Двадцатого февраля 1947 года Евдокию Арсентьевну Гаранину направили работать учительницей в начальную школу на железнодорожную станцию Протяжка.

Отправилась туда пешком по узкоколейке. На станции было 4 больших барака и 2-3 избушки. Там жили семьи железнодорожников и лесников. В начальной школе учились их дети, в четырех классах 40 человек. Школа представляла из себя большой одноэтажный барак из цельных необмазанных бревен. Кое-где между бревен мох вылез, и в дыры летел снег. Внутри стояли печи, которые не топились. Еще была буржуйка с трубой, выведенной в печь. Из мебели имелось 4 изломанные парты. За каждой сидело по нескольку детишек. В том же школьном бараке за дощатой перегородкой жила женщина с детьми. И сквозь щели перегородки в класс шел запах пищи, слышались голоса.

Первый день своего учительства на Протяжке Евдокия Арсентьевна запомнила на всю жизнь. Утром ученики сидели в пальто и в шапках. Она сразу не поняла, что холодно, и по привычке разделась. Познакомилась с детьми, распределила их по классам. 1 и 3 классы стали заниматься в первую смену, 2 и 4 – во вторую.

Учеба началась с обустройства быта. Ребята раздобыли пилу и топор и вместе с учительницей пошли в лес, заготовили валежник. Сами сделали две лавки из чурок, к которым прибили доски. Евдокия Арсентьевна пошла хлопотать насчет дров в поселковый совет. Он находился там, где сейчас Детская школа искусств. На следующее утро прибыл «транспорт» – бык, запряженный в сани. И вся школа отправилась в лес на просеку, где лежали дрова. Впереди шел проводник – Васька, сын лесника. Ученики прокладывали дорогу по глубокому снегу, чтобы бык мог пройти. Потом на сани грузили чурки, распиливали их. Быка увели в Саров, так как его нечем было кормить. Но председатель поссовета Иван Иванович Бичегов распорядился, чтобы для школы доставили дрова по узкоколейке.

Класс освещался так. Из половины картофелины вырезали середину, наливали трансформаторное масло (его дети воровали для лампад, которые были в каждом доме). На каждой парте было по две картошки с фитилями. Как-то раз приехала c проверкой инспектор из Москвы Антонина Григорьевна Глотова, грузная женщина. Наступила на деревянную половицу, а та с другого конца поднялась. «А это что такое?» – указал на картофельные светильники сопровождавший Глотову начальник политотдела Разоренов. «Лампочки Ильича», – не растерялась Евдокия Арсентьевна. (До этого она жила в таежном поселке и учила детей в чумах, но такой нищеты там не видела.)

Тетрадей и книжек ни у кого не было, с довоенных времен ничего не обновлялось. Из поселкового совета прислали исписанные конторские книги и ненужную литературу. Дети стали писать в этих книгах между строк. За тетрадями для контрольных работ Евдокия Арсентьевна отправилась в школу № 49, которая находилась в «красном» доме. Завуч Нуварьева Александра Ивановна отказала, но поздно вечером, видя, что учительница не уходит, в сердцах бросила ей 100 тетрадей. Ночью довольная возвращалась на Протяжку пешком по рельсам.

Начальство распорядилось, чтобы выпускные экзамены ученики Протяжновской начальной школы сдавали в школе № 49. В 4-м классе было 4 экзамена: русский язык, математика, история и естествознание. Рано утром 20 мая 1947 года отправились на первый экзамен. Когда дошли до Четвертой пустынки (так тогда называли Дальнюю пустынку), ребята спустились к колодчику. Ледяной водой помыли ноги, нарядились в белые шерстяные носки и блестящие галоши, а лапотки спрятали под куст. А учительница всю дорогу шла по шпалам на высоких каблуках. После экзамена подкрепились тем, что взяли из дома. (Тогда на детей была пайка – 200 г хлеба в день. Учительница получала рабочую пайку – 400 г. Но в основном люди жили натуральным хозяйством.) Вот так и сдали все экзамены. А в 5-й класс дети переходили учиться уже в школу № 49.

Кончился учебный год, пора было думать о ремонте школы. Ремонт был поручен заключенным строителям. Их возили на работу под конвоем. Они раскатали школу на бревна, заменили гнилые. Стены отштукатурили снаружи и внутри, положили печи типа «голландок». 15 августа нужно сдавать школу, а двери из сырой древесины не закрываются, дым из печей идет вовнутрь. Учительница отказалась принимать работу, сказала: «Сами разбирайтесь с заключенными, мне с ними не положено разговаривать». Комиссия уехала ни с чем. Потом привезли строителей. Один разбитной зэк сказал начальнику лагеря Ширшову: «Заплати, тогда вытащим кирпичи из дымоходов» (излюбленный прием печников). Тот дал денег, и зэки быстро устранили дефект. Вскоре из школы № 49 завезли старые парты.

В Протяжновскую школу 3 км лесом ходили учиться дети жителей Филипповки. Там жила мордва. А потом, когда мордву выселили за зону, в их домах на Филипповке поселили привозных рабочих из Нижнего. И уже их дети бегали в школу.

Прежние жители Филипповки были очень набожны, учительнице, приехавшей с Дальнего Востока, это было в диковинку. Один раз кто-то из крестьян просчитался, и Пасху отпраздновали на неделю раньше, чем положено. Поднялся переполох. В тот день должен был быть урок пения. А главные запевалы с Филипповки насупились, не хотят петь. «Что случилось?» – «Да Страшная неделя, не поют». – «Тогда будем заниматься русским языком». А они русский не любили, потому что плохо знали. Зато любили математику, считали быстро. «Дай мне мульен, я тебе его сочту».

Новоиспеченные первоклассники не знали ни одной буквы и не умели считать до пяти. На всю школу был один букварь. Писать было не на чем и нечем. В памяти Евдокии Арсентьевны осталось много забавных случаев. Например: «Не ведите урок. Подождите меня, я схожу ...(до ветру)». На уроке чтения по буквам читает: «П-е-т-у-х». Учительница: «А все вместе?» – «Кочет». По буквам: «Ш-у-б-а». – «Что получается?» – «Кожух!»

Все лето Евдокия Арсентьевна ходила с ребятами за грибами и ягодами, вместе с ними облазила все окрестности Сарова. Идя вдоль русла Саровки, однажды наткнулись на металлические трубы и обломки кирпичного строения. Как говорили, там когда-то жгли уголь и гнали смолу. А где-то за нынешним памятником о.Серафиму набрели на землянки отрядов Антонова. Самые неугомонные попытались их обследовать и спуститься туда по веревке. Позже работала в пионерском лагере. Он тогда находился недалеко от «Чайки», только по другую сторону Сатиса. Каждый год у Евдокии Арсентьевны был отряд мальчиков. Она помнит, как дети пропалывали нынешний сосновый лес, по дороге к «Чайке». 50 лет назад эти сосенки были по 20-30 см, и их глушила трава.

Протяжновская начальная школа относилась к школе № 49, а та, в свою очередь, считалась Темниковской. Зарплату учителям переводили из Темникова до тех пор, пока в 1950 году не открылась школа № 1. В 1952 году Евдокия Арсентьевна перешла работать туда. Потом работала в школах № 3 и № 12. На пенсию ушла из 19-й школы. А на Протяжке с каждым годом становилось все меньше учеников. Начальная школа просуществовала там до 1953 года.

Дети, учившиеся в таких ужасных условиях, тем не менее вышли в люди, теперь они уже сами бабушки и дедушки. Когда Евдокия Арсентьевна рассказывает о детях, вся светится радостью. И понимаешь, что она любит их до сих пор.

28 апреля (ст. стиль)

После соответствующего молебного пения был срублен первый венец и положено начало строительства первой деревянной церкви «Живоносного Источника Божией Матери». «И тако от того дня начася та святая церковь созидатися руками пустынных иноков и прочими христолюбивыми человеки различными в то время ни кем же званными». Строительство этого храма положило начало образования Саровской пустыни.

1770 год

13 апреля (ст. стиль)

О.Ефрем, настоятель Саровской пустыни, с общего согласия братии предпринял попытку перепланировки внутримонастырской площади. Причиной такого решения явилось желание расширить храм Успения пресвятой Богородицы. 13 апреля приступили к разборке старой колокольни и расположенной в первом этаже церкви Архангела Михаила. 17 апреля колокольня была разобрана до подошвы. 30 апреля у старой Успенской церкви были разобраны притвор и придел во имя Антония и Феодосия Киевопечерских. С этого дня приступили к земляным работам по устройству фундамента храма.

1818 год

14 марта (ст. стиль)

Иона, епископ Тамбовский и Шацкий»

Так высоко был оценен молитвенный подвиг старца Серафима.

1832 год

5 марта (ст. стиль, или 18 марта по новому стилю)

«В Великую среду была сильная буря и пасмурно, в ночи на 7 число пошел снег, который шел во весь день четверга и на пятницу во всю ночь сильной, да и в продолжение следующих дней то есть пятницу и субботу шел снег почти без престанно, с сильным северным ветром и морозом, который доходил до 7 градусов, от чего зделалась настоящая зима, так, что за глубиною снега, в Великую субботу, и на утрени на Светлую Пасху ход был около церквей по прорытым тропинкам, на первой день с утра до двух часов пополудни ведерно, при тусклом солнечном сиянии, и мороз. А с трех часов при оттепели пошел опять снег – и шел во всю ночь, до трех часов в понедельник пополудни, а потом пошел дожжик и шел попеременно со снегом до восьмого часа пополудни во вторник, потом ночью разведрилось и продолжалась ясная но не очень теплая погода до конца Святой недели». (Сохранена орфография подлинника.)

Таким уникальным природным явлением отмечена последняя Пасха в земной жизни о.Серафима.

1. Кто сказал: «Ведь Саров-то рукав, а Дивеево-то – целая шуба»?

2. Когда было последнее явление Божией Матери о.Серафиму?

3. Кому святой дал послушание умереть вместо брата?

4. Сколько лет он был в затворе в своей келлии?

5. Как называл о.Серафим свою любимую икону?

6. Когда о.Серафим стал священником и где это произошло?

7. Когда вновь открылся Серафимо-Дивеевский монастырь?

8. Что изображено на картине справа?

Ответы присылайте в конверте с пометкой «Викторина». Победителя ждет приз.

Обращение приходского совета храма Всех Святых

Уважаемые саровчане, родившиеся в 10-40-х годах ХХ века, и их потомки! Мы обращаемся к вам, проживающим в Сарове и за его пределами, с просьбой поделиться воспоминаниями, документами и фотографиями о жизни Саровского монастыря. Материалы вы можете передать в храм Всех Святых настоятелю, а иногородние – высласть по адресу: 607190, г.Саров Нижегородской обл., пр.Мира, 52, храм Всех Святых, настоятелю о.Герману (Здорову) с пометкой «Летопись Саровского монастыря». Телефон храма (83130) 1-34-02.

Присылайте нам истории, свидетельствующие о почитании о.Серафима или о благодатной помощи свыше по молитвам этого святого. Лучшие рассказы будут опубликованы. А их авторы получат в подарок книгу о преподобном Серафиме.