С ноября 1996 года Минфин прекратил финансирование по разделу 236 (по которому ежемесячно выдавалось по 3 "минималки" на питание, а также материальная помощь и оплата путевок или их денежная компенсация). Шли годы. Люди, погубившие здоровье на полониевом производстве, перенесшие лучевую болезнь и на старости лет брошенные на произвол судьбы, писали в разные инстанции, но министерства, от которых зависело принятие решения, не могли договориться. За это время задолженность подросла до 20 тысяч рублей, и "лучевики", устав бороться с ветряными мельницами, выставили иски к отделу соц. поддержки и министерству финансов.
Зная, что наш суд завален делами, истцы терпеливо ждали. Наконец дошла очередь и до их 33 заявлений, объединенных в одно производство. Правда, первое слушание судье Тагиной пришлось перенести из-за неявки ответчика, и вот 4 февраля в одном из залов заседаний собрались все истцы и им сочувствующие - "лучевики" других предприятий и В.Иванов, председатель саровского отделения Союза "Чернобыль". Со стороны ответчиков присутствовали специалисты отдела соц.поддержки Ж.Новицкая, Г.Кочешкова и зам.начальника юридического отдела Федерального казначейства по Нижегородской области Н.Мусаев. Позицию третьей стороны, т.е. ЭМЗ "Авангард", защищала С.Шикина.
Люди, требующие справедливости, говорили о страшных условиях, в которых им приходилось работать годами. О том, что в начале 50-х никто не знал, какие опасности таит в себе полоний, что скафандры и боксы не защищают от излучения, что концентрация опасных веществ в десятки, сотни и тысячи раз превышала предельно допустимые значения. Юрист завода, в свою очередь, назвала некоторые цифры: за семь лет с 1952 по 1959 годы, в период становления нового производства, 90 человек получили лучевую болезнь; в момент аварии 1968 года ПДК была превышена в 200 тысяч раз (тогда четыре работника оказались под воздействием смертоносных лучей). Светлана Шикина напомнила, что предприятие не отказывается от выплат по возмещению вреда здоровью, но в данном случае речь идет о дополнительных льготах "лучевикам", которые обязано финансировать государство, по воле которого эти люди стали инвалидами.
Натик Мусаев, предствляющий интересы Минфина, ссылался на отсутствие в делах данных об авариях. Это старая песня, которую тянут Минфин, МЧС и Минтруд, что льготы положены только тем, кто ликвидировал аварии или их последствия, причем когда этот факт документально подтвержден. Всем остальным должно платить предприятие. А удостоверения? Так они выданы министерством по атомной энергии незаконно и для Минфина не существуют. Представляю, как трудно было выговорить Натику Миликовичу эти слова, потому что после заседания он сказал, что по-человески нашим "лучевикам" можно только посочувствовать.
Почти два часа длилось разбирательство, а когда суд удалился для принятия решения, сидящие в зале стали вспоминать эпизоды сорока- и тридцатилетней давности. Как были аварии на первом узле, когда шесть каменщиков всю ночь восстанавливали разрушенную стену (все они уже умерли). Какой толщины были свинцовые двери в спецпомещения. Как бились колбы, и молоденькие девчонки глазели на синее свечение радиоактивного материала (интересно же было хоть одним глазком поглядеть, что они носят и грузят с такой осторожностью). Как дозиметристы советовали затыкать нос и рот во время мытья под душем. Как лежали они в "шестерке", а потом врачи устанавливали потерю трудоспособности: пять, десять, максимум пятнадцать процентов - установка такая была, что больше не давать.
И вот оглашается решение суда о взыскании с министерства финансов сумм, указанных в каждом из 33 исковых заявлений. Сказать бы, слава Богу, но сделан только первый шаг. Н.Мусаев уже подтведил, что ответчик не согласен с таким решением и будет подавать в областной суд протест. Затем - рассмотрение дела в Нижнем. В случае, если решение судьи Тагиной останется без изменения, - жалоба в Верховный Суд. Если в Правительстве нет согласия, то проблема должна быть решена с помощью судебной власти.
А пока остается уповать на помощь предприятия и депутатов городской Думы. Ведь помимо всего прочего с января этого года "лучевики" лишились возможности приобретать бесплатные лекарства. И для этих людей, получающих 400-500 пенсионных рублей, подобное известие прозвучало, как приговор. "Никому мы не нужны - вот что самое тяжелое", - говорили люди, и трудно было что-то возразить.