Ранним утром 6 декабря из Греции в Ростов были доставлены Наташа и Света Урвачевы, похищенные и вывезенные за границу в 1997 году. Кажется, справедливость восторжествовала, однако главные героини, похоже, этому совсем не рады.
В январе будущего года Наташе Урвачевой исполнится 16 лет, Света на год ее младше. Однако их недолгая жизнь изобилует пока крутыми поворотами. Родились девочки в неблагополучной многодетной семье, где кроме них воспитывалось 6 детей.
— Ни мать, ни отец девочек не имеют работы, детьми не занимаются. В школу никто из детей не ходит, один ребенок сейчас сидит в колонии, — рассказывает ответственный секретарь комиссии по делам несовершеннолетних при администрации Ленинского района Ростова Наталья Веселовзорова. — Отец детей был лишен родительских прав, мать — частично лишена. Живет семья в маленьком флигеле, существуют на то, что заработает сожитель матери. Мать очень переживала, когда в августе 1997 года, в день рождения Светы, Наташа и Света ушли из дома за кассетами и не вернулись. Потом, правда, мать немного успокоилась. Семья эта переезжала в деревню, но потом они вернулись в свою халупу — на селе ведь надо работать. Не знаю, если Света и Наташа вернутся домой, по-моему, им и спать-то будет негде. В доме и во дворе — настоящая разруха, вчера журналисты приходили, так мать хоть прибрала немного.
О том, как им жилось до того, как они попали в Грецию, девочки вспоминают и говорят неохотно. Кажется, их память стерла почти все, что было в той жизни. Света даже забыла родной язык. Наташа говорит на ломаном русском, с большим акцентом. Для них возвращение на родину началось с казенных стен и допроса в прокуратуре Ленинского района. Старший следователь прокуратуры Анатолий Лажевский около получаса расспрашивал девочек о подробностях того, как 5 лет назад какая-то женщина на одной из центральных улиц Ростов пригласила их сесть в машину (в деле есть фотография женщины, и девочки ее опознали). Сестер некоторое время держали на одной из квартир Ростова, потом по поддельным документам вывезли в Краснодарский край, а оттуда — в Грецию. В прокуратуре говорят, что преступная группа, состоявшая из 6 человек, переправила детей за границу, надеясь затем их продать, однако сделка не состоялась. Девочек поместили в детский дом в греческих Солониках, где они пробыли около 3 лет, затем их перевели в приют города Кавала.
— Мы жили в лучшем приюте Греции, — рассказала Наташа Урвачева. — Я училась там в 7-м классе, Света — в 6-м. Света была лучшая в классе, получала лучшие оценки — «двадцатки». Нам давали по 20 евро на карманные расходы, покупали вещи. Мы делали все что хотели. А на каникулах нас забирали к себе русские семьи. Мы со Светой занимались спортом. Я хочу стать доктором, а Света — как это по-русски? — доктором, который лечит зверей.
— Вы хотите домой? — спрашиваю я, имея в виду ростовский дом.
— Да, мы хотим Грецию! — глаза Наташи зажигаются. Она переводит свои слова сестре на греческий, и Света оживленно кивает головой.
— Позвоните в Грецию! Пусть они возьмут нас обратно! — просит Наташа. — Вот телефон, там ответит по-гречески или по-английски Софи. Она работает в нашем приюте. Кажется, психологом.
— Софи помогает детям, у которых проблемы. Когда мы уезжали, она плакала и говорила, что она нас очень любит и никогда не забудет.
— Девочек вернут домой, как только мать восстановят в родительских правах, — говорит Наталья Веселовзорова. — А то, что суд вернет ей родительские права, — это однозначно. Жалко девочек. Попав в Грецию, они вытащили счастливый билет. Выучились бы там, получили работу. Что ждет из здесь? В 15–16 лет они ни одного дня не учились в российской школе. Здесь они, как ни горько это говорить, никому не нужны. Знаете, один чиновник в частной беседе девочкам уже сказал: мол, не надо было вам называть в приюте свою настоящую фамилию. Они ведь несколько лет в Греции находились под фамилией той женщины, которая их тайно вывезла из России. А потом, привыкнув и посчитав, что им ничего плохого не грозит, девчонки назвали свои настоящие имена. В 2000 году греческая полиция и сообщила о сестрах в Россию, тогда и было возбуждено уголовное дело о похищении. До этого ведь их считали пропавшими без вести.
Елена Строителева, собкор «Известий», специально для «Города N»
|