Война закончилась 60 лет назад. А подполковник медицинской службы Анатолий Меженин хоть и в отставке, но до сих пор с военным делом не расстался. Несмотря на свой солидный возраст — 24 апреля Анатолию Михайловичу исполнится 80 лет, — он обучает пятикурсников медфака ПетрГУ всем тонкостям военно-полевой хирургии. На своем опыте знает, что значат ошибки медиков для раненых. Бои под Новороссийском, тяжелое ранение и приговор врачей — "безнадежен" помнит и по сей день.

Недетский холодец

— За эти 80 лет было столько событий, что иногда даже диву даешься, как это все удалось пережить, — говорит Анатолий Михайлович. — Из всей семьи, а у родителей было трое сыновей, я остался один. Из однополчан до 60-летия Победы дожил тоже только я один...

Во время НЭПа его родные занялись торговлей и жили в достатке. Дом у Межениных в Урюпинске по тем временам был просто шикарный. Но НЭП стали сворачивать, начались аресты. Семья, не дожидаясь воронка, бросила все, уселась с узлами в телегу и отправилась колесить по станицам...

— На Кубани был страшный голод, — вспоминает Анатолий Меженин. — Мама нам запрещала одним уходить из дома. Тогда на базарах продавали холодец, который варили из... детей.

— В 43-м накануне моего 18-летия меня с одноклассниками взяли на призывной учебный пункт, — рассказал юбиляр. — Научили нас стрелять из миномета и отправили на Северный Кавказ. Нас подвели к линии фронта. Сказали, что на следующий день будет наступление, и выдали сухой паек, а там консервы, водочка... Молодежь не удержалась и все сразу съела и выпила.

Сейчас думаешь, какие же мы были еще дети! На передовой выдали автоматы ППШ, которых мы и в руках-то до этого не держали. Так что мы с приятелем сделали? Втихаря в лесу поставили мишени и стали стрелять. Нас быстро накрыли, отругали. Рядом могли оказаться немцы, охотившиеся за языками.

Рижский рай

Бои за Новороссийск в сентябре 43-го, описанные генсеком Брежневым в "Малой земле", унесли жизни многих солдат. Среди них мог оказаться и Анатолий Меженин. Рядом с ним разорвался снаряд. Он получил множественные осколочные ранения, была пробита грудная клетка.

— Треть роты погибла, остальные получили тяжелые ранения. Во время боя эвакуация раненых была невозможна. Сейчас-то я знаю, какие промахи были допущены в Новороссийске в медицинском обеспечении. А тогда мальчишкой ничего не понимал и намучился. Когда попал в медсанбат, наркоза не было. Оперировали под местным обезболиванием. Видимо, меня посчитали безнадежным. Положили рядом с тяжело раненными, которые умирали один за другим, и забыли. Только когда я на третьи сутки взвыл, что хочу есть, меня отправили лечиться дальше.

Потом был Первый Украинский фронт, где после боев под Житомиром от части Меженина остались единицы. Позже отправили в Прибалтику.

— Там мы должны были уничтожать бандитские формирования. Неприятная работа. В Каунасе нельзя было ходить одному, только большой вооруженной группой. Иначе получишь пулю в спину. И когда для всех война закончилась, для нас она продолжалась...

Голод после операции

Демобилизовался Анатолий Михайлович только в 1948 году. И сразу отправился в Ленинград. Для участников войны двери всех вузов страны были распахнуты настежь. Меженин поступил в медицинский институт им. Павлова. И ни разу об этом не пожалел.

— Медицина не сделает вас сухарем. Она постоянно заставляет думать. И когда ты вытаскиваешь с того света тяжелого больного, это всегда праздник.

Анатолий Михайлович только пять лет назад отошел от операционного стола, но помнит своих больных. Например, еще когда Меженин работал в Паданах, начальник лесопункта попал в аварию. Шлыст дерева разворотил ему всю челюсть, на лице были задеты очень важные сосуды. Его нельзя было довезти до больницы. Меженин с медицинской сестрой отправились на лесопункт и прямо на фельдшерском пункте прооперировали пострадавшего.

— Иногда ночью привезут больного, его несколько часов оперируешь, — поделился Анатолий Михайлович. — А когда выходишь их операционной, чувствуешь не усталость, а страшный голод. Я всегда первым делом ел после операции.

Сегодня и блокадников, и ветеранов войны осталось не так уж и много. До 70-летия Победы вряд ли кто из нас уже доживет. Но День Победы нельзя забывать. И я надеюсь, что будущим поколениям хватит мудрости 9 Мая вспоминать всех ушедших и погибших во время войны людей. А что я? Я прожил после войны уже 60 лет. И все это время наслаждался жизнью. У меня прекрасные жена, сын, внуки. И даст Бог, еще поживу, поработаю. Война приучила быть нетребовательным к благам жизни и уметь ценить все то, что имеешь...