Право спасать

Милая девушка спросила у нашего президента в прямом эфире, можно ли ей пойти учиться на спасателя? Примут ли ее? Президент ответил, что обязательно примут, пусть она идет в Академию гражданской защиты МЧС, выучится, а потом будет спасать.

Если бы все было так просто. Академия-то есть, но она готовит офицерский состав для МЧС. А профессия спасателя – кое-что другое. Этому нигде не учат. А требований при приеме на работу предъявляется много. Высшее образование, умение классно водить машину, прекрасная физическая форма, возраст – не пенсионный, руки должны быть вставлены куда надо... Но главное – ты сам. Какой ты? Готов ли стать частью своей работы, ее безотказным винтиком, ее добрым ангелом, ее грязной лопатой?

Спасатели говорят: «наша работа черная». Она связана с постоянным риском, с горем людей. Это оставляет осадок в душе. Не каждый человек пойдет под воду бороздить дно руками, чтобы найти труп... Не каждый сможет работать с неблагополучными людьми, бомжами... Приходится иметь дело с погибшими и с тяжело раненными людьми. Нужны определенный склад характера и высокая профессиональная подготовка, чтобы быстро оказать помощь человеку в любых условиях.

– Реальный пострадавший тебя материт, он может быть пьяный, вшивый, – рассказывает Андрей Калинин, начальник аварийно-спасательного отряда (на фото), – дикие вопли от боли вонзаются в сердце... Определенный цинизм присутствует в нашей профессии. Но, не становясь бесчувственным сухарем, надо вставать над ситуацией. Тебе кричат «спасай того!», а ты спасаешь другого, потому что видишь, что так надо. Каждым своим действием, словом, движением ты внушаешь уверенность, что будет лучше. Эти качества у наших ребят есть. Порой одним своим присутствием они разрешают ситуацию. Был случай с попыткой суицида, когда человек подпустил к себе не родных, не милицию, не врача, а спасателя.

Сам Андрей по образованию педагог, преподаватель физической культуры. Работал по специальности, потом служил в воинской части, а когда образовался в городе отряд (в 1999 году), пришел и попросился на работу. В первый же день испытал восторг, был счастлив. И с тех пор ни разу не пожалел о своем выборе.

Кажется, что профессия спасателя красивая, романтичная – опасность, благородство, сила...

– Большую часть нашей работы люди не видят, – говорит Андрей, – как у айсберга, она остается под водой. Это содержание техники, тренировки, учеба, получение дополнительных профессий. В фильме «Спасти и выжить» показано, как врач работает с переносным рентгенаппаратом. А как он его осваивает, как учится с ним работать? Он же не родился с этим умением. Все новые технологии отрабатываются на занятиях. Человек, приходя к нам, сбрасывает романтику и окунается в эту подводную часть. Первые месяцы он вообще не участвует в выездах. Он овладевает необходимыми навыками. И только потом начинается проверка в реальных условиях. Да, опять проверка. Мы его проверяем, и он сам себя проверяет. Но уж если человек остался, то остался. Коллектив у нас сплоченный. Никто не собирается уходить.

Приятно, конечно, когда про твою профессию снимают кино, но реальность там всегда приукрашена.

Как мы прежде жили без спасателей? Они и сами часто задаются этим вопросом. Андрей Калинин говорит, что раньше чрезвычайных ситуаций было объективно меньше. Сейчас не хватает средств на поддержание систем жизнеобеспечения и производств. И, что очень важно, мало специалистов, которые могли бы правильно и своевременно обслуживать эти системы. Возникает повышенный фактор риска. Но есть вещи страшнее техногенного фактора.

В человеческом обществе принято в трудную минуту искать поддержку у старших, имеющих большой жизненный опыт. А спасатели говорят, что за помощью и советом часто обращаются к ним, хотя средний возраст в отряде – 30-35 лет. Профессия дает жизненную мудрость. Когда слышишь от людей «хорошо, что вы есть, есть к кому обратиться», испытываешь особое чувство.
И после этого идешь на многое, иногда даже на риск, спасая человека.