Визита легендарного рокера, бывшего солиста группы "Ария", а ныне — солиста группы имени себя Валерия Кипелова карельские фэны ждали давно. И вот наконец сбылась мечта: Кипелов в Петрозаводске.

— Валерий, бытует мнение, что ваш уход из "Арии" — не более чем коммерческая уловка. Мол, из одной "Арии" сделали две, но за обеими группами по-прежнему стоит один человек.

— Если бы за этим действительно стоял один и тот же человек, мы бы зарабатывали в два раза больше. И потом: мы же не можем быть в разных местах одновременно. Так что мой уход из "Арии" — не рекламный трюк! Мы с "Арией" разошлись из идейных соображений, просто больше не могли работать вместе. Насчет денег — все, что было у группы — студия, спонсоры, финансовые вливания, — все это осталось у "Арии".

— А сейчас вы не считаете "Арию" своим конкурентом?

— Нет, не считаю. Во-первых, у нас огромная страна. Если бы мы жили где-нибудь в Финляндии — тогда, наверное, да. У нас же всем хватит места. Я совершенно нормально отношусь к "Арии". Мы ведь вместе создавали эту группу.

— Ваш коллектив называется "Кипелов". Теперь это уже не просто имя, а некий брэнд. Как ваша внучка к этому относится?

— Она даже не предполагает, как называется моя группа. Ей просто какие-то песни нравятся, какие-то — нет. Она так и говорит: "Мне не нравятся твои песни, дедушка". Я сам к названию группы отношусь как к брэнду. Есть группа "Кипелов". Есть Валерий Кипелов — вокалист этой группы. Идея названия – не моя, его предложил один из музыкантов группы. Мол, так никому ничего не придется объяснять. Я согласился.

— Скажите, а следующего альбома мы снова будем ждать три года?

— Трудно загадывать. Хотелось бы побыстрее, конечно. Если наберем действительно хороших, достойных песен, которые смогут составить приличный альбом, тогда выпустим диск. Если же мы почувствуем, что это какой-то "откат" назад, не то, что нам нравится, то мы задумаемся. Так бывает иногда – ты пишешь песни, потом слушаешь и понимаешь: нет, это все-таки хуже, чем было раньше. Тогда надо остановиться, переждать.

— Может, у вас есть уже какие-то наработки?

— Идеи есть. Летом у нас будет меньше концертов. Наступит более спокойный период. Тогда мы сядем и посмотрим, у кого что есть, в какую сторону нам теперь двигаться. Что-то изменим, что-то оставим прежним. Пока конкретные идеи есть только по тексту. По поводу музыки — я не могу объяснить словами. Но, уверяю, радикально менять стиль мы не собираемся. Он нам на самом деле нравится.

— После ухода из "Арии" что-то изменилось в вашем творчестве и лично в вас?

— Конечно, изменилось! Хотя многие этих изменений не замечают. Мы не сильно отличаемся от "Арии" в плане музыки. Да и репертуар кое в чем схож. Когда мы уходили из "Арии", то некоторые песни остались у группы, некоторые мы забрали себе. Думаю, у нас изменилась стилистика. Я знаю, "Ария" пишет новый альбом и больше склоняется к мистике в текстах. Мессии, пришествия, расовые распри. Мне же очень не хотелось бы, чтобы это присутствовало и у нас. И потом, могу открыть секрет: музыканты, оставшиеся в "Арии", всегда ориентировались на рок-группу Iron Maiden. Я же предпочитаю совсем другие группы.

— Песня из последнего альбома "Реки времен" называется "Матричный бог". Она навеяна фильмом "Матрица"?

— Не совсем. Мне очень хотелось заставить людей задуматься. Не знаю, как лучше объяснить. Я не очень хорошо относился к тому, что мой сын постоянно сидит у компьютера, и у нас из-за этого не хватает времени на доверительные беседы и тому подобное. Я плохо понимал его жаргон. Так что изначально я просто выразил в песне свое раздражение. Поэтесса Пушкина, помогающая мне с текстами песен, потом вставила какие-то свои строчки – она лучше разбирается в том, кто там подключается, кто не подключается. Сам фильм я смотрел. Правда, только первую часть и то как-то между делом. Плюс в песне есть и еще один момент — хотелось вспомнить "Фабрику звезд". Суть в том, что истинного бога подменяет все, что связано с глобализацией.

— Говорят, вы любите шансон...

— Да, это то, что заводит меня по-настоящему. В этой музыке меньше правил. Иногда я в шутку пою шансон своим музыкантам, а они говорят: вот же готовый материал. Но я никогда не буду заниматься подобным жанром всерьез.