Чувств и мыслей смятенье

   И надежд неожиданный взлет.

   Не исчезнет, поверьте, в забвенье

   Тот, кумиров свергающий, год.

   Провожали эпоху мы, вовсе не ведая

   Потрясений и войн налетающий вихрь.

   Длился он, обещая стране лишь победы,

   Этот год с закольцовкою двух одинаковых цифр.

   Создавая газету, мы были сильней и моложе.

   Жили только надеждой и верой в успех:

   Все сумеем, все преодолеем и сможем.

   Что сбылось, что ушло и что ждет еще всех?

   Вдохновенно, на крыльях мы рванули со старта.

   Был у новой газеты короткий, но мощный разбег.

   С ностальгией щемящей подшивку «Глагола» листаем.

   И ведет свой отсчет этот бурно начавшийся век.

   Этими словами приветствовала одна из наших коллег десятилетний юбилей «Глагола». И вот еще два года промелькнули номер за номером, а вместе с ними завершился 12-летний цикл, на которые делят жизненный путь восточные звездочеты. Опять, выходит, дата у нас выдающаяся.

   У газеты вообще со временем отношения особые. Редакционный коллектив всегда живет в завтрашнем дне, которым датируется каждый свежий выпуск. Говорят, что недолог век газетного номера – живет он лишь до выхода следующего. Для большинства экземпляров из многотысячного тиража это утверждение верно. Но есть номера, которые бережно хранятся в семейных архивах, а библиотеки, и даже некоторые читатели – спасибо им – аккуратно ведут подшивки. С тем, что газета – однодневка, вряд ли согласится всякий, кому приходилось держать в руках, перелистывать подшивку хотя бы десятилетней давности. Чрезвычайно, надо вам сказать, увлекательное занятие! Это – как путешествие во времени. Ведь газета, в отличие от учебника истории, рисует былое не обобщенными крупными мазками, а детально, в мельчайших подробностях. Некоторые из них обладают удивительной способностью сохранять колорит и аромат времени. Давайте убедимся в этом вместе, открыв самую первую подшивку «Глагола» за 1991—1992 годы.