Уже начинают складываться новые политические союзы. Генерал Николаев объединился с глазником Федоровым и экс-вице-спикером Шумейко для будущей поддержки московского мэра Лужкова, который наконец-то решился сказать вслух, что он тоже не чужд президентских амбиций, нужна политическая база. Когда состоятся выборы президента, сегодня никто точно не знает, но выборы в Госдуму почти наверняка пройдут в конституционные сроки.
Эти выборы определят политический расклад, с которым Россия вступит в следующий век, и явятся генеральной репетицией президентских выборов (если, конечно, последние не состоятся одновременно с парламентскими, такая возможность тоже не исключена).
У властей опять популярна фраза конца 80-х - начала 90-х: "Мы должны накормить народ". "Кормежкой" озабочены и региональные власти, и думские деятели. Это тоже один из признаков полевения в данном случае власти, ибо правые всегда считали, что народ, в отличие от дитяти неразумного, кормить не надо. Надо дать возможность заработать на прокорм ("дать не рыбу, а удочку").
Считаться правым сейчас почти неприлично. Моветон. Вот и большинство политических лидеров, примериваясь к будущим выборам, объявляют себя левоцентристами. Левоцентризм - самая модная на сегодня политическая одежда. Заявиться просто левыми - значит идентифицировать себя с коммунистам. Пока этого почти никто не хочет. А левоцентризм звучит красиво и не вполне по-коммунистически.
Толкучка на этой части политического поля сегодня, как в трамвае в час пик. Здесь и Лужков со своими сателлитами, и шмаковские профсоюзы, и промышленники Вольского (для директорского корпуса положение, когда производитель - все, потребитель - ничто, предел мечтаний, а это левые всегда обеспечивают), и еще всякие-разные. Например, спикер Селезнев заявил, что и он может быть лидером левоцентристов, а дезертир думской фракции КПРФ, коммунист-предприниматель Владимир Семаго провел в Нижнем Новгороде учредительное собрание Всероссийского политического движения "Новые левые" и тоже с прицелом на будущие выборы.
Наверное, сегодня такие не составляют большинства. Но их очень и очень немало. Нужна политическая сила, которая могла бы объединить их голоса. Иначе они на выборы могут и не прийти.
Кого же можно причислить к правой части политического спектра? Вряд ли на это может претендовать "Яблоко". И хотя за Явлинского традиционно голосует значительная часть демократически настроенной интеллигенции, "яблочная" идеология скорее "розовая", чем "белая".
Безусловно, правой политической партией является "Демократический выбор России". Но ДВР не смогла пройти в Думу на выборах 1995 года. Проблематичны ее шансы и в следующем году. Лидеры ДВР Гайдар и Чубайс, положив свои политические репутации на алтарь реформирования России по западному образцу, сегодня могут рассчитывать только на голоса наиболее "продвинутых" избирателей. Возможно, время ДВР приспеет к выборам 2003 года, если, конечно, к тому времени свободные выборы в России еще будут проводиться.
К правым, но ближе к центру, можно отнести и Черномырдина с "его домом". Однако избиратели особой любви к НДР никогда не питали. Даже будучи партией власти, то есть имея мощные рычаги предвыборного давления на избирателей, НДР смогла набрать на парламентских выборах всего около десяти процентов голосов (для сравнения, ДВР, считавшаяся партией власти в 1993 году, набрала на первых думских выборах 18% голосов). Сейчас возможности НДР далеко не те, а благосклонности избирателей вряд ли добавилось. Поэтому и для НДР попадание в следующую Думу тоже под большим вопросом.
Несмотря на весьма своеобразную репутацию Владимира Вольфовича, его партию по результатам голосования в Думе скорее можно отнести к правоцентристам, нежели к левым. Другое дело, что электорат ЛДПР в массе своей весьма далек от либеральных взглядов. Не секрет, что Владимир Вольфович в период избирательных кампаний говорит избирателям то, что они хотели бы от него услышать. Два раза это проходило, но на третий может и не пройти. К тому же приманка державности и национализма, которую использовала ЛДПР на этот раз, ей вряд ли поможет, так как организационно сформировались более последовательные и убедительные государственники и националисты. Поэтому перед ЛДПР тоже стоит угроза потери парламентского статуса. Если, конечно, Владимир Вольфович вновь не придумает что-нибудь этакое, что поможет завоевать хотя бы пять процентов симпатий избирателей.
Вот, пожалуй, и все реальные на сегодня политические силы, действующие правее центра. Не маловато ли? Тем более, что присутствие всех их в будущей Думе неочевидно.
На Лебедя сегодня ориентировано несколько групп избирателей и политиков. Во-первых, поклонники личной харизмы генерала (здесь больше женщин) и сторонники "твердой руки", каковую у генерала усматривают. Во-вторых, государственники, считающие и Лебедя твердым и последовательным державником. В-третьих, политические конъюнктурщики, предалагающие, что пришло его время (раньше они могли поддерживать НДР, а еще раньше - ДВР). Так или иначе, но пока относить "партию Лебедя" к правой части политического спектра оснований недостаточно.
Такой блок смог бы набрать на парламентских выборах от двадцати до тридцати процентов голосов россиян и вкупе с "Яблоком" и просвещенными националистами некоммунистического толка обеспечить в будущей Думе, как минимум, меньшинство, блокирующее кардинальное изменение конституции, а в лучшем случае - парламентское большинство.
Думаю, что такого рода настроения бродят уже по всем российским регионам. Полагаю, что и в нашем Сарове этим политическим строительством необходимо заняться. И не только энтузиастам первой волны демократизации, но и всем, кто не желает возврата командной экономики, идеологического единообразия и "кормления" по меню комплексного обеда.