– В прошлом году не требовалось занимать очередь на вторичный рынок. В этом году почему-то все решили идти именно на вторичный рынок. Мы просто не успеем всех обслужить. На все заявления и денег не хватит, и жилья на вторичном рынке столько не будет, сколько требуется для удовлетворения всех получающих по субсидиям.

Теперь об очереди. Жилье первичного рынка идет по госцене. А на вторичном рынке цена зависит от запроса продавца. Мы рассчитываем субсидии только по государственной цене. Разница, которую оплачивает горожанин, никогда не составляла 30%, а как минимум – 50%. Именно поэтому первичное жилье идет в строгом соответствии с очередью. А на вторичном рынке – свободная цена и свободная подача заявлений.

– Во-первых, насчет детей-сирот – это надо проверить. А во-вторых, многодетным семьям помощь оказывается по критерию многодетности, а не по уровню благосостояния семьи.

– Строить институтские корпуса на задворках мы не можем, а свободных зданий для этого – нет. Когда идут ремонт и благоустройство для самих жителей двора, то они, как правило, к «раскопкам» относятся более спокойно. А если начата общегородская стройка, то, конечно, должны быть и ограждения и предупреждения. Я согласен, что здесь есть недоработка.

– В общем плане я могу сказать, что школы № 2 и № 15 нельзя сравнивать с остальными по этому признаку. Они по статусу требуют больше средств для содержания: это гимназии. Чтобы ответить точно, нужны документы. Делайте официальный запрос – ответим «почему».

– У нас нет дачных строений, у нас огородные и садовые строения. У нас нет ни одного участка, который был бы зарегистрирован в качестве «дачного». Соответственно, нет ни одного оформленного проекта ни на один садовый домик, который бы соответствовал требованиям дачного дома. А газ можно подвести именно к дачному дому. К нему несколько меньшие требования, чем к дому жилому, но это дачный дом, который строится по проекту, сдается и оформляется именно как дачный дом.

– Когда семьи имеют более девяти метров на человека – с очереди снимаются. Если вы имеете право на дополнительное жилье, то это отдельный разговор и необходимы соответствующие документы. Каждый подобный вопрос рассматривается отдельно по конкретной семье.

– Вопрос серьезный. Городской исполнительный орган власти никогда не воевал ни с судом, ни с горожанами. И эта практика наконец-то стала пониматься людьми. И там, где исполнительный орган власти не может прочитать закон в пользу горожанина, а горожанин считает, что это неправильно, то он и обращается в суд. До сих пор бытует мнение, что работники администрации имеют право все решать сами. Это не так. Только суд имеет право трактовать закон.
И никто другой. И если суд прочтет закон в вашу пользу, так и будет исполнено.

– Отвечаю, расширить можно! Но все зеленые на двадцать первой площадке (смех в зале). А если серьезно, то пусть инициативная группа 3-4 месяца поработает, пособирает одобряющие подписи. И решение будет принято.

Под такой довод можно вообще вырубить весь лес вокруг города: «А чтоб не воровали!».

– Конкретным пожарным частям мы не помогаем, но направляем деньги на все управление в целом. Оно – юридическое лицо. Мы направляли деньги на полугодовой запас бензина, на замену пожарных рукавов, материально неоднократно помогли всем работникам пожарных служб. Мы тоже не считаемся с затратами и в помощи не отказываем. Но понятно, что я не могу отвечать за ваше руководство. Туда ли оно направило деньги, куда запрашивало.

– Въезжают все слои населения. Пенсионеры работающие, неработающие и инвалиды к своим детям. Возвращаются к родителям дети со своими семьями. До 1996 года они возвращались из Казахстана, Киргизии, Азербайджана. А сейчас возвращаются в основном с Украины. Приезжают и одинокие работоспособные – и женщины, и мужчины. В основном из окружающих деревень едут за работой. Население города прирастает не за счет рождаемости, а за счет завоза людей. И этот момент по-человечески понятен: кто же не поможет своим родителям. Но если говорить формально, то для города этот момент негативен. Общий культурный уровень падает, а число правонарушений растет.

Рост правонарушений происходит не только по одной объективной причине: наличие очень больших теневых денег, как в России, так и в городе. Есть еще объективная причина, чисто городская. В 70-е годы, когда стал активно развиваться строительный комплекс, был нарушен сталинский указ. По нему в город должны были завозиться рабочие из мест не ближе чем за 550 км от Сарова. Именно в эти годы был массовый завоз из окрестных деревень, а бытовых
условий для этих людей не было создано. Соответственно, в переполненных общежитиях в тяжелых условиях многие дети этого поколения получили недостаточное воспитание, и это негативно отразилось на их дальнейшей судьбе.

Кроме того, и в этих окрестных деревнях осталось много брошенных стариков-родителей, без света, без дров. Раз в месяц привозят керосин, за хлебом ездят на тракторе за 10 верст. Понятно, что таких родителей люди стремятся завезти в город. Для того, чтобы губерния начала полевой сезон весной этого года, они должны были рассчитаться по долгам зимнего периода. Для этого у нас заняли 140 млн рублей до апреля следующего года. Область живет крайне тяжело.

– Есть определенная программа, она нами финансируется. Но, к сожалению, решить вопрос простым выделением денег – невозможно, так как государство принимает совершенно обратные меры. Оно повышает содержание по МВД на 20%. Но зарплата состоит из нескольких составляющих. 20% распространяется только на содержание. А подоходный налог вводят с января в размере 13% на всю сумму зарплаты. В результате такого «повышения» работник начнет получать от 80 до 100 рублей меньше. Внутренние войска и сегодня не могут набрать прапорщиков и офицеров. Им приходится брать тех людей, которых уже не берут передовые предприятия. МВД не может обеспечить нормальных социальных условий своим работникам, поэтому и не может набрать качественные кадры. В таких условиях численность кадров можно увеличивать без конца, а качество работы будет оставаться прежним. Внедрять новые технологии с такими кадрами – бесполезно. И если государство декларирует одно, а делает другое, то в таких «ножницах» работать сложно.

– Последнее время мы произвели много трат на оборудование, на обеспечение инвентарем и медикаментами. Горожане давно высказывали недоверие к качеству медицинских услуг. Но мы получили и официальное подтверждение низкой квалификации специалистов, отсутствия программ внедрения современных технологий. В декабре планируется заключить договор с Нижегородской медицинской академией. Академия проанализирует состояние нашей медицины, эффективность трат по видам заболеваний и даст предложение по повышению эффективности медобслуживания. Наращивание трат на медобслуживание эффекта почти никакого уже не дает.

– Дома, которые мы отдали под социальные нужды для инвалидов и престарелых граждан, пользуются спросом. Но часто и возникают сомнения: люди хотят оставить квартиры своим близким. А эти дома не подлежат приватизации. Этот вопрос с повестки дня не снимается, но у нас нет уверенности, что к нему надо приступать в ближайшее время.

– Нет, работы по телефонизации не будут прекращены ни в старых, ни в новых районах. Сейчас уже сделан такой объем работ, что от инвестиционных денег судьба телефонизации не зависит. Если все пойдет, как спланировано, за 4-5 лет телефон будет у каждого желающего.

– Каждый год судят и сажают целыми бригадами. Но статей, по которым нельзя завозить в город после отбывания сроков, мало. В городе около 2000 человек бывших осужденных. Это целая армия. Она воспитывает смену. Милиция работает напряженно, но есть и «стукачи в погонах». Все виды негатива, которые есть в России, в полном ассортименте есть и на территории города. Сейчас идет смена руководства всего УВД. Это не случайно.

– Как решит федеральный центр. Собственно вокзала на той территории, которая строилась, всего 20%. Остальное – это площади, в которых когда-то нуждался железнодорожный цех федерального центра. Сегодня при резком спаде грузооборота эти площади, видимо, не нужны. Поэтому там никто ничего не строит. Транзита у нас нет, а горожане подъезжают к вагону прямо из дома.

– Эта практика имеет только чисто внешнюю благоприятную сторону. Они быстро наводили порядок среди тех, кто хулиганит на улице, и не более. Но несколько дел, которые приезжие «зацепили» по кражам, они вели с большими нарушениями и потом передали нашим без документов. Гораздо результативнее приглашать не бригады для патрулирования, а офицерский кадровый состав сыщиков-розыскников. Они доводят дело до ума без внешних эффектов. Эта деятельность будет практиковаться.

– Наследование оформляют государственные органы, наше участие не предусмотрено. Законодательство сложное, оно защищает права всех потенциальных наследников. Но по опыту, который люди привозят из-за рубежа, ясно, что там это сделать проще. У нас создана государственная служба, подчиненная области, мы на нее влиять не можем.

– Что касается жилья, то мы никогда не делили жителей на «город и федеральный центр». Формально за счет городского бюджета ни один квадратный метр жилья не должен передаваться федеральному центру, потому что в вашем гособоронзаказе все средства на жилье заложены изначально, там есть строчка – строительство жилья. Мы защищаем свой бюджет только сносом ветхого фонда и бюджетниками, а раздаем жилье всем поровну. Год постановки на очередь в центре отстает, но разница же не растет. А отстает потому, что очередь была набрана, когда остановилось строительство жилья по линии федерального центра.

Именно понимая, что нельзя разделять город и федеральный центр, мы отдаем жилье центру: часть бесплатно, часть по субсидиям. Именно сотрудники РФЯЦ приобретают основную часть жилья по субсидиям, потому что у бюджетников нет ни договорных, ни других видов работ. За эти 4 года сотни миллионов рублей было отвлечено из бюджета на кредиты, на прощение долгов, на перенесение платежей. Это огромные деньги, и все без единого процента. И если все это еще не понятно людям, то действительно назрело время создавать коллегиальный орган.

– Совместная работа администрации и Думы была результативной, нам приходилось сглаживать острые углы. Но когда их не сглаживают, то получается ситуация «штурма Белого Дома». Принципиальной конфронтации удалось избежать, кроме одного случая – речь идет о строительстве спортивно-культурного комплекса. Ледовый дворец несомненно для города полезен, но администрация считала, что для города на эти деньги можно было бы построить нечто более серьезное, более весомое.

– Если человек работает не в государственной структуре, а в коммерческом предприятии, разве он не имеет права быть депутатом? Имеет! Но если он в Думе работает на освобожденной должности и одновременно занимается коммерцией, то такое совмещение запрещенно законом. Такой депутат может вести только научную или преподавательскую деятельность.

– Любое лоббирование чем-то оплачивается, что внизу, что вверху: деньгами, должностями, кредитами. Законно это или нет? Высокие руководители за рубежом говорят: лоббирование существует во всех странах, так и должно быть. И в то же самое время сами проводят судебные процессы по прецедентам лоббирования.

Я считаю, по большому счету лоббирования быть не должно, это неправильно. Человек, который идет в депутаты, должен решать проблемы избирателей, исходя из принципов законности и нравственности.