Десять лет назад в области было всего 16 социальных учреждений, это 7 домов-интернатов для психически больных, 6 домов престарелых и 3 детских дома для детей-инвалидов. Сейчас их 160. Прежде всего отказались от комплексного подхода и стали строить небольшие дома милосердия для престарелых на сорок-шестьдесят мест, сегодня они есть во всех, кроме трех, районах. Для пожилых людей открываются центры дневного пребывания, где ветераны отдыхают, общаются, проходят медицинское обследование. В середине 90-х годов пришлось решать проблему беспризорщины, стали создавать детские приюты и реабилитационные центры. В прошлом году через детские реабилитационные центры прошло 1200 детей, большинство из них вернулись в семьи, социальные работники продолжают патронаж неблагополучных семей.
Нижегородская область входит в пятерку самых "пожилых" регионов России. Сегодня все пенсионеры, получающие и максимальную, и минимальную пенсию, отброшены за порог бедности. По лукавой официальной статистике, покупательная способность наших стариков уменьшилась почти в пять раз по отношению к 1991 году. Размер средней пенсии равен сегодня 440 рублям. И это в то время, как прожиточный минимум пенсионера (по сути гарантирующий лишь физиологическое выживание) - 560 рублей. Но если в июле прошлого года пенсионер мог купить на свои деньги 1,6 потребительской корзины, то сейчас от нее осталось едва ли три четверти. Для того, чтобы люди получали хотя бы прожиточный минимум, требуется увеличить пенсии на 30 процентов. Еще летом И.Скляров обратился в ассоциацию "Большая Волга" с предложением потребовать от федеральных властей принятия соответствующего решения об изменении пенсий с октября-ноября. Законодательное Собрание губернатора поддержало, депутаты также вышли в Госдуму с законодательной инициативой. На одном из столичных совещаний, в котором недавно принимал участие Б.Мохов, присутствующих проинформировали, что пенсия станет больше всего на 15 процентов. Такое решение просто безнравственно, прокомментировал наш гость.
Борис Иванович является членом совета по социальной политике при правительстве РФ и принимал участие в разработке концепции пенсионного обеспечения. Директор департамента был категорически не согласен с молодыми реформаторами, предлагавшими государственную обязанность по обеспечению старости отдать в руки негосударственных пенсионных фондов. В мировой практике подобная система встречается, однако, учитывая особенности нашей страны, неплохо было бы для начала ответить на детский вопрос - может ли бедный человек накопить себе на богатую старость? В настоящий момент размер пенсий людей, проработавших по сорок-пятьдесят лет, мало отличается от пенсий тех, кто почти не имеет стажа: разница между минимальной и максимальной пенсией составляет всего 120 рублей. И такой подход разрушает всякую мотивацию к труду. Даже при сегодняшнем скудном бюджете, уверен Б.Мохов, можно найти средства, чтобы поправить положение Пенсионного фонда. Свой взгляд на то, как решить некоторые проблемы, он изложил во время встреч с коллегами и саровскими ветеранами.
Для начала нужно пересмотреть подход к льготным пенсиям и выплату их за счет государства отменить. Так, в нашей области нет ни угольной промышленности, ни нефтяных вышек, ни других вредных производств в широком масштабе, между тем 35 процентов наших пенсионеров - льготники, которые ушли на пенсию на пять-десять лет раньше по спискам 1 и 2. По сути, хозяева предприятий, акционерных обществ вместо того, чтобы создавать сносные условия, откупаются от своих сотрудников льготной пенсией. А выплачивается она из нашего общего кармана - еле сводящего концы с концами Пенсионного Фонда. Здесь может быть два подхода. Либо предприятие, где существуют вредные производства, принимают работника по контракту на короткий срок (как это происходит, например, в Германии), чтобы последствия не отразились на здоровье человека, и компенсирует тяжелые условия приличной зарплатой. Либо предприятие за счет собственных доходов должно выплачивать пенсию своим льготникам до достижения ими пенсионного возраста - 55 лет для женщин и 60 лет для мужчин.
То и дело возникает болезненный вопрос по работающим пенсионерам. Существует предложение платить им только пенсию без компенсационной надбавки, другой вариант - на время работы лишить пенсии вовсе. Оба подхода неверны, потому что в итоге будет обобрана большая группа бедных людей, из числа тех, у кого и пенсия и зарплата маленькие, чаще всего это обслуживающий персонал. Здесь, высказал свою точку зрения Б.Мохов, целесообразно вспомнить советский пенсионный закон 1956 года, по которому пенсии лишались начальники-пенсионеры рабочим же платили и зарплату, и пенсию. Вряд ли большое значение имеет пенсия для процветающих банкиров и бизнесменов, между тем, по предварительным оценкам, для ПФ экономия составила бы 10 процентов. И еще, исправить положение можно было бы с помощью закона, согласно которому люди, имеющие большие доходы, зарплаты, пенсионные взносы платили по прогрессивной шкале: чем выше доход, тем больше процент взноса.
Многих сегодня волнует вопрос, а что будет со льготами, которые то и дело грозятся отменить. Думаю, мало кто захочет возразить директору департамента, который утверждает, что даются они не от щедрости - от нашей бедности. Не дай сегодня малоимущему больному бесплатную таблетку, лиши бесплатного проезда пенсионера - трудно представить, что произойдет. Департамент свою позицию высказал: речь о прекращении льгот для пенсионеров, ивалидов можно вести лишь в том случае, если правительство готово компенсировать их потерю увеличением пенсии по сегодняшним меркам до полутора-двух тысяч рублей.
Работник отдела соцподдержки посетовала, что в городе остро стоит вопрос по обеспечению спецавтотранспортом инвалидов. Семнадцать лежачих больных, инвалидов 1 группы, не могут получить кресла-коляски. С инвалидными колясками проблем быть не должно, пообещал разобраться Борис Иванович. А вот с автотранспортом ситуация следующая. В очереди инвалидов Великой Отечественной войны 2200 человек, примерно столько же нуждается в спецавтотранспорте инвалидов по общему заболеванию. В ноябре 1998 года был принят закон по разграничению десятой статьи закона о ветеранах. За счет федерального бюджета льготникам обеспечивается проезд по России (при предъявлении листа талонов), санаторно-курортное лечение, ведется протезирование, осуществляется обеспечение спецавтотранспортом. Остальные расходы должны брать на себя местные бюджеты. Сегодня деньги пошли, но вот насколько они велики, судите сами. Область запрашивала в Москве 100 миллионов рублей, ей определили только 12 миллионов. В том числе чуть больше 2 млн на санаторно-курортное лечение (и это при нынешних ценах на путевки) и 1 млн рублей на приобретение спецавтотранспорта, то есть 20 машин в год. В то время как для того, чтобы обеспечить инвалидов войны требуется 87 миллионов. Возможно, ситуация изменится в преддверии 55-летия Победы, губернатор обратился по этому поводу к премьер-министру.