КРЕДО ДЕПУТАТА РУКИНОЙ

Эмилий Архитектор

Этот думский кабинет украшает приметных размеров гжельская статуэтка металлурга. Она - не случайная деталь делового интерьера, отвечающая, как это обычно бывает, вкусам заботливого завхоза. Отливающая бело-синей глазурью статуэтка - трогательное напоминание о ранней юности, когда рабочим местом Ирины Михайловны Рукиной был не этот тесноватый кабинет, а пролет плавильного цеха на московском заводе "Станколит". Ее обязанности пирометриста (пирометр - это прибор для измерения температур свыше 600оС!) позволяли вчерашней школьнице гордиться тем, что и она может быть приобщена к людям огненной и потому романтичной профессии. Впрочем, романтика всегда жила в родительском доме: мама - филолог (а значит, книгочей и мечтатель), папа - мечтатель, который мог прикасаться к небу: он - военный летчик времен Великой Отечественной. Кроме неба, любил стихи и писал их сам.

Вот на какие воспоминания наводит скромная статуэтка. К тому же она - знак профессиональной принадлежности хозяйки этого кабинета: Ирина Рукина окончила, как тогда называлось, без отрыва от производства металлургический институт, выбрав, соответственно, наиболее сложный металлургический факультет.

- Так что же, восемь лет назад, когда вас впервые избрали в Мосгордуму, пришлось осваивать новую специальность? - спрашиваю у Ирины Михайловны, подозревая, что депутат - совершенно самостоятельная профессия, которой не один вуз не обучает. И опыт заместителя главного металлурга, а потом -заместителя коммерческого директора гигантского предприятия РС ПК "МиГ" (бывшего МАПО "МиГ") - должности, занимаемые ею последние восемь лет до избрания в Думу, - лишь лепта в ту науку, что пришлось вновь осваивать депутату Рукиной. Свое "вхождение во власть" Ирина Михайловна считает маленьким детективом, поскольку лихо закрученный сюжет, который писался перестройкой на материале ее родного завода, однажды потребовал от нее по закону детективного жанра перевоплощения - для пользы общего дела следовало взять на себя новую роль.

- Зачем было уходить с завода? - возвращается Ирина Михайловна к годам минувшим и продолжает говорить о себе уже со стороны, в третьем лице. - Абсолютно благополучный человек, который нашел себя на производстве, завоевал авторитет. Одновременно с высокой должностью - заместитель председателя совета трудового коллектива завода, на котором только в Москве, не считая филиалов, работали около 25 тысяч человек. Каждый день со стапелей сходил один самолет и ночью отправлялся на испытания. Так было. А потом осталось 60 процентов оборонного заказа, дальше - меньше: дело дошло до 20 процентов. Фактически нужно было закрывать завод. И тогда было решено создать молодую команду, "мозговой центр", состоящий из неординарно мыслящих специалистов, которые займутся поиском выхода из создавшегося критического положения, так сказать, просчитают алгоритм выживаемости. И выход был найден: мы открыли совершенно новое по тем временам направление, в основу которого легла система "производство-банк". Организовали биржу, куда стекалась информация о заказах со всей России. Те заказы, что не могли выполнить сами, перепродавали другим предприятиям, они же, в свою очередь, снабжали информацией нас. И закрутилось дело. Мы не только спасли завод от закрытия, но даже уберегли его коллектив от сокращений.

"Англичане в этом случае сказали бы: "Слишком хорошо, чтобы быть правдой", - думаю про себя, внимая Ирине Михайловне. Но словно в ответ на свои сомнения слышу:

- "Пока мы поднялись, но это может скоро кончиться", - не без тревоги говорили в нашей команде. Как раз закрыли Моссовет и объявили выборы в Думу. Что это за учреждение, мало кто из нас представлял, но все понимали, что от ее решений будет зависеть судьба нашего детища. Поэтому нужно было иметь в ней проводника своих идей...

Так вот и была "внедрена" в Московскую городскую Думу первого созыва депутат Рукина. Разумеется, с первых же дней депутатства заводские заботы, ради которых Ирина Рукина "вошла во власть", потонули в массе других. Она, как и ряд своих новых коллег, была не согласна с теми принципами, которые легли в основу приватизации, осуществленной на федеральном уровне. Именно ей предстояло предложить качественно иные подходы к приватизации, которые были бы безболезненны в особых условиях такого огромного мегаполиса, каким является Москва. Теперь, спустя годы, специалисты подтверждают, что разработанная Рукиной программа приватизации не в пример федеральной способствовала сохранению городской собственности и обогащению городского бюджета. О ее эффективности свидетельствует такой убедительный факт: все последующие за ее принятием годы доходы Москвы от использования городского имущества и земли превышали доходы всей России.

Только за последние четыре года Ирина Рукина стала автором и основным разработчиком 7 законопроектов, 19 проектов постановлений Московской городской Думы. "Трудяга, определяющая работу Мосгордумы" - эта фраза, сказанная мэром Москвы Юрием Лужковым о ней, далеко не комплимент.

А ведь Ирина Михайловна за время своего депутатства нашла еще силы и для того, чтобы экстерном окончить Академический правовой университет при Институте государства и права Российской академии наук, где получила столь необходимое в нынешней ее работе юридическое образование. Да к тому же защитила диссертацию на материале, связанном со своей сегодняшней деятельностью, став кандидатом экономических наук.

Но признаемся, что мы, избиратели, менее всего склонны вникать в рутинную работу наших избранников. Нам доступнее и милее живое общение с ними. Ирина Михайловна дважды в месяц принимает по 70-80 человек. "К тебе приходят с самым наболевшим - изволь понять. Иначе ты не депутат" - слова эти определяют кредо Ирины Михайловны Рукиной.