Астраханский благотворитель
Сарова
Имя
Кирилла Федоровича Федорова хорошо
известно саровским краеведам. На деньги
этого благотворителя в Саровской пустыни в
1820-е годы был перестроен храм Иоанна
Предтечи. Здание этого храма под горой
сейчас возвращено церкви. Жертвовал
Федоров деньги и на отливку большого
тысячепудового колокола (более чем на треть
главный колокол Сарова был сделан на
средства этого богатого астраханского
рыбопромышленника). Не удивительно, что во
многих книгах о Саровской пустыни имя К.Федорова
упоминалось с чрезвычайным уважением и
благодарностью. До недавних пор
монастырские издания и документы
саровского архива были для нас
единственным источником информации об этом
человеке. Мне хочется познакомить
читателей с другими сведениями, недавно
оказавшимися в нашем распоряжении.
Ниже приведен большой отрывок из
книги А.Штылько «Иллюстрированная
Астрахань», изданной в 1846 году.
«Кирилл Федоров происходил из
пономарских детей Тамбовской губернии (земляк?
– может быть отсюда его симпатии к
Саровской пустыни – А.П.). Кое-как
обучившись грамоте, он случайно добрался до
Астрахани и определился в казенное соляное
правление, в начале сторожем, а потом писцом.
По прошествии некоторого времени,
изобличенный в похищении из архива, за
взятку, документов, он был наказан плетьми,
но, несмотря на это, оставлен за свою
опытность на службе в том же правлении. По
выходе из последнего он служил еще в разных
присутственных местах как опытный
канцелярист. Первый офицерский чин он
получил около 40 лет от роду, а в 1782 году был
сделан кавалером ордена св. Владимира за 35-летнюю
службу в офицерском чине. Накопив на службе
несколько десятков тысяч рублей, Федоров
поехал на коронацию Императора Павла
Петровича. Живя в Москве, он, благодаря
краснобайству и балагурству, познакомился
с князем Куракиным, а затем уговорил его
отдать ему в откупное содержание
пожалованные князю астраханские
рыболовные воды. Князь не имел понятия о
ценности вод и знал только, что казна
получала с них 20-30 тысяч ежегодно. За такую
цену он и сдал Федорову воды, а тот получал с
них сотни тысяч рублей. И вот, на девятом
десятке жизни, Кирилл Федоров делается
миллионером и аристократом астраханским.
Он зажил роскошно в быстро выстроенном
большом доме с двумя алебастровыми львами
на воротах, целыми и по сию пору. Федоров
устраивал часто званые обеды для приезжих
гостей, которым говаривал: «у меня все
астраханские свиньи обедают». Однажды он
буквально обобрал свою воспитанницу, отец
которой перед смертью назначил Федорова
опекуном. Начался процесс, и дело дошло до
очистительной присяги. Федоров в белой
рубахе с черной свечой в руках босыми
ногами прошел в собор при звоне колоколов и
дал присягу, что денег не получал. Эта
церемония совершена при громадном стечении
народа по всем правилам очистительной
присяги. Но вслед за тем совесть его так
заговорила, что деньги он возвратил. Однако
нашлись пройдохи, которые разорили старика.
Он умер в 1839 году, не оставив почти ничего».
Что обращает на себя внимание при
прочтении этого отрывка. Во-первых,
любопытно отношение современного Федорову
мемуариста к описываемой личности. С одной
стороны, явное осуждение неблаговидных
поступков, а с другой – проскальзывает
некая симпатия (ведь покаялся же!). Автор
даже называет Федорова «замечательным
богачом».
Во-вторых, если верны приведенные
в отрывке цифры, наш герой отличался
выдающимся долголетием. Получается, что он
посещал Саровскую пустынь (это случилось
дважды – в 1820 и 1823 годах) чуть ли не в
столетнем возрасте.
А насчет того, что Федоров умер, «не
оставив почти ничего», не совсем верно.
После его смерти выяснилось, что 10 тысяч
рублей были завещаны Федоровым Сарову «для
поддержания выстроенного им в оном
монастыре трехпрестольного храма и на
поминовение за упокой родственников и его
души». Храм Иоанна Предтечи после коренной
реконструкции, финансировавшейся
Федоровым, действительно стал
трехпрестольным. Помимо главного престола
в нем появились еще два: престол Кирилла
Иерусалимского, посвященный небесному
патрону Федорова, и Иакова Алфеева –
святого дня его рождения. Судя по письмам
Федорова в Саровскую пустынь, особенно
хотелось ему скорейшего освящения придела
Кирилла Иерусалимского. Он писал: «Желаю
потому что бы был он освящен пока я жив».
Есть упоминание о К.Федорове и в
книге астраханского писателя А.Маркова «История
Астрахани в событиях и фактах». И опять он
оказался замешан в каком-то сомнительном
деле. При строительстве канала в Астрахани
с Федоровым был заключен договор на
поставку 4 тысяч бревен для деревянных свай.
Взяв деньги, Федоров поставил лишь пятьсот
бревен из Нижегородской губернии(!), при
этом остаток денег не вернул. На Федорова
была подана жалоба в Сенат, и в 1800 году
сенаторы фон Визин и Неплюев приехали в
Астрахань с проверкой. Однако астраханский
губернатор находился в хороших отношениях
с Федоровым и старался его выгородить. В
книге приводится любопытный эпизод, взятый
из дневника астраханского протоиерея.
«Марта 25. Служил в соборе
преосвященный Платон. Кушал он и сенаторы у
титулярного советника Кириллы Федорова.
При сем случае произошло следующее
приключение. Коллежский асессор Сергей
Уваров-Юдин, пришедши в дом Федорова,
протиснулся в тот самый покой, где
находились и сидели гости, и, обратившись к
сенаторам, говорит: «Ваше
высокопревосходительство, знаете ли вы, у
кого обедаете? Хозяин сего дома есть
государственный вор! Все, что видите и что
будете кушать, это он украл у государя».
Услышав сие, все онемели и не знали, что на
сие ответить. Образумившись, сенатор фон
Визин сказал ему: «Поди, братец, вон!». «Я
пойду, сударь, – ответил Юдин, – но вам
стыдно, что вы, блюстители правосудия,
будете кушать у государственного вора», – и
с тем вышел. Вот сцена! Мало, думаю, в целом
столетии сего случается».
Вскоре нарушитель спокойствия
Юдин был отправлен под конвоем в Санкт-Петербург
и посажен в Шлиссельбургскую крепость, из
которой был освобожден через год за
недоказанностью вины.
В общем, миллионер К.Федоров
предстает в этих рассказах типичным
персонажем эпохи «первоначального
накопления капитала». В последние годы
своей бурной жизни он стал тратить деньги
на богоугодные цели. Это внушает надежду,
что и нынешние вельможи когда-нибудь
обратят внимание на нуждающиеся в ремонте
храмы.
А дом Федорова «с двумя
алебастровыми львами на воротах»
сохранился. Он стоит в центре Астрахани на
улице Кирова и охраняется государством как
памятник архитектуры XVIII века.
За использованные в статье
материалы и фотографию автор благодарит
заведующую отделом истории Астраханского
музея-заповедника Эвелину Викторовну
Кугрышеву.
Алексей Подурец
