Ситуацию на финансовых рынках комментирует в беседе с корреспондентом “Курса Н” начальник управления валютных операций и валютного контроля “Росбанк-Волга” Владимир МАКАРЕВИЧ.
— В последнее время достаточно интересными были изменения на рублевом рынке. Чувствуется все-таки нехватка на нем рублей. Ставки овернайт выросли сначала до уровня где-то 5—7 проц. А дальше... Такого не было месяца почти три-четыре — межбанковский рынок находился в совершенно спокойном состоянии, хотя в принципе он самый подвижный и самый большой, где средства даются на один день. Четкого объяснения, почему этот рост начался, и так задолго до конца месяца, нет, но факт тот, что в последний день октября ставка на МБК достигала 22 проц.
— Неужели и у банков первого круга были большие проблемы?
— Эти банки в основном работают между собой. У них, естественно, тоже возрастали ставки, но больших проблем, думаю, не возникало. Почему? На рынке рубль-доллар не происходило больших движений. Увеличение объема долларовой массы на торгах было где-то в районе 300—400 млн в день. Это не те величины, которые бы говорили, что кто-то из крупных игроков очень сильно привлекает деньги. Правда, на всех инструментах — и на ТОD (расчеты день в день), и на свопах (покупка валюты с заключением контрсделки на некий срок) наблюдалось некоторое увеличение, но не критическое. А вот для банков второго и третьего круга, региональных, которые в середине дня обращались за переходящими деньгами, ставки могли достигать, наверное, и 30 проц. Для текущего состояния это очень много. Скорее всего, это был некий локальный всплеск.
— Острой необходимости?
— Такая необходимость возникает, когда не хватает средств для выполнения обязательств. Проблему с некой ликвидностью, которая нужна в текущий момент, банк может решить несколькими путями. Либо продать избыток валюты, либо обратиться в ЦБ, если у него есть к нему доступ, и сделать свопы, сделки РЕПО (под ценные бумаги), либо выйти на межбанк. Допустим, ЦБ ставит своп где-то в районе 70 пунктов. Но эти же величины во время торгов на ММВБ и были в те дни достигнуты.
— Совсем недавно мы с вами говорили, что у доллара есть явное желание укрепиться и понизить евро ниже уровня 1,19. Но цена 1,1860 доллара за евро достаточно базовая, ее пробовали пробивать, но не получилось. Однако последние события изменили ситуацию.
— Да, беспорядки во Франции ее изменили. Уровень поддержки 1,1860 был пробит, а это открывает дорогу к дальнейшему понижению евро. Сейчас евро стоит уже в районе 1,1780 доллара и может, вероятно, до конца года опуститься до уровня 1,15. Тем более что беспорядки во Франции приняли массовый характер. Чтобы евро выйти хотя бы на прежний уровень, нужны какие-то очень важные позитивные события в еврозоне. Пока их нет. Изменились и соотношения рубль-доллар и рубль-евро. По первой паре предполагаемый коридор до конца года — 28,50—29, по второй — 33,50—34,50.
— Насколько же стремительным был рост евро в конце прошлого года, и в январе за него давали 1,36 доллара.
— Аналитики писали: цена 1,40 и 1,50 доллара за евро не за горами. Но мы с вами тогда говорили, что это явно не соответствует реалиям, и в принципе было бы комфортней уйти на уровень 1,20.
— Ваш прогноз сбылся. Началось падение.
— Потом, конечно, был еще кратковременный рост в середине марта — 1,34 доллара за евро. А после этого началось достаточно жесткое понижающее движение, которое продолжалось все лето. Кстати, периодически появляется информация, что восточные страны хотят создать свою валюту в противовес доллару и евро. Работы такие ведутся, но, конечно, это произойдет не мгновенно и не скоро. Если же такая валюта будет действительно создана, скажем, через два-три года, то ситуация на валютном рынке коренным образом изменится. Если объединить мощь хотя бы двух таких стран, как Китай и Япония, их золотовалютные резервы, то это будет что-то невообразимое.
— Наверное, не все банки занимаются валютным дилингом?
— Но все равно в той или иной степени каждый каким-то образом свое участие проявляет. У банков есть открытая позиция по разным видам валют, с которыми они работают. И хочет банк того или нет, но она редко когда может быть равна нулю. Если банк в идеале полностью отказывается от валютного рынка, то он должен все свои позиции закрыть и стать в ноль по всем валютам. Но такого никогда не бывает.
Каждый банк встает в какую-то точку на Форексе. А дальше он будет получать доходы или расходы, исходя из того, насколько удачно выбрана политика. И не играет роли, выходит он на рынок напрямую или нет, котирует или нет евро-доллар. В любом случае, ему надо закрывать операции клиентов. Хотя я не исключаю, что многие небольшие банки стараются работать по простому принципу: есть клиентская заявка — они выходят на ММВБ и МБК. Подобная позиция вполне оправдана — уменьшить риски и при необходимости просто удовлетворять клиентуру. Если же в банке появляются специалисты, готовые к игре и некоему принятию рисков (им устанавливается определенный лимит), то они начинают заниматься валютным трейдингом на Форексе.
— Все банки освоили свопы?
— Да. И очень активно. Инструмент этот появился давно, но на Нижегородской валютно-фондовой бирже “Росбанк-Волга” был его первооткрывателем. Мы вошли по свопам рубль-доллар и евро-рубль. Но рынок евро-рубль оказался значительно менее ликвидным, и с него пришлось уйти. Провал был несколько месяцев, котировок в принципе не было. Сейчас этот рынок активизировался, но я пока воздерживаюсь еще раз в него входить.
Сегодня, наверное, есть смысл прервать еженедельные беседы с трейдерами учебного центра ИК “Финам” в Н. Новгороде, которые проходят на страницах “Курса Н” в рамках программы “Линия тренда”, и послушать комментарий начальника этого центра Владимира РОССОХИНА, касающийся последних событий на финансовом рынке.
— Владимир, вам, вероятно, приходится давать своим слушателям слегка измененные ориентиры?
— Сейчас мы видим не столько рост доллара, сколько падение евро в связи с событиями во Франции. В России падают остатки на корреспондентских счетах банков. Возможно, они начинают пытаться выкупать растущий доллар, не исключая, что он будет расти и в перспективе. Но особо сильно это, на мой взгляд, не должно отыграться на фондовом рынке. Такая макроэкономическая ситуация оказывает на него не прямое и довольно слабое воздействие. Наиболее ярко выраженная связь прослеживается с рынками развивающихся стран. И здесь не лишне вспомнить повышение учетных ставок Федеральной резервной системы США. В связи с удорожанием американских денег возможны оттоки с развивающихся рынков средств зарубежных инвесторов. Это более сильно повлияет на рынок ценных бумаг России, на падение котировок акций.
— Некоторые аналитики считают, что тот мыльный пузырь, который надувается на фондовом рынке, угрожает и рынку коллективных инвестиций, черпающему из движения ценных бумаг самую большую доходность.
— Слово “мыльный пузырь” в применении к фондовому рынку кажется мне все-таки немного пропагандистским, рассчитанным на какой-то, возможно, испуг, на какую-то чересчур сильную реакцию инвесторов, в том числе и держателей паев пифов. Термин “пузырь” употреблял, говоря о фондовом рынке, еще Генри Форд, противопоставляя ему реальное производство. Сейчас разговорами о “мыльном пузыре” мало кого испугаешь.
После определенной коррекции (я бы не сказал, что она была значительная или маленькая, а нормальная, давно ожидаемая) уже две недели идет устойчивый рост котировок практически по всему фронту. Говорить сейчас о каком-то падении и уж тем более о какой-то панике пока оснований нет.
Но появилась тенденция снижения цен на нефть, они уже показали локальные минимумы. Удешевление нефти в ближайшее время может повлиять на рынок ценных бумаг. Это гораздо более весомый для России фундаментальный фактор, достойный более пристального внимания, чем снижение евро к доллару. Цены на нефть к концу октября упали до самого низкого уровня за три месяца, что связано с достаточно теплой погодой в северном полушарии и снижением спроса на топочный мазут. А какие-то изменения на Форексе не вызывают резких и немедленных реакций со стороны фондового рынка. Ожидать резкого скачка котировок по этой причине не приходится.
— За два-три месяца игры неплохую доходность получили трейдеры Михаил, Илья, Ольга, которые уже выступали на страницах “Курса Н”. Они будут, очевидно, и дальше воспроизводить свой успех, пользуясь вашими рекомендациями?
— Если я и даю какие-то рекомендации, то исключительно методического характера. С помощью каких инструментов и как анализировать рынок, какие выбрать стратегии и прибыльны ли они в данный момент и т. д. Трейдеры, уже добившиеся успеха на реальном рынке, достаточно строго придерживаются выбранной ими стратегии. Это очень правильно, они торгуют дисциплинированно, и это держит их, как минимум, в точке безубыточности.
— Во время занятий вы демонстрируете свою игру на рынке. Начинающему трейдеру, наверное, трудно придумать что-то другое, под себя? И они вынуждены копировать вас? Или делать ошибки?
— На самом деле, между Сциллой и Харибдой нахожусь я. В центр приходят поучиться у практикующего трейдера. Это естественно и логично. Но, с другой стороны, я избегаю давить на людей авторитетом профессионального участника фондового рынка. Я использую определенные методы и инструменты в торговле, они мне приносят прибыль, но не хочу, чтобы начинающие игроки употребляли то же самое только под воздействием моего авторитета. Не исключено, что какие-то интеллектуальные решения помогут им создать более совершенный, более доходный, нежели у меня, инструмент.
Я хотел бы отойти от зомбирования авторитетом. Но люди просят меня показать мои методы, и мне приходится балансировать на весьма тонкой грани. В прошлом я это испытал на себе, когда рука невольно тянется к настройке в своих стратегиях инструмента, который использует в анализе рынка какой-нибудь известнейший трейдер. Так что между двух огней больше приходится находиться мне, нежели ученикам. Но хотелось бы, чтобы они все-таки были самостоятельными. Другое дело — помочь в каких-то программных решениях.
— Нижегородцы на ваших семинарах задают уже более глубокие вопросы. О том, что такое фондовый рынок, уже вроде бы не спрашивают, период ликбеза позади.
— Интерес к нашему учебному центру не ослабевает. У слушателей действительно появляется все больше вопросов, которые требуют непростых и доказательных ответов. У населения появляется, я бы сказал, определенная инвестиционная грамотность. Потому им и надо, чтобы игру преподавал практик. Вопросы начинающих в основном связаны с некоторыми все-таки недостатками математических методов анализа рынка, когда появляется двойственность в оценке ситуации, ее различное видение. И слушатели могут преломлять ее каждый по-своему.
— Это плохо?
— На самом деле, это хорошо и говорит о том, что у будущих игроков глаз становится достаточно наметанным, они начинают видеть рынок, умеют хотя бы на первоначальном уровне ориентироваться в графиках. И преподавателю приходится полностью выкладываться, отвечая на вопросы. И он, и слушатели говорят уже на одном языке.
— Ваши ученики становятся потом клиентами “Финама”?
— Думаю, с этой целью они и приходят в наш учебный центр, чтобы потом торговать на рынке ценных бумаг. Конечно, хотелось бы, чтобы они делали это через нашу компанию. Но жесткого и навязчивого давления на будущих клиентов мы стараемся избежать. “Финам” и без того способен предложить очень конкурентоспособные услуги на фондовом рынке.
— Число ваших слушателей прирастает, и вы каждый вечер проводите по два занятия. Значит, и наша совместная программа “Линия тренда” будет пополняться новыми персонажами, которые встали на интересный и захватывающий путь биржевой игры, дабы увеличить личные доходы. Но далеко не все хотят и готовы рассказывать о своем увлечении. Наверное, все еще из-за чувства неуверенности. Хотя биржевые игроки — в основном народ бойкий и смекалистый.
— Мы даем первоначальные знания, чтобы человек, как минимум, не боялся рынка ценных бумаг. Но все люди с разным восприятием, и у них бывает разный, если можно так выразиться, уровень уложенности в голове материала и разной густоты каша в голове. Но это только вначале. Дальше уже легче. Каша потихонечку уложится, и все будет в порядке.
— Вы сами сегодня какую сделку провели?
— Если честно, то я сегодня сделок не проводил. В данный момент мое видение рынка заключается в том, что он еще не определился со своим дальнейшим движением после серьезного падения. Потом часть этого падения была отыграна, но макроэкономическая ситуация, скажем, с ценами на нефть и ставками ФРС до конца не разрешена. Моя в данный момент консервативная стратегия удерживает меня от каких-либо инвестиционных решений. Некоторые аналитики говорят, что если сейчас пойдет рост, то индекс РТС может взлететь чуть ли не до 1400 пунктов. Я пока более осторожен в своих прогнозах.