...Задорное стихотворение о смешном паровозике, везущем в город лето, никак не хотело заканчиваться: Елена вертела его так и сяк, меняла местами слова и строчки – ничего не получалось!

   По дороге на работу купила цветные мелки, и вдруг... ворох слов сам собой выстроился в озорное четверостишие:

   «Солнечный луч, машинист удалой,

   Ловко весь поезд тянул за собой,

   Всех ослепляя потоками света,

   В город привез он цветастое лето!»

    Чем записать? В сумочке – ни листочка, ни карандаша! Быстро завернув за угол, достала купленные мелки и, торопясь, нацарапала заветные строчки прямо на асфальте. До школы было рукой подать. Заглянула в класс:

   – Ребята, посидите, пожалуйста, сейчас вернусь, – и, схватив блокнот, помчалась переписывать с асфальта те самые зарифмованные слова...

   Сочинение в стихах

   Можно ли не стать поэтом, если любимой твоей игрой с двух лет была игра в рифмы?.. Мудрый папа-историк рано научил дочурку чувствовать красоту слова: «кошка – ложка», «щенок – промок», «снежок – дружок»... А потом оказалось, что можно рифмовать целые строчки – про куклу, мишку, цветы в саду, летний дождик. И это было еще интереснее! Чтение вечерней сказки в доме превращалось в увлекательные «придумки»: малышка-дочь и взрослый мужчина «на равных» сочиняли продолжения любимых сказок, додумывали судьбы сказочных героев, перекраивая их на свой лад.

   Мама, преподаватель русского языка и литературы, готовясь к урокам, вместе с дочкой, наизусть учила стихи Есенина, Пушкина, Лермонтова.

   Стоит ли удивляться, что четырехлетняя Леночка Раннева начала сочинять стихи?

   В школьные годы никто в классе даже не догадывался, что скромная девчонка с косичками – будущий детский поэт. А сама она помалкивала. Лишь однажды, охваченная вдохновением, написала на уроке сочинение о войне в стихах, чем немало удивила учителя.

   В 14 лет пришло серьезное увлечение музыкой. Уступив настойчивым просьбам, ее приняли в музыкальную школу, курс которой она закончила за три года.

   Лена мечтала стать врачом, но, поддавшись уговорам отца, закончила музыкальное училище, потом – пединститут.

   «Стеснялась признаться в авторстве...»

   Первая книжечка стихов Елены Ранневой «Моя азбука» увидела свет в 1994 году.

   – Сочинила эти стихи в начале 80-х для своего трехлетнего сына, – вспоминает Елена, – потому что найти пособие по обучению малышей грамоте было невозможно. Как-то само собой возникли строчки: «Раз–черта и два–черта, Третья поперек легла... До чего она проста, Эта наша буква А». Так все буквы и сочинились. И сын быстро научился читать!

   Веселые стишки про буквы переписывали для своих детей Ленины подружки, а она все стеснялась признаться в авторстве. Десять лет спустя об этой «азбуке» узнала Галина Губко и предложила выпустить ее в издательстве «Геотур».

   – Помню, как я ждала эту книжку-малышку! Не ходила, а летала по городу – так была счастлива! А сегодня «Мою азбуку» читают и в Швеции, и в Израиле, и в Америке: кто уехал за рубеж, увезли книги с собой.

   Вслед за первой стали выходить другие книжечки Елены: «Антошкины игралочки», «Мельница-вертельница», «Ах, выросла игралица», «Игровая карусель» (первая цветная), «Че-че-чтение», «До-ре-мишка» и «Читалки-считалки».

   «Пишу с конца...»

   – Как приходят ко мне стихи? Экспромтом. Подойду к дочкиной кроватке и приговариваю тихонечко: «Дочка Олечка, вставай, Сарафанчик надевай, За окошком рыжий кот В белых туфельках идет...» Даже кашу ели со стихами! Для дочки же и «Капризыча» написала: «Прячьтесь, слезные платочки, Не нужны вы нашей дочке...»

   Чаще пишу ночью. Причем, так: ложусь спать и чувствую, что пошли строчки. И значит, надо садиться и записывать. А куда деваться? Иногда такие хорошие стихи приходят, жалко потерять. Бывает, что стихи мне снятся, а утром пытаюсь вспомнить – и не могу. ...В по-следнее время пишу стихи с конца. Например, родилась строчка: «Сколько чашек мытых? Ноль целых, пять разбитых»... И из этого получается считалка.

   Или так: «Не хочу ходить к врачу и чистить зубы не хочу» – все, пишу стихотворение про нехочуху!

   Стихи, которые можно... танцевать

   – Часто провожу презентации своих книг, встречаюсь с воспитателями детских садов Миасса, Златоуста. Рассказываю, как работать с моими стихами, как их пропеть, протанцевать, прохлопать, протопать. Каждое стихотворение – это учебное пособие по развитию памяти, внимания, чувства ритма, звукопроизношения. Важно только воспитателю правильно донести его до ребенка – читать не по слогам, уткнувшись носом в книгу, а наизусть, звонко, весело, четко, с настроением, с удовольствием. Дети это очень тонко чувствуют.

   Иногда меня спрашивают: нужны ли современным детям стихи? Не-об-хо-ди-мы! Любовь к поэзии должна впитываться малышом вместе с молоком матери. Если мы не будем учить детей красиво мыслить, красиво говорить, то чего-то очень важного мы ему недодадим. Красота окружающей жизни пройдет мимо, останется незамеченной им.

   «В вас есть детскость!»

   – Молодые мамы обычно говорят: «Нет времени на ребенка!» Думаю, что эти мамы и сами воспитывались в атмосфере бездуховности, вне общения с книгой, сказкой. Вообще, стихи можно читать даже двухлетним малышам – смотря, конечно, как их читать. Стихи должны быть толковыми и звонкими, как у Маршака. Для меня Маршак – энциклопедия детской жизни, я училась по его книгам.

   Нравится творчество многих современных поэтов – Юнны Мориц, Романа Сефа, Михаила Яснова. Но провести аналогию своих стихов с кем-то из них не могу – я сама по себе.

   ..Как-то чудом попала в Московское издательство (то ли «Малыш», то ли «Детская литература» – не помню), нашла редактора, просмотрел он все стихи и сказал:

   – У вас есть самое главное качество детского поэта – «детскость». Пишите!

   «Чем больше проблем, тем веселее стихи»

   – «Взрослые» стихи тоже пишу, но женская поэзия – это, чаще всего, слезы, стоны, боль. А я не люблю соприкасаться с собственной болью, которую сама же выплеснула на бумагу. Лучше писать о детях и для детей. Причем, интересно: чем больше проблем в моей жизни, тем веселее и беззаботнее получаются стихи.

   Очень помогает творчеству общение с детьми. Работала в яслях, так столько стихов родилось! Дали мне двухлеток. Что с ними делать? На улице дождь, пасмурно, грустно. Усадила вокруг себя и неожиданно начала: «Этот пальчик – толстячок, лег вот так, на бочок. Этот пальчик – хитрячок, тычет в спинку и бочок...» Коллеги заглядывают – что за новые стихи? А я продолжаю, да так уверенно, будто давным-давно эту пальчиковую игру знала...

   «Про все на свете, что любят дети...»

   – Под такой рубрикой в Южно-Уральском издательстве в конце прошлого года вышли две моих книги – «Скакарик» и «Цветной паровоз».

   В 2004 году, будучи в Челябинске, зашла в издательство к главному редактору Владимиру Курбатову: «Посмотрите, пожалуйста!». Он посмотрел и говорит: «Хорошие стихи!» и вместе с директором Виктором Большаковым предложили заключить договор на издание. Долго отбирали стихи для сборника, работали с художницей Аней Галиулиной, которая должна была иллюстрировать книгу. Уникальная, между прочим, девушка! Молодая, но сделала все так, как я и хотела – каждый рисунок в движении, ничего статичного, за-стывшего. Все от души!

   «Жить бы на берегу озера!..»

   – Поэзия заполняет всю мою жизнь, это радость и боль моя. Мечтаю, что смогу когда-нибудь поездить по миру, познакомиться с поэтами – общения с «братьями по перу» не хватает. Планов на будущее много: работаю над проектом детской книжки к юбилею Челябинска, хочу заняться переводами с подстрочника, на очереди – издание следующих книг. Например, своеобразной технической энциклопедии для детей о робототехнике, которую мы готовили совместно с преподавателем ЮУрГУ А. Телегиным. Пишу песни, веду уроки музыки и театральный кружок в школе, пою в ансамбле педагогов...

   Как все успеваю? Сама не знаю. Иногда думаю: бедная я, бедная, даже поспать толком не могу – стихи мешают (смеется). А вообще-то я – счастливый человек. Устану – иду пешком к Тургояку. Постою на берегу, помечтаю: «Эх, жить бы мне у озера, как Эдвард Григ! Только без общения с детьми язык их забуду...» Возвращаюсь домой и знаю – все будет хорошо!

   А вчера я

   сыном был

   Мне сказала мама: «Сын,

   Ты не сын, а просто свин.

   Ты не выучил урок,

   Ты сломал вчера замок

   И толкнул сестренку Люду,

   И разбил большое блюдо.

   Ты медведь, ты крокодил!..»

   А вчера я сыном был.

   Помидор-светофор

   Огородный помидор –

   Как дорожный светофор.

   Если зелен он на грядке,

   Мимо топайте, ребятки!

   Станет желтым – подождите,

   Вы пока его не рвите.

   Покраснеет – не зевайте,

   Стойте, дальше не шагайте!

   Выключайте светофор,

   Ешьте сладкий помидор!

   Показательный ответ

   Мила маме помогала,

   Стол к обеду накрывала.

   Хоть помощница мала,

   Чашка дзинь –

   и вдруг разбилась…

   Мама вскрикнула: «Бедняжка!

   Как ты, дочь, разбила чашку?»

   – А вот так, – сказала Мила

   И другую уронила…

   Уронила не напрасно –

   Вот теперь все маме ясно!

   Как трудно понять…

   – Как трудно мир

   живой понять, –

   Сказал мне брат Сережа, –

   Слоны умеют стоя спать,

   А змеи ходят лежа.

   Ябеда

   Мама папе рассказала,

   Что я часики сломала,

   На обоях начертила

   И квадратик, и кружок,

   Другу Леше подарила

   На прогулке свой флажок,

   Что я топала, кричала,

   Что со мной она устала…

   И сказала я тогда:

   – Наша мама ябеда!

   Хитрец

   – Ты снова тройку получил?

   – Не помню, папа, я забыл.

   – А ну-ка, вспоминай, хитрец, – Сказал рассерженный отец.

   – Хитри тут, папа, не хитри,

   А в дневнике оценка ТРИ,

   Но рядом с нею, посмотри:

   Учитель написал: «Не три!».

   – Не знаешь, как это понять?

   – Наверно, папа, это пять!

   Стирка

   Вчера я маме помогал,

   Я брюки сам свои стирал.

   Я в мыльной пене их вертел,

   И три часа потел, потел.

   Я брюки палкой колотил,

   Сам выжимал, потом сушил…

   Чисты – к ним никакой

   придирки!

   Но только вот откуда дырки?

   Жить по-английски

   Мне папа английские туфли

   купил,

   И я теперь жить

   по-английски решил.

   Хожу по-английски

   И ем по-английски:

   Я утром овсянке и пудингу рад

   И маму прошу мне

   варить шоколад,

   Жевать отказался

   простые ириски.

   Я пью по-английски

   из чашки бульон

   И даже посеял английский

   газон.

   Вот только английский язык

   не учу,

   Теперь по-английски

   я просто… молчу.

   Настроения

   Папа хмур, весь день ершится

   И не улыбается.

   Брат все утро петушится –

   Улицы лишается.

   А сестра змеей змеится

   Возле бабушкиных ног,

   И поэтому сестрице

   В пятый раз налили сок.

   А бабуля весела:

   С теплым тестом копошится,

   Гору плюшек испекла

   И все утро бабушится!