Партнеры:
|
|
|
|
Счетчики:
|
|
|
|
|
|
|
|
|
Индекс борзого щенка
Новое поколение выбирает карьеру казнокрада. Взятка в миллион долларов, изъятая на прошлой неделе у высокопоставленных сотрудников Федеральной налоговой службы и Центробанка РФ, вряд ли удивила подавляющее большинство россиян. Вопросы если и звучали, то другого плана: с кем не поделились эти бедолаги, что именно их вдруг ухватили за шкирку? Кстати, как потом выяснилось, "делиться" было чем: уже изъятый атташекейс, набитый долларами, был всего лишь частью вымогаемой суммы в 5 миллионов долларов. А во время обыска кабинета з а держанного сотрудника Центробанка оперативники нашли еще миллион долларов с "лишком", хранившийся в трех чемоданах. Не исключено, что это были "доли" чиновника от других подобных сделок. Много ли это? По словам московских финансистов, в соответствии с устоявшейся практикой работы "оборотней в налоговой форме" взятка в этой сфере равняется десятой части недополученных бюджетных средств. То есть утаил от бюджета 10 миллионов долларов - отдай один, утаил 100 миллионов - отдай десять. Есть другие критерии. Как утверждает экс-президент Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) Аркадий Вольский, на уровне министерств и аппарата правительства существуют довольно твердые расценки: за резолюцию "Прошу рассмотреть" - одна цена, за "Прошу рассмотреть и оказать содействие" - совсем другая. В наиболее высоких кабинетах учитывается даже цвет чернил, которыми пишется резолюция. Известен даже примерный общий итог. По данным фонда "Индем", средний размер взятки, которую бизнесмены платят чиновникам, за последние четыре года вырос в России более чем в 13 раз - до 135 тысяч долларов. В 2001 году на одну среднюю взятку можно было купить тридцатиметровую квартиру среднего качества. Сегодня "занести" нужно столько, что коррупционер может позволить себе поселиться в апартаментах площадью 200 квадратных метров. А ежегодный объем российского рынка взяток чиновникам фонд оценивает в 316 млрд. долларов - это почти втрое превышает весь федеральный бюджет нынешнего, 2005 года. Этот результат уже оценен и на международном уровне. На прошлой неделе международная исследовательская организация Transparency International обнародовала результаты своего последнего исследования на эту тему. Выяснилось, что если всего год назад продажность российских чиновников можно было приравнять к их коллегам в Индии и Непале, то сегодня наша страна упала до самого дна "африканской ямы". Здесь нужны некоторые пояснения. Ежегодный индекс Transparency International (TI), показывающий степень коррумпированности госаппарата в разных странах мира, составляется по различным опросам, проведенным наиболее авторитетными исследовательскими организациями Запада. Исследуются 159 стран, и Россия в прошлом году заняла в этом списке 90-е место в компании с Индией, Мозамбиком, Непалом и Танзанией. Ныне России отвели лишь 126-е место, рядом с Албанией, Нигером и СьерраЛеоне. Менее коррумпированными признаны Буркина-Фасо, Уганда и Афганистан. - В течение четырех предыдущих лет уровень коррупции в России снижался, - поясняет эти результаты руководитель российского отделения TI Елена Панфилова. По ее словам, в начале нынешнего десятилетия у всех были очень позитивные ожидания - тогда новая власть начала активно бороться с коррумпированной властно-олигархической группировкой так называемой "ельцинской семьи". К тому же в стране принимались правильные законы, говорились еще более правильные слова. Но вскоре выяснилось, что за словами не следуют дела, в стране резко и быстро начала укрепляться "новая бюрократия", а прогрессивные реформы, напротив, застыли. В конечном итоге надежды оказались обманутыми. Ни одна из антикоррупционных реформ так и не была проведена. Совет по борьбе с коррупцией при президенте последний раз собирался в 2004 году, и формально его до сих пор возглавляет бывший премьер Михаил Касьянов (которого нынешняя власть сама уже обвиняет в коррупции). При этом нелишне будет вспомнить, что в стране фактически нет законодательной базы для борьбы с коррупцией. Единственный документ такого рода - специальный президентский указ - был принят еще при Борисе Ельцине. Тогда же в России были попытки сделать "прозрачным" отечественное чиновничество - обязать каждого ответственного работника ежегодно предоставлять декларацию о доходах и имуществе. Попытка была встречена в штыки, и сегодня, по словам ведущих риелторов Москвы, Санкт-Петербурга и некоторых других крупных городов, от половины до двух третей элитных квартир приобретают вовсе не эстрадные звезды и не крупные бизнесмены, а чиновники. Они же сегодня - владельцы самых шикарных загородных усадеб. Власть это видит, но бездействует. Хотя начать эффективную борьбу с коррупцией несложно: достаточно принять давно пылящийся в Госдуме соответствующий закон и начать спрашивать у "владельцев заводов, газет, пароходов", сочетающих государственную службу с занятием бизнесом: "Чем владеешь? Откуда?" Нет ответа - долой с должности, а материалы - в прокуратуру. Но... "Все эксперты отмечают рост коррупции в России, и с этим сложно спорить", - легко признается министр экономического развития и торговли Герман Греф. Он охотно соглашается с утверждениями, что коррупция существует на всех уровнях власти, но каждый раз оговаривается: мол, "в основном она сосредоточена в средних властных структурах". Однако весь СанктПетербург до сих пор помнит шикарную свадьбу, которую праздновал этот министр и которая оценивалась специалистами как минимум в десяток годовых зарплат члена правительства. Как говорится, "откуда деньги, Зин?" Не последнюю роль в ухудшении коррупционной ситуации сыграло и дело ЮКОСа. По мнению экспертов ТI, крупный бизнес понимает, что лучший способ не повторить судьбу Ходорковского - самому "встроиться в вертикаль". Кстати, руководитель российского отделения TI Елена Панфилова отметила еще одну тенденцию. Значительный рост коррупции и снижение индекса восприятия коррупции предшествовали практически всем "цветным революциям" как в Восточной Европе, так и на постсоветском пространстве. Но дело в конце концов не только в опасности прихода в нашу страну "цветной революции". Гораздо более худший симптом выявил недавно советник президента РФ по экономическим вопросам Андрей Илларионов: продажная страна уже губит свое собственное молодое поколение. "С 1997 по 2005 год процент молодежи, который бы хотел работать в частном секторе, сократился с 70 процентов до 30 процентов, - говорит советник президента. - А доля тех, кто хотел бы работать в госструктурах, выросла до 51 процента - то есть нынешняя молодежь уже хорошо понимает, на чем можно заработать". И это наше будущее? Автор: Александр Киденис
| |||
|
Если вы заметили орфографическую, стилистическую или другую ошибку на этой странице, просто выделите ошибку мышью и нажмите Ctrl+Enter.
|