Наталья ЛЬВОВА
Несложные, на первый взгляд, рисунки с поразительной точностью и красотой воспроизводят редкие виды бабочек, птиц, растений. Словно листаешь Красную книгу...
Авторская экспозиция художника-анималиста продолжает традиции выставочной деятельности Законодательного cобрания. Открывшаяся вчера выставка Сергея Шустова продлится до 20 февраля. Потом, по инициативе депутата Александра Серикова, более 30 работ, в графике запечатлевшие уникальную природу Нижегородского края, будут выставлены в школах Нижегородского района.
Наверное, можно назвать работы Сергея Шустова наглядным пособием по природоведению. Хотя в отличие от наглядного материала в них есть душа, передающая зрителю бережное отношение к природе и любовь к родному краю. Удачная форма экологического воспитания. Картины художника, посвященные исключительно русской природе, любят и за рубежом — они находятся в частных коллекциях в Канаде, США, Германии и Франции.
Возможно, кто-то знает Сергея Шустова в другой ипостаси. Он писатель, автор книг “Бах”, “Дачные рассказы”, “Перо сойки”, лауреат национальной премии “Берестяной свиток” по эко-журналистике.
Сергей Шустов закончил биологический факультет Нижегородского университета. В настоящее время работает в Нижегородском педагогическом университете на кафедре астрономии и истории естествознания. Кандидат химических наук, доцент, автор более 120 научных и научно-методических публикаций в областях экологии и экологического образования, металлоорганической и биологической химии, с 2004 года участвует в проекте комитета охраны природы и управления природопользования “Новые формы экологического образования” для педагогов Нижегородской области.
С марта по май в Нижнем Новгороде пройдет образовательная школьная акция в рамках благотворительной программы компании AVON “Вместе против рака груди”. Впервые к ученицам 8—10 классов обратятся врачи-маммологи, гинекологи и педиатры с целью убедить девушек в необходимости следить за здоровьем груди.
Онкологи бьют тревогу: ведь возрастной порог заболеваемости раком молочной железы снижается. При этом за годы работы программы “Вместе против рака груди” ее экспертов — врачей-маммологов поражал тот факт, что очень многие взрослые женщины (особенно в регионах) попросту не задумываются о своем здоровье и ни разу не проходили профилактических обследований, не делали самообследований. Что же говорить о девушках более юного возраста?
Кроме Нижнего Новгорода, акция пройдет во Владимире, Ростове-на-Дону, Уфе и Самаре (в 30 школах каждого из городов) в рамках системы дополнительного образования.
За три года работы программы в России было собрано около 2,7 миллиона долларов. Все эти средства пошли на проведение профилактических мероприятий.
Каждая женщина может получить консультацию врачей по вопросам о здоровье груди по телефону бесплатной “горячей линии” 8-800-200-70-07 или на сайте в режиме реального времени www.avon-protivraka.ru
Вера СЕДЫХ
В художнике-монументалисте, чьи работы украшают интерьеры станции метро “Ленинская” и Дома ученых, в витражных дел мастере, реставрировавшем витражи в здании в стиле модерн на улице Ильинской, трудно заподозрить тонкого ценителя скромной красоты деревенских пейзажей. Однако персональная юбилейная выставка директора художественного училища Павла Шиндяйкина в ЦВК на пл. Минина не оставляет в этом никаких сомнений.
Поражает обилие цветов в пейзажах и натюрмортах, причем не только в вазах на столе, но и прямо в поле за околицей, буквально оглушающих зрителей мощными цветовыми аккордами в первом зале выставки.
В “Деревенском проулке”, где из-за покосившегося забора вывалилась тыквенная плеть с оранжевыми звездочками цветов, эти аккорды звучат уже более приглушенно. И сходят на нет возле деревянной баньки, в окна которой с любопытством заглядывает цветущий репейник. Скромная пижмочка в пышной желтой юбочке с ногами забралась в графин на окне. А васильки с восхищением взирают из банки своими синими очами на колесо старинной прялки. Не забыты и “аристократы духа” — нарциссы, гордо реющие над горестно осыпающими красные лепестки тюльпанами.
Подвластны художнику и грустные мотивы. Но даже когда он пишет серенькое небо в натурном этюде “Перволедье” или позднюю осень в Болдине, посвященную памяти художника Е. Палашевского, щемяще бледную голубизну над сиреневой дымкой деревьев вокруг озера Светлояр или разлив на Усте, едва не поглотивший домик на окраине деревни, — печаль его светла. Более того, возвращаясь с этюдов, художник испытывает огромный прилив сил после тесного общения с природой, чувствует себя обновленным по собственному его признанию.
Есть у Пастернака такая строчка — “Сестра моя жизнь”, которая вполне применима и к художнику Павлу Шиндяйкину. Жизнь во всех ее проявлениях властно притягивает взгляд художника. Убеждена, что и следующая персональная выставка Шиндяйкина — портретная галерея будет не менее интересной, чем эта — юбилейная.
У Шермана МакКоя, торговца ценными бумагами — героя романа Тома Вульфа “Костер Тщеславия”, в шикарном офисе на пятидесятом этаже небоскреба был камин за $350 000. Это была совершенно ненужная роскошь, учитывая то, что в здании имелся климат-контроль. Однако камин являлся красноречивым символом богатства и власти миллионеров с Уолл Стрит, сделавших себе в 80-е годы состояние на акциях топливных компаний.
МакКой был персонажем вымышленным, но, как это нередко бывает, свои черты характера и привычки он позаимствовал у реальных людей. Так, камин в офисе действительно имел место. Сэнди Вэйл, бывший президент American Express, а ныне председатель Citigroup, действительно питает слабость к каминам. Один из них у Вэйла был долгое время в офисе, правда, не на пятидесятом, как у МакКоя, а на... сто шестом этаже.
Впрочем, у поколения менеджеров конца девяностых возникла мода на другую, если можно так выразиться, роскошь. Упор делался на технические новинки, причем многие предпочитали не скрывать их за стенами кабинета, а выставлять на всеобщее обозрение. В некоторых особо продвинутых компаниях директоров от подчиненных отделял минимум перегородок, а те, что были — нередко прозрачные. Ничего удивительного: в тот момент на пике моды был командный подход к бизнесу, что не могло не находить отражения и в интерьерах помещений. Вернее, сам интерьер был призван побуждать сотрудника работать в команде. Дело доходило до того, что в погоне за принципом открытости рабочее место руководителя фирмы едва ли можно было отличить от рабочего места рядового сотрудника. А в некоторых западных компаниях создавали так называемый open office, или открытый офис, где все, вплоть до компьютера, было общего пользования, но такой подход не слишком прижился. Все же традиционное устройство офиса, как выяснилось, обеспечивает более эффективную работу: рядовые сотрудники и новички работают в общем помещении, но у каждого есть свой рабочий стол, отделенный перегородкой, а менеджеры среднего и высшего звена имеют право на отдельный кабинет, причем он тем лучше обставлен, чем выше сотрудник находится в иерархии корпорации.
Конечно, большое значение имеет специфика фирмы. Трейдинговым компаниям, например, необходимы торговые залы, а интернет-компании оборудуют офисы таким образом, чтобы сотрудники могли свободно перемещаться по помещению, не вставая со стула и не выпуская из рук лэптоп. Однако даже такие фирмы при проектировании рабочего пространства помимо открытых структур выделяют отдельное помещение для руководителей. Причин этому много. Наиболее очевидная — так легче соблюдать иерархию.
Вообще, считается, что кабинет директора — это визитная карточка компании, отражающая особенности деятельности предприятия, его корпоративную философию. Наиболее консервативными в создании собственного интерьера остаются солидные банки и юридические фирмы. Размер и стиль кабинета также определяются и тем, какую информацию директор хочет донести до клиента фирмы. Одним из ярких примеров такого подхода долгое время являлась компания Smith Barney (сейчас входит в Citigroup). Задачи каждого менеджера находили отражение в обстановке его кабинета: тот, кто работал с клиентами из Японии, делал акцент на пространство, тогда как другой увешивал стены фотографиями себя рядом с важными персонами — от Генри Киссенджера до Папы Римского.
Обставить кабинет директора солидной фирмы — удовольствие не из дешевых, но не надо думать, будто бы компании готовы с легкостью расставаться с этими деньгами. Многие фирмы даже пытаются извлечь из собственных интерьеров прибыль, например, продавая свои коллекции живописи или выставляя их в качестве экспонатов на престижных выставках. Живопись вообще нередко ротируется — выражаясь простым языком, просто кочует из кабинета в кабинет, не говоря уже об элитной мебели, которая может быть даже подержанной. Впрочем, жалобы на интерьер от обитателей солидных кабинетов поступают не часто.
Полную версию рубрики “Люди и деньги”
слушайте в программе Ирины БЕЛОВОЙ “Деньги, деньги...”
на волнах Общественного Российского Радио в Нижнем
Новгороде.