Новая русская галерея презентовала персональную выставку Олега Окрапилашвили. Долгожданная экспозиция, анонсированная еще в ноябре, включает работы, объединяющие приемы классической живописи, импрессионизма и оптического искусства (op-art).
Геометрические, математически выверенные работы этого художника балансируют на грани науки и искусства. В поисках неожиданного визуального эффекта оптический эквилибрист Окрапилашвили в буквальном смысле проверяет алгеброй гармонию: «Полотно А является негативом световой проекции В. Художник создает А, А определяет В, вместе они строят самоорганизующуюся систему С. Иными словами, создавая А, получаем С = А и В». Эта подпись под центральным полотном выставки — «22002», — способная скорее запутать, чем поддержать пытливого зрителя, тем не менее ясно иллюстрирует творческое кредо художника, балансирующее на грани сартровского экзистенциализма («Я — Другое») и постмодернистской категории интертекстуальности.
— В своих работах я стараюсь преодолеть стереотипы человеческого восприятия. Мне интересно создавать полотна, содержащие несколько планов — зрительных, смысловых, познавательных. Такую живопись можно толковать по-разному, но восприятие ее обусловлено только одним фактором — способностью и желанием чувствовать.
В увлекательном процессе ломки стереотипов Олег Окрапилашвили сочетает живопись, графику и проекцию, помпезность классицизма и непосредственность импрессионизма, помещает в единый культурный контекст оригиналы и подделки, с увлечением интерпретирует полотна голландских мэтров. Эти и другие эксперименты художника осенью уже могли видеть посетители крупнейшего в Европе Музея современного искусства в Берлине, а в январе — участники Московской биеналле авангардистов. В своем же родном городе 35-летний художник выставляется впервые, что лишний раз подтверждает печальный тезис: нет пророков в своем отечестве.
— Идею создания этой экспозиции мы вынашивали более пяти лет, — рассказывает соучредитель Новой русской галереи Мария Ильяшенко. — Работы Олега Окрапилашвили содержат огромные слои информации — культурологической, исторической и даже религиозной. Думаю, что про каждую из них можно написать полноценную научную статью, а может быть, и диссертацию. За небольшое время, прошедшее с момента открытия экспозиции, многие успели посетить ее по нескольку раз — настолько были поражены. Елена Ларская
|