую противоракетную оборону. Опять гонка вооружений уже на новом уровне.
Однозначно можно сказать, что развертывание национальной ПРО остановит и даже прекратит весь процесс сокращения стратегических наступательных вооружений.
США понимают, что если они в одностороннем порядке выйдут из договора по ПРО или нарушат его, это нанесет им политический ущерб. Поэтому они сейчас пытаются подключить к этому процессу Россию, предлагая модифицировать договор по ПРО таким образом, чтобы новый договор разрешал развертывание "ограниченной" системы противоракетной обороны.
Что же касается несоблюдения США положений договора СНВ-1, то российская сторона неоднократно на протяжении достаточно долгого времени ставила этот вопрос перед американцами. В результате нарушений США приобретают так называемый "возвратный потенциал", то есть способность быстро и практически без особых затрат увеличить количество ядерных боеголовок на своих стратегических носителях примерно на 2,5-3 тысячи. Это значимо при уровнях ограничения в 6 тысяч единиц. И тем более значимо при дальнейшем уменьшении количества носителей.
Министр энергетики США Ричардсон недавно заявил, что сейчас они запустили программу по поддержанию в боеготовном состоянии такого количества боеголовок, чтобы США имели возможность, в случае вступления в силу договора СНВ-2, в короткий период нарастить это количество до уровня, предусмотренного СНВ-1 (до 6 тысяч единиц). Так что "возвратный потенциал" - не фантазия. К сожалению, горькая реальность.
Владимир Семенович Белоус. Директор Центра международных и стратегических исследований "Российской академии управления-Университета". Профессор Академии военных наук. Генерал-майор в отставке.
Он предложил журналистам взглянуть на обсуждаемую проблему с точки зрения политических и военных аспектов ядерного оружия.
В концепции национальной безопасности России подчеркивается, что важнейшая задача Российской Федерации - осуществление сдерживания в интересах предотвращения агрессии любого масштаба, в том числе и с применением ядерного оружия против Росии и ее союзников.
По мере ослабления военной конфронтации, уменьшения идеологической нетерпимости двух стран роль стратегического ядерного оружия стала постепенно снижаться. В то же время возросла угроза региональных и локальных конфликтов. Как же поступать в этом случае? Американцы делают ставку на высокоточное оружие. И у нас высказывается мнение, что высокоточное оружие - оружие будущего и России оно необходимо.
В принципиальном плане это сомнений не вызывает. Но когда мы подходим к оценке адекватности наших усилий тем угрозам, которые возникают перед Россией, то видим, что не все так просто.
Нанесение неприемлемого ущерба противнику в ответных действиях является необходимым и достаточным условием для поддержания стабильности и обеспечения безопасности России. О размерах неприемлемлемого ущерба политики спорят уже лет 40. Предполагают, что это 30% населения и 70% промышленного потенциала страны. Но В.Белоус убежден, что США никогда не пойдут на превентивный ядерный удар, если под угрозой уничтожения окажется гораздо меньший процент американцев. И поэтому остающихся по договору СНВ-2 ядерных боеголовок будет вполне достаточно для продолжения политики сдерживания.
Прямой источник потенциальных угроз для России по-прежнему является НАТО в условиях его расширения на Восток и продвижения к нашим границам. В стратегии национальной безопасности США подтверждается право НАТО использовать ядерное оружие первыми. Россия в своей позиции не отличается от США.
В одной из своих публикаций В.Белоус назвал договор СНВ-2 -"Брестским миром конца 20-го столетия". Он считает, что России необходимо выиграть время, и договор дает такую возможность при условии соблюдения достигнутых ранее соглашений. При ратификации договора СНВ-2 в Госдуме были поставлены 6 условий, при которых Россия имеет право выйти из договора. Одно из них - нераспространение ядерного оружия на территории бывших стран-участниц Варшавского договора. В этой связи можно рассмотреть два документа. Первый - об объединении Германии. Второй - акт об основах отношений между Россией и НАТО.
В первом документе в отношении тактического ядерного оружия сказано, что на территории Восточной Германии не будут размещаться иностранные войска, ядерное оружие и их носители. Во втором документе говорится, что руководство НАТО не имеет намерений и планов о размещении ядерного оружия.
Сегодня этих планов нет, а завтра они могут появиться. Кроме того, основополагающий акт об отношениях России и НАТО не больше чем декларация о намерениях. Поэтому утверждать, что НАТО не будет разворачивать на территории новых членов блока ядерное оружие - весьма рискованно.
Развертывание национальной противоракетной обороны на территории США ставит Россию в неравное положение. Правда, В.Белоус уверен, что в течение ближайших 10-15 лет США не удастся развернуть такую систему ПРО, которая была бы в состоянии нейтрализовать 2-3 сотни атакующих боеголовок. И для России в первом десятилетии грядущего столетия вопрос об американской ПРО не столько военный, сколько политический.
При разработке договора СНВ-1 наша делегация сделала заявление, что если одна из сторон существенно нарушит договор по ПРО или выйдет из него, то другая сторона будет иметь право в соответствии со своими национальными интересами выйти из договора СНВ-1. Такая же идея имеется в нынешнем федеральном законе по ратификации СНВ-2. Вполне возможно, что Россия в этом случае тоже выйдет из всех договоров по стратегическим наступательным вооружениям.
И что останется - новая конфронтация и новая гонка вооружений? Это мы уже проходили, и итог известен.
В начале июня в Москве ожидают визита Билла Клинтона. Американцы поговаривают, что визит состоится при условии, если Россия "сделает подарок" президенту США. В виде модификации договора по ПРО?