"Газета Дона" (Ростов-на-Дону)
13(381) от 29-03-2006
Криминал
У меня больше нет сына
Прожив с мужем душа в душу больше полувека, Мария Петровна и представить себе не могла, что останется вдовой по вине собственного сына. Расследование убийства пожилого ростовчанина Иванченко оказалось не слишком трудным: у преступления был очевидец – супруга убитого Андрея Васильевича, на глазах у которой ее родной сын убивал отца.
Иванченко-старший всю жизнь проработал водителем. Высокий, крупный мужчина, он много трудился, стараясь обустроить свой дом — у них с женой росли два сына.
Главной в доме всегда оставалась Мария Петровна. А Андрей Васильевич, даром что крепкий мужик, был человеком мягким, добродушным и уступчивым. Были у них, конечно, какие-то ссоры и бытовые трудности, были примирения и семейные праздники – словом, жила себе обычная, нормальная семья, каких много.
А потом – это было двадцать лет назад – младший сын Виктор ушел в армию. Отслужил, но вернулся уже каким-то не таким, как был. Вспыльчивым, раздражительным. И полюбил выпивать. Потом, правда, женился, обзавелся ребеночком. Родители радовались, но недолго: не выдержав мужниного характера, жена ушла от Виктора.
Уход супруги подействовал на Виктора разрушительно, и он стал пить все чаще и чаще. Работал то там, то сям.
Потом Виктор пошел охранником в банк. Жизнь его снова вроде бы наладилась, а вскоре у его родителей появился еще один внук.
Старший сын супругов Иванченко всегда был человеком благополучным, за него душа не болела, а теперь и у младшего жизнь выправилась, и можно было вдвоем спокойно коротать отпущенный век.
Но не получилось. Со второй женой Виктор тоже развелся, и к сорока с лишним годам остался без семьи, без своего жилья и без постоянной работы. Что делать? Разумеется, пить. А жить где? Конечно, у мамы с папой.
На старости лет супруги совсем лишились покоя. Сын постоянно пил, а напившись, скандалил.
— Да ты же рохля, ты просто тряпка! – кричал Виктор отцу, когда тот пытался увещевать его. Родители в отчаянии наблюдали, как их сын теряет человеческий облик. Но что они могли сделать?
Со временем Виктора стали забирать в милицию, потому что пьяным он вел себя агрессивно. В 2004 году его даже приговорили к пяти месяцам поселения за хулиганство: Виктор бросался на
окружающих. Вернувшись домой, он начал бросаться на отца.
— В январе 2005 года Виктора Иванченко задержали за то, что он поранил отца ножом, – рассказывает старший следователь прокуратуры Пролетарского района Алексей Бритвин. – Но родители попросили не возбуждать дело: мол, конфликт семейный, мы уже помирились.
Инициатором «примирения» выступил пораненный отец. Лучше бы он этого не делал: девять месяцев спустя, 24 октября 2005 года, сын поставил кровавую точку в семейном конфликте.
В тот день он явился домой с бутылкой водки. Как раз перед этим родители в тысячный раз обсуждали, что же им делать с сыном, и тут отец решил проявить характер.
— А ну, дай сюда! – закричал он и, выхватив бутылку, понес ее прятать. Завязалась потасовка. В конце концов Виктор одолел 78-летнего отца, завладел бутылкой и стал пить. Мать принялась отчитывать его, он ответил грубостью, а Андрей Васильевич не стерпел, вступился за жену. И тогда Виктор бросился на отца. Мария Петровна пыталась разнять дерущихся, но куда ей! Звать на помощь соседей было бесполезно: Виктора в доме боялись. Женщина побежала во двор, обратилась к людям на лавочке, но пока она искала подмоги, сын уже вышел из дому.
— Иди, подбирай своего козла! – бросил он матери и спокойно удалился. Мария Петровна поспешила домой и увидела на полу безжизненное тело мужа. Вызвали милицию.
Несчастный пожилой человек был изуродован до неузнаваемости: лицо обезображено, следы ударов на голове, руках, ногах, сломана грудная клетка.
— Судебные эксперты обнаружили на трупе тридцать четыре точки приложения силы, – рассказывает следователь Алексей Бритвин. – Похоже, убийца прыгал на груди своей жертвы.
Виктора Иванченко искали у бывших друзей и знакомых: решили, что он где-то прячется после содеянного. В конце концов его отыскали в «наливайке» неподалеку – он привычно заливал глаза.
— Стоило во время допроса прижать его, как он становился невероятно наглым и агрессивным, – вспоминает следователь Бритвин. – А потом, узнав, что мать дает против него показания, решил объявить голодовку. Вину свою он признавал частично: говорил, что убивать отца не собирался, а просто «поучил» его.
Мать Виктора приходила в суд едва живая.
— У меня больше нет сына! – с болью проговорила она во время процесса. А сын, услышав приговор, злобно закричал ей:
— Ты болтала тут лишнего, а мне теперь из-за тебя столько лет париться!
7 февраля 2006 года Пролетарский районный суд приговорил отцеубийцу к 11 годам лишения свободы.
© ИД "Провинция", 1999 - 2003