Ночь 27 августа в гарнизоне Бесовец ознаменовалась выстрелами. Около 23 часов в помещении КПП воинской части подвыпивший двадцатилетний прапорщик выстрелил в своего сослуживца – старшего прапорщика тридцати шести лет от роду. Стрелял серьезно, на поражение. Шесть пуль из табельного "макарова" разворотили старшему прапорщику грудь. Молодой мужчина скончался на месте. Без отца осталась дочь школьного возраста.

Поняв, что натворил, прапорщик решил отвести от себя подозрения в убийстве. Он выстрелил себе в ногу и несколько раз в воздух, после чего поднял тревогу. К месту происшествия, кроме поднятых по тревоге солдат, подтянулись милиция, спецназ, фээсбэшники. Оставшийся в живых прапорщик рассказал им, что к КПП подъехала иномарка, из которой был открыт огонь на поражение. Напарник его был убит, а сам он получил сквозное огнестрельное ранение бедра.

Однако долго врать специалистам прапорщик не смог. Было установлено, что все выстрелы произведены из одного пистолета. Грубая инсценировка нападения своей цели не достигла. В настоящее время виновник происшествия находится в гарнизонном госпитале, впереди его ждут следствие и суд.

В Бесовец буквально через несколько часов после случившегося приехало вышестоящее начальство из Санкт-Петербурга. Проверка показала, что произошли самопроизвольные выстрелы из табельного пистолета, из-за чего один военнослужащий убит, второй ранен. Для любого человека, хоть немного разбирающегося в оружии, такое объяснение звучит дико. Но именно так было объяснено случившееся личному составу части.

Впрочем, все по своим местам должны расставить следствие и суд. Им предстоит ответить на очень важный вопрос: как мог боевой пистолет с двумя обоймами по восемь патронов оказаться в руках человека, который не задумываясь расстрелял из него своего товарища? Уж не для того ли, чтобы не отвечать на неприятные для армии вопросы, наспех "лепится" версия о "самопроизвольности" выстрелов?