— Господин мэр, почему Вы не хотите упоминания Вашего имени?

— Если бы я давал официальное интервью, вы бы ничего не узнали, кроме того что ситуация тяжелая, но правительство помогает.

— А Вы хотите сообщить что-то важное?

— С теми запасами топлива, которые есть, почти все районы дотянут в лучшем случае до нового года. У нас нет денег закупать топливо.

— А центрозавоз?

— Это часть необходимого. Закупаются уголь и мазут отнюдь не напрямую, а через многих посредников. Правительство перечисляет деньги ГУП "Лестоппром", и расчеты идут через это предприятие, за что оно и берет 3 процента комиссионных (не слабо, да?). "Лестоппром" обращается к посреднику, например, "ТНК" или "Аникей Люкс". Те договариваются с еще одним посредником, а уже тот закупает топливо на предприятии. Не удивительно, что тонна мазута в Карелии стоит 4,2 тысячи.

— Система так называемых "откатов" существует?

— Вопрос оставлю без комментариев.

— В прошлом году республика вообще к зиме не готовилась. Сейчас вроде взялись. Перезимуем?

— Реконструкция котельных и систем ничего не даст, если не закупить уголь и мазут в полном объеме.

— Так закупайте!

— На какие деньги? У нас все уходит на зарплату бюджетникам. Сейчас ее еще повысят и ничего не останется.

— В кругах карельской оппозиции пользуется популярностью фраза: "Главная проблема Республики Карелия — это правительство Республики Карелия". Вы ее разделяете?

— Я бы сказал так — одна из проблем Республики Карелия — это правительство Республики Карелия. Такое впечатление, что они — сеньоры, а мы — вассалы. Извините за феодальную терминологию, но мэров, а вместе с ними и жителей районов превратили в заложников настроения петрозаводских бояр. Вон как Шаталина уничтожают.

— А за что?

— Причин две. Он изначально поссорился с местным бизнесменом Бобылевым, близким к правительственным кругам. Это первое. А второе — его считали человеком Василия Попова. Это истинные причины, а разговоры о том, что он плохо работал, — для наивных. Его давили безденежьем. А как власть в Медвежьегорске сменилась, открыли хорошее финансирование. Которого, впрочем, тоже не хватает.

— Почему мэры так и не выступили с заявлением о солидарности с Шаталиным?

— Идея такая была. И все мэры, даже Владимир Карпенко, нынешний глава местного самоуправления Медвежьегорского района, сочувствуют Шаталину. Все понимают, что создается прецедент. Мэров откровенно запугивают.

— Зачем?

— Причин много. Чтобы подчинялись. Чтобы на выборах помогали кому надо. Чтобы брали на себя ответственность "за себя и за того парня". Да ладно мэры. Уничтожается местное самоуправление. Местная власть превращается в ничто, но при этом на нее валят все шишки. Сейчас вот придумали так называемую оптимизацию школ, проще говоря — закрытие. И опять виноваты будут мэры.

— В правительстве работают бывшие мэры. Почему они не могут изменить отношение к местному самоуправлению?

— Я с большим уважением отношусь к этим людям, но, кроме Сергея Леонидовича, никто из них реального влияния на ситуацию оказать не может. У нас в Карелии создана вертикаль власти. От этой вертикали периодически страдает и ее отец-основатель. Главная особенность вертикали — безответственность. Над районами посажены кураторы, проверяющие, ответственные, даже в двух районах представители главы РК. Вся эта компания, за редким исключением, мешает работать. И никто никакой ответственности за свои действия не несет. Зачастую чиновники и посланцы откровенно лоббируют интересы бизнесменов. И если местные власти противятся, то наживают себе проблемы.

— А выход-то есть какой-нибудь?

— Взять да и подать в отставку сразу всем перед новым годом. Не вижу перспектив дальнейшего развития местного самоуправления. Да и топлива на зиму нет. Следующей весной можно будет всех нас под суд отдавать.