Пролог

7 октября в Пряжинский райотдел внутренних дел поступило заявление о пропаже одного из жителей поселка — одинокого 60-летнего пенсионера. Заявление подала его сестра, встревоженная длительным отсутствием мужчины, не отличающегося склонностью к путешествиям. Начатая по горячим следам милицейская проверка быстро принесла первые результаты. Оказывается, "потеряшку" видели за несколько дней до этого при весьма странных обстоятельствах: 28 сентября он садился в машину, принадлежащую... начальнику местного изолятора временного содержания (ИВС), старшему лейтенанту милиции, с которым до того пенсионер не имел никаких общих дел. Учитывая это обстоятельство, к расследованию пропажи мужчины подключились сотрудники пряжинской прокуратуры. Первый день расследования позволил сделать выводы о том, что к истории с пропажей, возможно, причастны двое жителей поселка — уже упомянутый начальник ИВС и его друг, водитель одного из местных предприятий. 8 октября оба мужчины были задержаны для выяснения обстоятельств. На первом же допросе задержанные дружно заявили, что ни в день пропажи, ни ранее с исчезнувшим пенсионером не встречались.

Дело рисковало превратиться в "глухарь", но в конце концов один из подозреваемых — приятель 29-летнего начальника ИВС согласился дать показания, подтвердив, что они и в самом деле причастны к исчезновению мужчины, который стал жертвой милицейского начальника.

Чуть позже вину признал и начальник ИВС. Сверяя показания приятелей, сотрудники пряжинской прокуратуры восстановили примерную картину трагедии, случившейся 28 сентября.

Развлеклись по полной...

В тот воскресный день милиционер с приятелем отправились на поминки по поводу годовщины со дня смерти их общего знакомого. Посидев в гостях и выпив за упокой души друга, они решили съездить на его могилу. Будучи уже навеселе, начальник ИВС сел за руль своей "Волги" и приятели отправились продолжать поминки на кладбище, для чего купили две четвертьлитровые бутылки водки, которые и выпили над могилой общего друга. Как водится, выпитого показалось мало. Приятели вновь сели в машину и поехали за новой порцией спиртного. Купив еще две 250-миллилитровые бутылки "огненной воды", компаньоны выпили и это, а затем, уже порядком захмелев, отправились... кататься по улицам поселка.

Вдумайтесь: пьяный милицейский начальник садится за руль своей машины и едет кататься по явно не безлюдным воскресным улицам… К несчастью, путь машины милицейского начальника пересекся с путем одинокого шестидесятилетнего пряжинца — Виктора Алексеевича (имя изменено — Д.Г.).

По словам сотрудников прокуратуры, неподалеку от перекрестка улиц Советской и Свердлова машина под управлением нетрезвого начальника ИВС чуть не сбила пенсионера, который, по словам милиционера и его приятеля, внезапно вышел на проезжую часть и якобы так же был нетрезв. Милиционер остановил "Волгу" и, выйдя из машины, вступил с пенсионером в словесную перепалку. По-видимому, Виктор Алексеевич догадался о том, что выскочивший из-за руля старший лейтенант нетрезв. Непосредственных очевидцев того разговора нет. Приятели же утверждают, что после произнесенных в запале обоюдных обвинений начальник ИВС и Виктор Алексеевич достигли-таки примирения и решили его отметить, выпив вместе остатки спиртного. После этого пенсионер-де добровольно сел в машину, несколько минут назад едва не лишившую его жизни, и (что уж совсем странно — Д.Г.) согласился выехать за пределы поселка.

Милицейская "Волга" с новым пассажиром в салоне направилась в сторону Киндасово. Проехав по этой дороге около километра, "Волга" свернула на грунтовку, уводящую в лесной массив. Здесь и произошла развязка трагедии. Сами приятели описали ее так.

Машина остановилась в лесу. Все трое вышли из нее, но приятель милиционера отошел в сторону, а начальник ИВС и Виктор Алексеевич остались рядом с "Волгой", и между ними вновь возникла перепалка. У милиционера в руках был охотничий нож. Зачем начальник ИВС достал его, неизвестно. По словам самого подозреваемого, "так получилось"... После этого произошли совсем уж странные события: во время словесной перепалки Виктор Алексеевич, который, если верить приятелям, был нетрезв, резко пошатнулся в сторону милиционера и... наткнулся на лезвие ножа.

Был ли Виктор Алексеевич пьян, сам ли он наткнулся на нож — все это выяснят эксперты. Сейчас доподлинно известно одно: во время первичного осмотра тела погибшего пенсионера эксперт-медик обнаружил на его шее не менее четырех колото-резаных ран. Согласитесь, трудно предположить, что пожилой мужчина четырежды падал на случайно оказавшийся в руке начальника ИВС нож.

Как пояснил сам сотрудник милиции, погибший упал на нож лишь один раз, но эта рана оказалась смертельной, и он решил... добить потерпевшего, нанеся уже упавшему пенсионеру несколько "контрольных" ударов.

Тело убитого мужчины милиционер оттащил в заросли (возможно, в этом ему помогал приятель), где и оставил, наспех забросав ветками. Нож, тот самый, "случайно оказавшийся в руке", на который так же "случайно" напоролся Виктор Алексеевич, приятели выбросили в лесу. Найти его следователям пока не удалось.

Моя милиция меня...

5 октября, ровно через неделю после убийства, начальник ИВС и его приятель (вновь выпив спиртного!) поехали на место преступления. Насобирав мха и еловых веток, они замаскировали тело убитого, а снег, который должен был пойти со дня на день, окончательно укрыл бы все следы...

Через трое суток после этого злоумышленников задержали. Сейчас начальник пряжинского ИВС, которому уже предъявлено обвинение в убийстве, содержится в петрозаводском следственном изоляторе. До суда ему предстоит пройти психиатрическую экспертизу, хотя, если верить характеристикам с места службы, обвиняемый — вполне нормальный человек.

Около десяти лет назад автор этих строк, тогда — выпускник университета, чуть было не стал сотрудником МВД, для чего проходил обязательную в таких случаях медкомиссию. Среди множества специалистов-медиков, дотошно исследовавших здоровье и в итоге признавших меня негодным к службе в должности эксперта-криминалиста (смешно сказать — из-за неправильного прикуса), не было ни одного психолога! За все время медкомиссии, длившейся несколько дней, мне ни разу(!) не предложили пройти психологический тест или хотя бы собеседование (уж не говорю про тесты на интеллект), вполне довольствуясь справкой, удостоверяющей, что на учете в психоневрологическом диспансере ее предъявитель не состоял.

Вот такой, по мнению той комиссии, должен был получиться сотрудник милиции: сильный, зоркий, высокий, непременно зубастый и... абсолютно неизвестно с чем в голове.

Сколько подобных "стражей порядка" служит в рядах нашей милиции сейчас?

P.S. Выражаю признательность сотрудникам Пряжинской районной прокуратуры — заместителю прокурора Александру Бибилову и следователю Алексею Смирнову за помощь, оказанную при подготовке этой публикации.