|
Актуально
Непростой контингент
...Алла Васильевна Забродина никогда не была наркоманкой или алкоголичкой. Но, несмотря на это, она возглавляет реабилитационный центр помощи наркоманам недалеко от города Белозерска Вологодской области. Раньше она работала начальником отдела кадров на крупном заводе. В сорок пять лет поверила в Бога, но никогда не думала, что ей придется работать с таким непростым «контингентом»...
...Сейчас центр реабилитации находится в здании бывшей агрофирмы, ему принадлежат коровники и земля вокруг. Служители центра вместе со своими подопечными живут «натуральным хозяйством», разводят коров, гусей, свиней, кур, сажают картофель, капусту, свеклу и все, что нужно для того, чтобы прокормить пятнадцать бывших наркоманов и пять служителей...
Материал подготовила Юлия Олейникова
Алла Васильевна Забродина: Наркомания – это война, объявленная людям сатаной в Последние дни. Я не вижу ничего страшнее. Это тихая смерть, но она «косит» каждый день. Наркотики лишают наркоманов всех положительных человеческих качеств – жалости, сострадания, любви, порядочности, принципов. Есть только полное подчинение наркотикам и абсолютная парализация воли и абсолютная ложь. У них отсутствует четкое понимание времени – они не различают день и ночь, единственная цель - наркотик. Им из дня все время хочется спрятаться в ночь. Даже у нас они постоянно зашторивают окна. Наркоманы совершенно не замечают красок мира, не видят, что небо голубое, а трава зеленая. Многие из них приехали к нам осенью, а это была очень красивая золотая осень, и они впервые за много лет увидели ее красоту.
Наркоманы живут очень мало, редко доживают до тридцати лет. Самый гибельный возраст для них – от восемнадцати до двадцати пяти. Дьявол берет этих ребят очень молодыми, когда у них еще нет никаких устоев в жизни, нет прошлого, нет настоящего, а, соответственно, нет и будущего.
Они все извращены. В Книге Откровения, в Библии, написано: «И грех будут делать с ненасытимостью». Они знали проституцию, воровство, грабежи, обманы, сатанизм. Слеза матери для них ничего не стоит. И из этого состояния их надо выводить.
Они приезжают к нам со стеклянными глазами, совершенно черного цвета, настолько жизнь избила их.
Я знаю многих матерей наркоманов, которые несколько раз пытались уйти из жизни из-за безысходности. Очень страшно видеть, как твой ребенок медленно умирает, и ты ничего не можешь сделать. Я понимаю это, я сама – мать. Для матери даже неважно, украл ребенок что-то из дома или нет. Он ее сын. Жены переживают измену мужей намного легче, чем беды своих детей. Сердце матери скорбит об этом. Как правило, родители узнают, что их ребенок стал наркоманом, последними, уже года через три с того момента, как он начал колоться.
Если мы сегодня не будем заниматься детьми, мы проиграем, потому что дьявол воюет за их разум. Ребенок в восемь-десять лет должен знать, что есть Бог и есть дьявол, и что дьявол хочет украсть, убить и погубить его жизнь, радость, красоту, интеллект, будущее.
Многие наркоманы знают, что при череповецкой церкви «Добрая весть» есть реабилитационный центр. Они приходят в церковь или звонят прямо к нам. Также мы очень дружно работаем с городским отделением наркологии, врачи которого дают им наши телефоны. Медики снимают «ломки», а потом рекомендуют наркоманам прийти к нам. Я сама могу в любое время прийти в наркологическое отделение. При разговоре я выясняю, хочет ли сам наркоман освободиться от зависимости, и если он еще не уверен, я отказываю ему или родителям в приеме в наш центр. Тех, кто действительно хочет быть свободным, я приглашаю или в церковь «Добрая весть», которая собирается в «Современнике», или в «Церковь Иисуса Христа» в Заречье. В центре мы очень много молимся, изучаем Слово Божье. Каждое утро у нас молитва, а каждый вечер – богослужение. Если человек принимает это, то мы берем его к нам в реабилитационный центр.
Курс реабилитации – год. Когда они приезжают сюда, я рассказываю, что основной их задачей является приобретение трудовых навыков, которые почти у всех отсутствуют, есть ребята, которые никогда нигде не работали. Мы трудимся здесь как минимум восемь часов в день, зимой – чуть меньше, летом – девять-десять часов. Конечно, у нас есть и праздники. Мы очень весело отпраздновали Новый Год и Рождество.
Я ни одного шага не делаю, не посоветовавшись с Богом. Даже тогда, когда отсюда нужно выгонять нарушителя, я молюсь, беру пост, стараюсь использовать все выходы. Мне очень трудно отправлять человека отсюда, очень жаль того, что Бог уже успел вложить в них, жаль, что их путь к познанию Господа удлиняется. Все ребята – это мои дети, я к ним отношусь как мать. Здесь нет ни одного человека, про которого я не помню, когда он приехал, какие у него были срывы. Каждого принимаешь в свое сердце. И вначале это было очень трудно. Я не смотрю, красивые они или некрасивые, подлые или добрые. Я знаю, что там поработал дьявол, и что мне нужно их любить. Я благодарна Богу, что Он дает мне эту любовь. То, что я делаю, я делаю для Бога. Для людей мне бы никогда этого не сделать: не хватило бы ни сил, ни любви, ни терпения.
Первые трое ребят – это было самое трудное. Они уже уехали от нас, ни один из них не «колется». Один сейчас заканчивает библейский колледж под Москвой, другой уже закончил учиться в Пскове, а третий ведет молодежное прославление в вологодской церкви «Преображение». Я слежу за их судьбой, но буду совсем рада, когда пройдет три года, когда по всем медицинским показателям клетка должна будет «забыть» наркотик. Силы на это дает только Бог. Тот, кто «ухватился» за благодать Божью, будет великим служителем.
|
