Вернуться в оглавление №673

ЮФУ приравняли к счастью

Процесс создания Южного федерального университета (ЮФУ) подошел к важной точке: ректорат РГУ написал и обнародовал концепцию будущего вуза. В понедельник Александр Белоконь выступает на заседании межведомственной рабочей группы по национальным проектам в Москве. Ректоры всех шести объединяемых вузов трудятся над разработкой миссии и перечня стратегических приоритетов ЮФУ — кто с большим, кто с меньшим рвением. В оппозиции новому вузу остаются студенты ДГТУ.

Если к середине года будет принято постановление правительства о создании ЮФУ, то уже в этом сентябре пройдет первый прием в новый вуз, хотя и на прежние образовательные программы.

Свежеобнародованная Концепция ЮФУ является документом стратегическим и пока неокончательным. В ней мало цифр и много планов: ЮФУ должен стать максимально технически оснащенным научно­образовательным комплексом, с мощным профессорско­преподавательским составом и новым подходом к обучению: сначала база, потом специализация.

Структура будущего вуза (в него войдут РГУ, Ростовский педуниверситет, ДГТУ, Архитектурная академия и два таганрогских вуза — радиотехнический университет и пединститут, а также два научных центра — Южный центр РАН и СКНЦ) четче проступила из тумана.

Сокращения числа рабочих мест и увольнения преподавателей не будет, равно как и одномоментного сокращения дублирующих друг друга факультетов разных вузов. Постепенно будут изменяться учебные планы специальностей и разрабатываться новые программы. Ныне обучающиеся студенты доучатся по своей специальности, получат диплом ЮФУ, где в скобках указано название прежнего вуза.

Конкурс не станет больше. Поставлена задача увеличить прием из республик Северного Кавказа, но сверх плана. В ЮФУ можно будет обучаться на коммерческой основе и платить за это столько же, сколько государство будет тратить на одного бюджетника, т. е. около 100 тысяч рублей в год.

Напомним, руководители не всех вузов вступили в ЮФУ с готовностью. На заседании ректорского совета ректоры ДГТУ и ТГПИ проголосовали против. Однако список объединяемых университетов был составлен в федеральном Министерстве образования и никаких вольностей не предполагал.

В середине марта профессорский коллектив и студенческий актив ДГТУ написали независимо друг от друга открытые письма президенту Путину, министру образования Фурсенко и другим принимающим решения лицам. Главная идея письма профессоров в том, что узкопрофильному инженерному вузу — ДГТУ — нечего делать среди гуманитарных вузов.

Студенты были возмущены самим фактом того, что с ними никто не посоветовался и даже четко не проинформировал о перемене в судьбе. Они недоумевали, как объединение с РГУ скажется на качестве образования специалистов машиностроения, и это притом, что ДГТУ — едва ли не единственный в стране вуз с сельскохозяйственным уклоном, и сомневались, не будет ли инфраструктура довольно зажиточного вуза (лагерь «Радуга» на Черном море, спортивная база и т. д.) размыта; хотели сохранения самостоятельности и престижа. На письма с 3700 подписей не было получено ни одного ответа.

— Мы не против ЮФУ, мы за себя. В ДГТУ — 12 тысяч студентов, и нас никто не спросил, а ведь учиться в ЮФУ должны будем мы, а не те, кто его создает. Никто не понимает, что у нас все специальности адаптированы и экономика у нас преподается другая. Над нами смеется весь город: что вы, мол, будете делать с гуманитариями, — говорит сотрудник профкома ДГТУ Илья Абрамов. — Студенты приходят и спрашивают: когда митинг? Мы их сдерживаем. Нас сдерживает администрация ДГТУ, просто говорят: подождите, ребята. Мы ждем. Мы не хотим быть причастны ни к каким провокациям.

На устроенной после обращений встрече ректора РГУ со студентами было много вопросов, но недовольные остались недовольны.

— Интересно: когда предприниматель начинает бизнес, он сначала должен составить бизнес­план, хотя он рискует только своими собственными здоровьем и деньгами. Здесь речь идет о десятках тысяч человек, об огромных суммах, но у создателей ничего не готово, не подсчитано, хотя везде уже широко о новом вузе говорят, — удивляется студент 3­го курса ДГТУ Сергей Меньшиков.

— Извините, может, я нехорошие вещи говорю, но в данном случае мнение студентов — не показатель, — считает областной министр образования Леонид Ковалев. — Если государству, обществу нужно иное качество образования, вы пойдете у ныне обучающихся студентов об этом спрашивать? Официально заявляю: самым защищенным и самым благополучным человеком в этой ситуации будет студент. Что значит «хочешь — не хочешь»? Это как философский вопрос: «Ты хочешь быть счастливым?» Кто не хочет быть счастливым — тот дурак. А в ректорской среде все разногласия сняты.

Действительно, ректоры сейчас своего недовольства не выражают. Можно предположить, что их претензии связаны с потерей должностей.

— Да, кому­то придется собой пожертвовать, — говорит ректор РГУ Александр Белоконь. — Но надо же думать о завтрашнем дне и о студентах.

Ректор по закону еще 10 лет после ухода с поста может оставаться на своей научной должности, например заведовать кафедрой; у него остаются и льготы, и зарплата. Кстати, на первый год функционирования ЮФУ его ректор будет назначен приказом Министерства образования, потом должность станет выборной.

Перед отъездом в Москву Александр Белоконь рассказал N, что у него было совсем другое видение развития ЮФУ, которое он объяснял министру образования Фурсенко.

— Я хотел оставить РГУ, назвав его федеральным. Изменить финансирование — и все, и никого не присоединять. Я знаю, что в рейтингах классических университетов впереди РГУ только «памятники»: МГУ, Томский университет, СПбГУ, Университет дружбы народов. Мы на шестом месте. А финансирование у них как минимум вдвое больше, чем у нас. Если бы РГУ получил в два раза больше, можно было бы запросто стать федеральным. Но мы бы не потянули такой масштаб приема — 30–40 тысяч студентов. Эта планка ставилась, чтобы университет был похож по масштабу на западные вузы.

Сейчас ЮФУ явно не хватает информационного сопровождения. Многие профессора и студенты объединяемых вузов с готовностью высказывают свои мнения на эту тему, но этим мнениям не хватает доказательности — отчасти потому, что фактов пока мало, отчасти потому, что слова организаторов ЮФУ каждый интерпретирует как считает нужным.

Юлия Уракчеева