Каждый год 28 июля на одной из дач под Петрозаводском поднимается флаг и звучит песня Александры Пахмутовой "Усталая подлодка". Именно так семья Корзуниных отмечает День Военно-морского флота. Глава семьи всю свою жизнь посвятил службе. Пятнадцать лет он был командиром подводной лодки. Накануне дня моряка-подводника, а он традиционно отмечается 19 марта, "Карельская Губернiя" встретилась с Валентином Афанасьевичем и его супругой Гертрудой Александровной.

Усталая подлодка

Каково это — быть подводником — был наш первый вопрос. Корзунин ответил без промедления:

— Это все — и работа, и жизнь. Знаете, есть такой космонавт Павел Попович. Он тоже побывал под водой. Так вот, когда у него спросили: "Перед людьми какой профессии вы бы сняли шапку?", он ответил: "Перед подводниками". У нас очень тяжелая работа. От переживаний порой сутками не спишь. Некоторые даже умирают на рабочем месте. У меня вот однокашник умер в каюте. Век подводника вообще очень недолог. Я, можно сказать, долгожитель.

Неожиданно Валентин Афанасьевич оживился:

— А вы когда-нибудь слышали песню Пахмутовой "Усталая подлодка"? В ней про жизнь подводников и их семей все сказано. Послушайте! Это не просто песня, это — гимн морякам-подводникам!

Корзунин вставил в магнитофон кассету, и действительно, когда зазвучала песня, слова стали не нужны — достаточно было взглянуть в глаза супругов.

И уж так повелось, к сожаленью,

Вдалеке от родимой земли,

Измерять глубиной погруженья

Глубину нашей чистой любви.

— Мы эту музыку через всю жизнь пронесли, — включилась в разговор Гертруда Александровна. — Мы каждый год празднуем на даче день Военно-морского флота. И включаем эту кассету. Все соседи собираются, слушают. Один из них всегда плачет, он тоже служил. А однажды кассеты с песней не было — внуки случайно унесли. В первый раз за многие годы в день ВМФ не звучала "Усталая подлодка". Так соседи сразу пришли: мол, почему музыки нет?

Между жизнью и смертью

Подводник постоянно рискует жизнью. Приходилось жертвовать и семейным благополучием. У Корзуниных трое детей, и ни одного из них Валентин Афанасьевич не забирал из роддома — плавал. Все его дни рождения проходили на подводной лодке. Так случилось, что даже аппендицит ему вырезали в походе.

— Да, женам подводников нелегко приходится, — рассказывает Валентин Афанасьевич. — Помню, был случай, когда взорвались сразу две подводные лодки. Моя супруга, Гертруда Александровна, беременная, в одних тапочках в двадцатиградусный мороз бежала на место взрыва. Я смотрю и поражаюсь. На улице мороз, а жена без обуви. Она с подругой прибежала. Меня тогда только осколками обдало — ничего особенного, а вот у подруги муж погиб.

Мы вспомнили трагедию с "Курском".

— Можно только предполагать, что там произошло, — вздохнул Валентин Афанасьевич и замолчал: тяжело вспоминать. Жена выручила, пояснила:

— Мы на даче были. Всю ночь не спали, смотрели телевизор. Тогда по телевизору много чего говорили, обнадеживали, а муж сразу сказал: "Там никого в живых не осталось". Это были его первые слова. Так и оказалось.

Властелин морей

Не каждый способен находиться в подводной лодке. Вокруг железо, места мало. В замкнутом пространстве и с ума сойти недолго. Но Валентин Афанасьевич никогда не испытывал дискомфорта. Подводники — люди крепкие. А вот посторонним зачастую становилось плохо. Однажды взяли с собой журналиста, а через день он уже стал неадекватно себя вести: пришлось возвращаться.

Корзунин никогда не разочаровывался в выбранной профессии. Он не мечтал о спокойной жизни.

— Сейчас, когда то одна болячка, то другая, иногда задумываюсь: "Ну зачем мне нужны были подводные лодки? Награды имею, а здоровье потеряно. Но раньше об этом как-то не думалось. Пока плавал, испытывал только гордость. Ведь когда меня назначили командиром, я будто стал властелином. Все было доступно, любые глубины.

Валентин Афанасьевич стал поспешно что-то доставать со шкафа. Оказалось, фотографию подводной лодки:

— Вы только посмотрите, какая динамика. Все клокочет вокруг нее. Это необыкновенные чувства. Я иногда даже во сне плаваю, управляю.

Фотокарточка

Валентин Корзунин сам не знает, почему выбрал профессию подводника. Еще в школе он захотел стать моряком. С пятого класса мотался по интернатам и сам себя воспитывал. Теперь даже удивлялся, как до командира дослужился. Он благодарен Гертруде Александровне и честно признается: без нее у него вряд ли что-нибудь получилось.

— Я скучал очень, — признается Корзунин. — Фото с собой носил. Это сейчас на подводных лодках птичек, собак и кошек держат, а раньше такого не было. У меня ведь до сих пор ее фотография с собой. Лежит все в том же месте.

Валентин Афанасьевич достал потертый бумажник с маленькой черно-белой фотокарточкой. А Гертруда Александровна не без гордости сообщила:

— Мы через три года будем золотую свадьбу играть. Видите, какая глубина? Настоящая!