Лесные промышленники Карелии нечасто жалуют журналистов откровениями. Кому же захочется сыпать соль на свои раны — положение лесного комплекса Карелии ухудшается с каждым годом. Да и не принято в этих кругах откровенничать — начальникам из правительства республики, курирующим лесную отрасль, это может не понравиться. Генеральный директор ОАО "Ухтуа" Игорь Войсищук стал исключением. Его предприятие сегодня одно из самых успешных в республике, а сам Игорь Иванович пользуется репутацией авторитетного специалиста в лесном бизнесе. Своим взглядом на проблемы родной отрасли и их причины он согласился поделиться с "Губернiей".

— Игорь Иванович, почему самая прибыльная отрасль Карелии катится под гору? В чем причина?

— Их несколько. Первая — нет профессионалов-управленцев. Когда проводили приватизацию, руководители леспромхозов получили собственность в свои руки. Те из них, кто действительно сумел перестроиться, сегодня успешно работают — Пяозерский ЛПХ, Муезерский ЛПХ, ЗАПКАРЕЛЛЕС, ЛАДЭНСО. Самый яркий пример — Виталий Федермессер, который руководит ОАО "Кондопога". Но такие хозяйства можно пересчитать по пальцам. Например, у пудожских предприятий нет даже денег оплатить попенную плату, чтобы зайти в лес и начать работу. Печальная ситуация в Паданском ЛПХ, который находится под патронажем "Кареллеспрома". Вторая причина — единой стратегии развития лесного комплекса нет до сих пор. Разработать ее правительство обещало еще в 1999 году. Именно тогда Катанандов провозгласил, что коль скоро основная доходная часть Карелии — лесной комплекс, нужно сделать все, чтобы он заработал. Раскачивать это дело поручили первому заму Катанандова Маслякову. А кончилось тем, что за нас стратегию пишут финны и шведы. Это все равно что Бен Ладен будет писать стратегию безопасности США.

— Что же помешало разработать стратегию?

— Катанандов как-то разоткровенничался со мной о своих подчиненных: "Зачем я собираю каждую неделю планерки? Потому что так принято. Здесь все равно никто ничего не понимает. Но от них ничего и не зависит". И это правда... Когда Маслякова в правительстве "поставили на лес", один мой хороший знакомый попросил ему помочь — объяснить азы: как зарабатывать деньги, как работать с древесиной. Мы встретились с Виктором Николаевичем и он два часа конспектировал с открытым ртом: для него все было в диковинку. Раньше-то он занимался бифидоком. А спустя несколько дней после "лекции" на заседании правительства Масляков встал и говорит: "Вы мне тут дурочку не гоните, господа предприниматели, у меня на прошлой неделе был Войсищук... Ему все равно в Англию уезжать, поэтому он мне рассказал все: как, что и где вы зарабатываете". Вот первый поступок, которым он себя зарекомендовал. И в тот же вечер обратился ко мне за советом, как подобраться к АО "Кондопога" и взять под контроль правительства. Я ему искренне посоветовал: "Виктор Николаевич, с Вашими мозгами туда влезать не имеет смысла — люди посвятили предприятию всю жизнь, они профессионалы и мешать им не надо". Так и оказалось, что у Маслякова руки коротки — к Кондопоге он так и не подобрался.

— Зато возглавил другое крупное предприятие — "Кареллеспром". Помогает производителям продавать их продукцию, развиваться. Разве это не благое дело для лесного хозяйства Карелии?

— Действительно, предполагалось, что "Кареллеспром" будет участвовать в выработке единой концепции развития лесного комплекса Карелии. Определять, какие объемы продукции поставлять на внутренний рынок, какие — на внешний. А в итоге получился никому не нужный нарост... Хотя в "Кареллеспроме" работают профессионалы, но все их инициативы зарубаются на корню.

— Не слишком ли Вы категоричны?

— Судите сами... Когда в республике пошел процесс акционирования, "Кареллеспром" получил 10 процентов каждого предприятия бесплатно, ему их просто подарили. За столами сидели люди, редко выбирающиеся на производство. Заготовители были обязаны приходить к ним с просьбой: "Продайте мою древесину". При этом приходить нужно было с уже полностью подготовленной сделкой — кому, куда и за сколько. "Кареллеспром" всего лишь выдавал разрешение, взимая за это до 5 процентов от сделки в России и до 10 процентов — в Финляндии. При участии "Кареллеспрома" там была создана аналогичная структура — "Карелкон" (у нас ее представляет бывший первый секретарь обкома партии Кирьянов). В общем деньги с заготовителей драли по цепочке — здесь "Кареллеспром", там "Карелкон". В 1995 году я был наивен и предложил продавать лес напрямую финским предприятиям, минуя "Карелкон". Через пару дней мой офис окружила налоговая полиция, и я впервые в жизни попал в жернова государственной машины... При Маслякове "Кареллеспром" занимается тем, что "нагибает" предприятия, чтобы те поставляли остатки древесины на АО "Кондопога" и Питкярантский целлюлозный завод. За это "Кареллеспром" берет себе 2 процента от сделки. Хотя леспромхозы могут поставлять древесину и на АО "Кондопога" и в Питкяранту самостоятельно, "Кареллеспром" тоже хочет жить, поэтому выбил себе монопольное право снабжать лесом эти предприятия. Остались у них и кое-какие внешние поставки кругляка в Финляндию.

И.А.: В налоговой полиции есть специальная "картотека", куда вносятся должники. Все средства, которые поступают на счета попавшего в "картотеку" предприятия, автоматически перечисляются в бюджет. "Кареллеспром" за всю свою историю ни разу не попадал на учет... до осени 2001 года. Начиная с осени это случилось трижды.

— Деньги, которые "Кареллеспром" получает в виде комиссионных, идут на развитие лесного комплекса?

— Я о таком не слышал. Скорее, на другие нужды... У Маслякова скоро избирательная кампания, "Кареллеспром" — спонсор прогнозов погоды на радио. У меня с Виктором Николаевичам в декабре состоялась встреча, на которой я собирался решить производственные вопросы. В результате два часа мы обсуждали только политику, он даже пригласил меня в свою команду — я был поражен таким доверительным отношением. С нездоровым блеском в глазах Виктор Николаевич говорил, что "выгрызет" место петрозаводского мэра. Меня это немного покоробило, и я попытался спустить разговор на тормозах, мол, грызите. Хотя лично мне хочется, чтобы в Петрозаводске больше водились не грузуны, а профессионалы.

— Что Вы имеете против Маслякова в роли мэра?

— Виктор Николаевич явно переоценивает свои возможности. Мэр в принципе должен быть менеджером. Генеральным директором, которого горожане назначают. Дают ему зарплату, машину, кабинет и определяют, что ему делать. И он должен руководить городом исходя из наших потребностей. А Масляков готовит для себя платформу, чтобы с места мэра запрыгнуть на место председателя правительства. Думаю, что при таком мэре мы упадем ниже уличной канализации. Возможно, он хороший человек — я не знаю, но это не профессия.

— Но у него большой опыт руководителя — совхоз, молококомбинат, "Кареллеспром"...

— И где же результат? Да его и не могло быть: не знаю, как насчет молока, но в лесе Масляков не разбирается. Конкретный пример — Пудож. Масляков пришел в Пудож в благоприятный период — открытие навигации, можно было увеличить объемы реализации. Да и многие другие проблемы можно было решить — и по долгам, и по реструктуризации, и по нормальной стабилизации предприятий, и по приобретению техники. Ничего этого сделано не было.

— Как известно, не ошибается тот, кто ничего не делает. Если бы неудачи Маслякова носили постоянный характер, согласитесь, его вряд ли взяли бы в правительство...

— Из правительства его выгнали. И как бы он ни гоношился, но я видел его бледный вид, когда он сидел на лесосырьевой комиссии — последней, которая была перед его уходом. Секретарем комиссии тогда был Денисов. Так у меня сложилась впечатление, что у нас первый зам — Денисов, а не Масляков. Виктор Николаевич сидел, опустив голову, и даже слова не произнес. Было видно, что человек абсолютно потерян. И все его заявления о том, что "я иду поднимать лесной комплекс с колен", остались не более чем бравадой. Он поставил его на четвереньки. Да и не могло быть иначе. Знаете, как выглядит распорядок дня Маслякова в "Кареллеспроме"? 8.00 — планерка, 8.30 — интервью корреспонденту газеты "Курьер Карелии", 10.30 — выступление по радио, 11.30 — запись на ТВ, 12.30 — встреча со студентами университета, 13.00 — обед. Потом двухчасовая пауза, то ли для сна, то ли для подвига.

И.А.: Катанандов объявил, что идет на выборы в паре с Масляковым. Он — в губернаторы, Масляков — в мэры. Интересно, чем "прижал" Виктор Николаевич Сергея Леонидовича, что тот, убрав его однажды из правительства, теперь делает "лучшему другу" такой подарок.

— Лично Вы видите какие-нибудь пути выхода лесного комплекса из кризиса? Что можно предпринять уже сегодня?

— Первоочередная задача — разработать стратегию. Мы должны разработать план действий на ближайшие десять лет. Почему сейчас в Финляндию идет в основном кругляк? Да потому, что уровень их цен значительно выше, чем на внутреннем рынке. Необходимо объединять леспромхозы, объединять продажи. И привлекать к нам инвестиции, создавать крупные перерабатывающие предприятия, где без иностранного капитала не обойтись. Проблема в том, что Катанандов создал в республике такие условия, что ни о каких инвестициях и речи быть не может. Если даже мы, русские, боимся вкладывать деньги, потому что нас постоянно прессуют, угрожают, что все отберут, в тюрьму посадят, что уж говорить об иностранцах. Но долго так продолжаться не сможет. Пришло время положить этому конец.