Вернуться в оглавление №560

Ростовские памятники признали помехой инвестициям

На минувшей неделе местное отделение Всероссийского общества охраны памятников при поддержке известных архитекторов города начало кампанию по пересмотру списка зданий — памятников архитектуры на территории Ростова. По мнению архитекторов, в городе слишком много зданий, которые называются памятниками только потому, что были давно построены. На самом же деле, утверждают архитекторы, художественная ценность многих нынешних памятников невелика, так что ими вполне можно пожертвовать ради возведения в центре города новых зданий, в первую очередь элитного жилья и бизнес­центров. «Если танцевать вокруг каждого здания с надписью «здесь жил», то никакие инвес­тиции в город не пойдут» — так сформулировал идею кампании один из ее участников.

Справка N. Согласно федеральному закону об охране памятников все архитектурные памятники делятся на федеральные, региональные и муниципальные. Кроме того, существуют так называемые вновь выявленные памятники, то есть признанные таковыми в девяностых, когда создавались госорганы по охране памятников. В Ростове, по данным областной Инспекции по охране памятников, сегодня 17 федеральных, 329 региональных (готовится работа по их разделению на собственно региональные и муниципальные) и 346 выявленных памятников архитектуры. Именно к списку последних памятников относятся основные претензии архитекторов.

Архитекторы­новаторы против чиновников­ретроградов? Основной список вновь выявленных памятников (299 наименований) был утвержден еще в 1995 году специальной комиссией, которая определяла принадлежность того или иного здания к памятникам чисто визуально, то есть, по­русски говоря, на глазок. Тогда в этом действительно была известная необходимость, поскольку в советское время с охраной памятников было не то, что сейчас: нередко этим занимался всего один специалист исполкома, а не целая инспекция. Памятников было маловато, вот и решили увеличить их список. При этом надо заметить, что в состав комиссии по выявлению новых памятников входили в середине девяностых и глава местного общест­ва охраны памятников Александр Кожин, и архитектор Любовь Волошинова, ныне предлагающие его пересмотреть.

В целом предложение, конечно, здравое. Достаточно хотя бы пройтись с пресловутым списком по улицам ниже Станиславского — Бау­мана, Ульяновской, Тургеневской, чтобы убедиться, в каком состоянии находятся иные из вновь выявленных. Аргументы в пользу необходимости сократить их список следующие.

— У нас в городе происходит вакханалия с памятниками, — считает бывший главный архитектор Рос­това Норальд Нерсесянц. — Здание может называться памятником либо по архитектурным достоинствам, либо в связи с памятным событием. Но мне не доводилось видеть документ, который описывал бы правила принятия на учет памятников архитектуры, их классификации, охраны и исследования. Необходимо эти правила разработать и утвердить, а также четко определить на уровне местного закона принципы использования памятников: как можно вкладывать в памятники инвестиции и что нужно сохранить?

— В последние десять лет Ростов физически корежит, градостроительная дисциплина полностью исчезла, — еще более радикально высказывается проректор Ростовской архитектурной академии Александр Бояринов. — Инспекция по охране памятников беспомощна: на первые этажи зданий­памятников самовольно врываются коммерческие структуры, делают отдельные входы с улиц. Сохранять сегодня надо в первую очередь те здания, которые являются визитной карточкой города, а желание расширить список при непонятном характере его охраны провоцирует конфликт с жизнью.

В конечном итоге мишенью высказываний архитекторов оказывается Областная инспекция по охране памятников: якобы эта структура существует только для того, чтобы брать деньги за согласования проектов, а на самом деле никакой охраной памятников не занимается.

— Было бы логично, если бы вопрос о сокращении памятников ставили строители или инвесторы, но почему его ставит Общество охраны памятников? — говорит начальник инспекции Наталья Лапшина. — Мы согласны с тем, что нужно исключить из списка вновь выявленных памятников то, что уже невозможно сохранить, и там, где стоит явно разваливающийся памятник, мы не будем настаивать на его сохранении. Но просто так взять и вычеркнуть его из списка невозможно. Этот вопрос — прерогатива научно­экспертного совета при инспекции, куда входят помимо прочих главный художник города, архитектор того района, где находится памятник, а также г­н Кожин.

Чем быть Ростову — Москвой или Питером? В инспекции по охране памятников корреспонденту N сообщили, что ряд зданий из вновь выявленных памятников уже исключен, например дома по Седова, 7, и Ульяновской, 58. Разработан проект снятия с охраны пяти плохо сохранившихся зданий­памятников в квадрате Соборный — Серафимовича — Семашко — Социалистическая, где будут строить бизнес­центр: «По заявке застройщика мы проанализировали эти памятники и предварительно решили, что бороться там не за что». Очередной научно­экспертный совет намечен на ближайшие недели, на нем, по словам Натальи Лапшиной, будет вынесен на обсуждение статус около полусотни зданий из списка вновь выявленных памятников.

Архитекторы — сторонники сокращения числа памятников в качестве положительного примера приводят столицу, где несколько зданий­памятников (Военторг, гостиница «Москва» и др.) уже демонтированы и на их месте будет новая застройка. В Ростове Общество охраны памятников предлагает начать этот процесс с демонтажа здания Банка­лицея на Б. Са­довой, 119 (см. фото), при строительстве здания нового конгресс­центра (директор «Интуриста» Игорь Горин сам является членом общества). Александр Кожин говорит, что это здание разрушается и не вписывается в контекст окружаю­щих его современных построек. В инспекции по охране памятников, напротив, полагают, что Банк­лицей и находящийся рядом «красный домик» могут оригинально оформлять обочины подъезда к будущему конгресс­центру. Кроме того, в инспекции корреспонденту N дали понять, что за нынешней кампанией архитекторов по сокращению числа памятников стоит их финансовая заинтересованность в новых заказах.

— В Ростове есть целая школа архитекторов, которые в советское время занимались привязкой типовых проектов к центру города, — рассказал корреспонденту N один из специалистов инспекции. — Раньше заказчиком таких проектов было государство, теперь все они потянулись к частным инвесторам, но опыта проектирования новых зданий с сохранением исторического облика города у них нет. Снести исторический квартал и построить типовые здания, которые устареют через двадцать лет, проще всего, но зачем терять уже построенное?

В инспекции полагают, что образец инвестиций в недвижимость в центре города — ростовский филиал «Альфа­Банка», фактически восстановивший памятник архитектуры — дом Шендерова, где раньше располагался проектный институт. Есть также случаи, когда здание­памятник реконструировали под элитные квартиры (типа дома по Пушкинской, 57) — обычно это бывшие доходные дома, превращенные в коммуналки; в центре города таких зданий около трехсот. Фактически инспекция выступает за реконструкцию центра города по питерскому варианту.

В конечном итоге поднятая проб­лема упирается в то, что в Ростове нет режима охранных зон, который бы строго регламентировал, где можно строить, а где нельзя. Такая система работает, например, в Таганроге, где исторический центр сохранился не в пример лучше, чем в Ростове. Режим охранных зон должен быть заложен в генеральный план развития Ростова, над которым продолжают работать специалисты питерского Института урбанистики. Однако средств на этот раздел генплана выделено почему­то не было. До сих пор не принят и областной закон об охране памятников. В мае 2002 года законопроект, разработанный известным своей кипучей деятельностью вокруг ростовских памятников депутатом Бояркиным, прошел первое чтение в Законодательном Собрании. Второе чтение намечалось на прошлый ноябрь, но Бояркин свой проект отозвал. Теперь есть новый проект, который, по информации N, намерен инициировать депутат Александр Шолохов.

Перечислять взаимные обвинения архитекторов и инспекции по охране памятников можно до бесконечности — очевидно, что требуется поиск компромиссной стратегии. Судя по высказываниям сторон конфликта, общее основание для этого — необходимость разумного использования памятников — есть и у архитекторов, и у чиновников.

Николай Проценко