2 августа он пришел с друзьями-однополчанами к "Черному тюльпану", чтобы помянуть погибших

Прошло более десяти лет с тех пор, как последний советский солдат покинул Афганистан. Уже нет единого мощного государства под названием СССР. Изменились взгляды на привычные, обыденные вещи. Но жива память о прошлом. Не хватит газетных полос, чтобы отразить воспоминания воинов-афганцев. Им еще снятся атаки и горящая земля. Среди них наш земляк, петрозаводчанин Алексей Белянинов.

Говорят, мужчины не плачут - мужчины огорчаются. Алексей Белянинов не скрывал слез, когда терял своих однополчан, с которыми еще утром делил паек.

...15 апреля 1968 года - радостный день в жизни Валентины Флегонтовны Беляниновой. Родился сын Алексей, и не знала она тогда, какую судьбу уготовила жизнь для ее крохи.

Сын - симпатяга парень и здоровяк - весной 1986 года становится бронзовым призером на чемпионате Союза по боксу, выполняет норматив мастера спорта. Впереди - хорошая спортивная перспектива, но повестка из военкомата вносит свои коррективы.

Алексей, как смог, успокоил мать. Да и обещания насчет службы в спортклубе Ленинградского военного округа не давали повода для тревоги. А мать была как на иголках. Вокруг только и разговоров об Афганистане. Материнское сердце не ошиблось.

Что его ожидает впереди, Алексей осознал, когда самолет оторвался от взлетной полосы в Пулково и взял курс на Ташкент. В душе еще тлела надежда попасть в Ферганский учебный центр ВДВ. Конечно, можно было "закосить" и всякими правдами и неправдами там остаться. Но не в его характере это. В Фергане не стреляли и не слышны были взрывы снарядов (кроме как на полигоне), но все говорило о том, что их, десантников, готовили не для московского парада.

Первый мандраж ощутил, когда летели на ИЛ-76 в Кабул. По рассказам знал, что частенько душманы сбивают наши самолеты именно на подлете к аэродрому. На этот раз пронесло. После маленькой передышки - снова в самолет, и за иллюминатором уже Баграм. Место назначения - отдельный парашютно-десантный полк.

Он дал свое согласие на зачисление в элиту "десантуры" - роту разведки. Дни пролетали, как часы... Неизбежное свершилось. Первая боевая операция, первое боевое крещение.

Поставленная задача, по меркам Афгана, была простой: сопровождение колонны. До блок-поста добрались к вечеру. И только собрались расположиться на отдых, как начался обстрел. Алексей вспоминает:

- Когда фонтанчики от пуль запрыгали перед ногами, то вначале ничего не понял. Дембеля кричат: "Молодые, все под "броню", быстрее!" А я и еще несколько первогодков стоим в оцепенении и смотрим на происходящее с каким-то ненормальным любопытством. Очухался, когда чья-то мощная рука затащила меня под БМП. Только тогда пришел в себя, и до моего сознания дошло, что мог погибнуть за здорово живешь.

А затем в боевой жизни нашего земляка события разворачивались со скоростью кадров в кинофильме. Сопровождение колонн, выходы на боевые операции. В ходе одной из них получил первое ранение. Две недели в госпитале показались раем. На здоровом молодом теле отметины от осколков гранаты затянулись быстро. И снова родная рота, снова боевые походы.

Самым тяжелым днем на этой войне Алексей считает 15 апреля 1987 года. В этот день проводилась крупномасштабная войсковая операция по уничтожению сильной банды душманов. В день 19-летия погиб его лучший друг.

Он и не предполагал, что скоро сам чуть не погибнет при штурме арабского учебного центра наемников в горах. Тогда разведрота наших десантников вступила в бой с превосходящими силами противника и овладела позициями врагов. Но силы были неравными. Бой длился около суток. Хотя наших отважных ребят и поддерживала артиллерия с авиацией, пришлось отойти. Отступив на исходные позиции, стали зализывать раны, на "вертушках" эвакуировать убитых и раненых. Не успели перевести дух, как начался минометный обстрел. Алексей вспоминает:

- При первых же разрывах залег в окоп. И чем дольше длился обстрел, тем ближе ложились мины к нашим позициям. Пристрелялись, гады. Последнее, что помню: в двух метрах поднимается огненный столб. И, как в кино, оседающая пыль, комья земли и адская боль в ноге. Мне повезло, не знаю, по какой причине, но обстрел закончился. Еще одна мина - и она бы легла в мой окоп. Как говорят артиллеристы, попал в "вилку". Это когда один - перелет, другой - недолет, третий - в цель.

Когда ребята подбежали ко мне, то увидели страшную картину. Часть ноги держалась только на сухожилиях. Быстро перевязали, обкололи, вызвали "вертушку". Раненых было много. Сейчас, конечно, смешно вспоминать, но моего друга Василия с Украины тоже ранило. Зацепило плечо. Весь парадокс заключается в том, что в первый раз нас тоже вместе зацепило той злополучной гранатой.

На этом для героя моих заметок война закончилась. Рана оказалась достаточно серьезной. Стоял вопрос об ампутации ноги. Но золотые руки хирурга Александра Артемьева из Кабульского госпиталя не позволили молодому парню остаться калекой на всю жизнь. Затем еще была не одна операция, долгое лежание на госпитальной койке, ночные кошмары про войну и встреча с мамой...

Валентина Флегонтовна впервые узнала о том, что ее сын служил в Афганистане только после того, как навестила его в Ленинграде после очередной операции. И здесь проявился десантный характер Алексея. Сознательно пошел на обман. В своих письмах домой успокаивал родных как мог. Писал, что служит в Ташкенте, на хорошей, спокойной должности. Свой долг в Афганистане он выполнил честно, за спины товарищей не прятался, и боевые награды - орден "Красной Звезды", медаль "За боевые заслуги" - тому подтверждение.

Расставаясь с Алексеем, спросил у него:

- Прошло столько лет, забывается Афганистан или нет?

- Такое не забывается никогда. Нет-нет да и приснится война. А еще не люблю смотреть фильмы про Афганистан. Показывают... - он на секунду замолчал, как бы соображая, продолжать или нет, - солдат-наркоманов, предателей, мародеров. У нас в разведроте такого не было. Мы с гордостью носили голубые береты и пронесем это через всю жизнь.