Максим Шевченко, руководитель Центра стратегических исследований религии и политики современного мира

      Общая духовная, а стало быть и социальная ситуация в сегодняшней России такова, что значительное число наших сограждан приходит к пониманию необходимости моральных принципов и нравственных устоев вне зависимости от того, верующие эти люди или нет.
      В последние годы на территории бывшего Советского Союза легализовалось то, чего никогда не было в открытой форме - появились факты эксплуатации детей на сексуальной основе, порнография самых разных видов, в том числе - детская. Продажа наркотиков стала почти легальна. Как следствие этого - по статистике Комитета по борьбе с незаконным оборотом наркотиков - дети пробуют героин уже в восьмом-девятом классах.
      Но нравственность общества зависит не только от религиозных учений, но и от той моральной, социальной и как их следствие, политической активности, которые каждый человек способен проявить на том месте и в то время, где он живет. Если человек не способен равнодушно пройти мимо ребенка, покупающего наркотики, мимо юных проституток, которыми торгуют, как вещами или животными, если его сердце словно пронзает боль при виде беспризорных детей или пьяных, валяющихся на вокзалах, то именно такой человек может и должен составить основу нравственного возрождения общества.
      В цивилизованных странах созданы влиятельные и сильные общественные организации по противодействию вовлечению подростков в наркоманию.
      О проституции говорить сложнее: она присутствовала в обществе во все времена. Значит, нужно препятствовать пропаганде проституции среди молодежи, по крайней мере - необходимо локализовать это зло, запретить вход в подобные места людям до 21 года. Киоск, продающий журналы типа "Плейбой", "Cool" и "Пентхаус" лицам, не достигшим этого возраста, должен быть закрыт.
      Законы должны не просто содействовать нравственности и защищать молодое поколение от разлагающего влияния беззастенчивого бизнеса на человеческих грехах. Эти законы обязаны регулироваться обществом, быть силовым проявлением его совокупной моральной воли, а государство должно, в данном случае, являться лишь способом осуществления этой общественной воли защитить себя.
      Демократическое общество сильно не тем, что в нем сильно государство, а тем, что люди сами в нем проявляют активность по обустройству собственной жизни, в частности - объединяются в движения, политические партии, являются лоббистами законов, выступают с программами и действиями, направленными на защиту этого общества.
      Допустим, какой-то журнал активно пропагандирует вовлечение молодежи в формы массового разврата и, как следствие, в наркоманию и проституцию. Так ведь надо же не полениться, напечатать листовки, организовать пикеты в тех местах, где продаются эти журналы!
      В демократических странах люди ведут такую борьбу многие годы, и значительная часть подрастающего поколения там защищена. В Западной Европе и Америке усилия, брошенные на этой борьбу отнюдь не государством, а общественными организациями, безусловно, дают свои плоды.
      Стоит какому-либо журналу опубликовать фотографию подростка в полуголом виде или начать пропагандировать наркотики, как редакция этого журнала будет пикетироваться и бойкотироваться, и, в конце концов, этот журнал закроется. Туда не будут вламываться полицейские, просто бизнес пойдет вниз вследствие законной и демократической общественной активности.
      Мне кажется, что такие методы должны применяться в России все больше и больше. Общественные организации - это организации взаимодействия людей ради общей цели. В данном случае - ради подрастающего поколения. И строиться они должны по открытому принципу, то есть состоять из людей разной веры, разных взглядов, но объединенных общим интересом.
      Религиозные организации часто стеснены законом в своих действиях, они не могут вести публичную пропаганду своей деятельности. Это не исключает формирование религиозными организациями своих общественных движений, состоящими только из верующих людей, но, мне кажется, они будут более эффективными, если начнут создаваться на основе взаимодействия людей не только разных национальностей и религий, но и вообще политических взглядов. В этом вопросе велика роль средств массовой информации. Журналистам не стоит гоняться за "клубничкой" и "жареными фактами". Им нужно понять, что, делая так, они пляшут на минном поле.
      Никто не имеет права касаться того, что человек делает в своем доме, если, конечно, он не совершает преступления. Если человек публично рассказывает о своей интимной жизни, то его посчитают сумасшедшим и предлагают покинуть приличное общество.
      Но многие журналисты полагают, что они имеют право громко вещать о том, о чем стыдно разговаривать. Мне кажется, что эти люди должны представить себя в окружении людей и услышать то, о чем они говорят.
      Те издания и те журналисты, которые весело и с задором пропагандируют разврат, должны быть ограничены в своих действиях и локализованы в специальных секс-шопах, куда надо запретить доступ молодежи.
      Решение любой проблемы зависит от человека. С Божьей помощью можно решить любые проблемы. Но само по себе ничего не произойдет, никакое зло не исчезнет. Болезнь надо лечить, а если расслабиться, она захватит все тело. Так же и в общественной жизни.
      Например, в Ленинградской области есть реабилитационный центр для бывших наркоманов, который возглавляет Сергей Матевосян. Я хорошо знаю людей, которые кормят бомжей на московских вокзалах - среди них есть и христиане разных конфессий, и мусульмане и буддисты и неверующие.
      Православный политик Александр Огородников создал приют "Остров надежды", который помогает детям, вовлеченным в сексуальную эксплуатацию, спастись от их хозяев. Он не боится идти на конфликт с самыми отъявленными бандитами и их покровителями - помогать ему приезжают, в том числе, и западно-европейские евангельские христиане. Хотя, к сожалению, не русские…
      Но когда я вижу таких людей, у меня появляется оптимизм и надежда на выход из ситуации катастрофы, в которую медленно, но верно сползает наша страна.