У каждой профессии запах особый – объявил Маяковский. А мы добавим: у каждой профессии – свой пол. По крайней мере, в России. Это на Западе мужчины охотно устраиваются учителями в школу, воспитателями в садик, а то и вовсе становятся "домохозяевами" и растят детей, пока их супруги делают головокружительные карьеры в какой-нибудь компьютерной или промышленной компании. И не дай бог босс на собеседовании скажет женщине, что не примет ее, поскольку работа по большей части мужская. Засудят!

У нас же в России продолжает властвовать настоящий, пусть и немного ослабший, патриархат. И ладно бы стереотипы проявлялись только в анекдотах. Так ведь нет, они реально мешают "слабому полу". Престижная работа, высокая зарплата – все это почему-то перепадает мужчинам. Сами посудите: по данным Службы занятости населения РК, в первом полугодии 2004 года для мужчин было заявлено 6832 вакансии, а для женщин только 3150. Вакансий с зарплатами выше средней для мужчин было 688, а для женщин всего 35. Идем дальше. В промышленности сильной половине человечества досталось аж 2209 мест, женской – 486, в строительстве – 1028 и 43 соответственно. Между тем это самые перспективные и развивающиеся отрасли. И только в сфере образования, здравоохранения и торговли пальма первенства за женщинами. Там все наоборот: вакансий для дам в два раза больше, чем для мужчин. Только вот зарплата у работников этой сферы сами знаете какая.

Исчезнувшие профессии

Выходит, в Карелии процветает дискриминация по половому признаку? Работники Службы занятости населения РК с этим не согласны:

— Возрождающейся экономике требуются "сильные" мужские руки, — уверяют специалисты управления Татьяна Шумилова и Елена Фролова. — А у нас в Карелии как раз такая экономика. Она основана на горнорудной, лесной промышленности. Чтобы работать здесь, нужны физическая сила и специальное образование. Женщины же и не рвутся быть, к примеру, вальщицами леса. Они тяготеют к работе в сфере обслуживания. Парикмахеры, продавцы, официантки – все эти вакансии почти стопроцентно дамские. Выражение же "у безработицы женское лицо" связано, скорее всего, с тем, что многие профессии, где представительницы слабого пола успешно работали раньше, сейчас просто исчезли. Машинистки, штукатуры – нет больше таких вакансий.

По словам Татьяны Шумиловой, руководители частных фирм чаще отдают предпочтение мужчинам. Не любят они женщин, особенно незамужних или с маленькими детьми (таких невозможно уговорить на длительные командировки). Дамам предпенсионного возраста дорога в частные фирмы тоже заказана.

— Руководящий состав у нас тоже сплошь из мужчин, – уточняет Елена Фролова. — Да и в политике та же картина: глава комитета, связанного с экономикой или промышленностью, – обязательно мужского пола. Как только речь заходит об образовании, культуре – сразу появляются женщины. Но это не дискриминация, а нормальное состояние рынка. Я бы так сказала: мужчины у нас руководители, а женщины – исполнители. Без них тоже никуда. Взять хотя бы программистов. Мужчина на одном дыхании пишет интересную ему программу. Как только ему надоедает, он начинает совершать ошибки. Их потом исправляют женщины-программисты. Так что все честно.

Я на тракторе в косынке

Лариса Бойченко, председатель Карельского центра гендерных исследований, уверена: то, что у нас ведется раздельная статистика по количеству рабочих мест для мужчин и женщин, уже большой прогресс. В других регионах ситуация хуже. И все же, по ее мнению, дискриминация присутствует. Например, в России нет ни одной женщины-министра, нет их и в правительстве. В Карелии из 19 членов республиканского правительства только три – дамы.

— Работодатели не заинтересованы в молодых девушках, потому что вскоре им предстоит выйти замуж, стать матерью, — говорит Лариса Дмитриевна. — По их мнению, лучше уж пусть сразу дома сидят. Хорошо, раз так, то платите им деньги за то, что они готовят обеды, растят детей. И не нищенское детское пособие, а приличную сумму, на которую можно жить. Мужчины ведь у нас давно перестали быть добытчиками, на мамонтов не ходят, в основном на диванах лежат. Женщины готовы работать, надо предоставить им такую возможность. В лесной или горнорудной промышленности – какая разница? Это не наше дело – судить, какая профессия женская, а какая нет. Если ей нравится – пусть трудится. Я бы, например, не хотела, повязав волосы платком, работать на тракторе. Но важно знать, что у меня есть такая возможность. Исходя из феминистского подхода, никаких разграничений в профессиях по половому признаку не должно быть вообще.

Чего не простят женщине

Фраза "для женщины эта зарплата хороша" распространена до неприличия. Доказано: слабому полу платят меньше. Финские феминистки даже разработали специальный значок, на котором изображен "женский евро". Он на 30 процентов меньше, чем мужской. Именно 30-40 процентам женщин по сравнению с мужчинами недоплачивают за ту же работу.

— Честно говоря, женщины и сами сейчас не особо рвутся на ответственные должности, — признает Лариса Бойченко. — Ведь то, что прощается мужчине-руководителю, никогда не простят женщине-начальнице. Оценивают буквально все: прическу, макияж, одежду, мужа и прочее. Кроме того, девушек продолжают рассматривать не как хороших сотрудников, а как сексуальные объекты. Многие вынуждены уходить с работы из-за домогательств.

Сами представители сильного пола уверяют, что никакого разграничения в профессиях не существует. И дискриминации тоже. Так считают даже мусульмане, которые, согласно стереотипам, женщин из дома не выпускают.

— По исламу женщина имеет право трудиться где угодно, — заявляет муфтий Карелии Висам Али Бардвил. — У нее есть право работать. Главное, чтобы это было не в ущерб семье. Она несет ответственность за своих детей и мужа. Поэтому работа не должна мешать ей выполнять и другие обязанности. Еще одно правило – профессия женщины не должна быть аморальной, связанной с греховными делами. Если она работает, например, секретаршей, то пусть выполняет только свои прямые обязанности. А так никаких ограничений. У нас, к примеру, глава мусульманской общины в Костомукше – женщина.

Не пьяный сантехник

Наверное, споры о равноправии на работе можно продолжать до бесконечности. Между тем есть те, кто давно ничего не доказывает. Просто трудится.

Елена Матвеева с 1986 года работает водителем троллейбуса. Вот оно, опровержение шовинистской поговорки "Женщина за рулем – мартышка с гранатой". Техникой Елена интересовалась с детства, постоянно возилась с мотоциклами и машинами. Поэтому когда встал вопрос, кем быть, сразу решила стать водителем. В восемнадцать лет впервые села за руль.

— Конечно, сложности были, — вспоминает Елена, — да они и сейчас есть. Конфликты постоянно случаются. Правда, зачастую женщине достаточно просто улыбнуться, и все будет нормально.

Однако улыбка помогает не всегда. Однажды водитель маршрутки стал "прижимать" троллейбус Елены. Чуть не произошла авария. Женщина открыла окно, чтобы поговорить с водителем. Тот же полез с кулаками. В другой раз такой же хам разбил ей левое зеркало.

— Затормозишь резко, и пассажиры начинают кричать: "Ты не на своем месте сидишь!" — рассказывает Елена. — Я уже не обижаюсь и даже внимания не обращаю. Я просто очень люблю свою профессию и не считаю ее неженской. Сейчас вообще появилось много водителей-женщин.

Елена надевает ярко-оранжевый жилет, лихо взбирается по ступенькам на крышу троллейбуса – перед очередным рейсом надо подтянуть "усы". И все у нее выходит на удивление ладно и изящно.

Валентина Казакова – еще один пример тому, что дамы, если захотят, могут стать кем угодно. Она – сантехник.

— По-моему, женщины более ответственно относятся к своей работе, — говорит Валентина. — По крайней мере, нетрезвых среди нас нет, так что стереотип "пьяный сантехник" не срабатывает. Жильцы поначалу ко мне с недоверием относились, а потом ничего, привыкали. Да и мужчины-напарники помогают, всю тяжелую работу берут на себя. Трубу там отодвинуть или раковину…

Засорившуюся дома раковину или потекший кран Валентина чинит сама.

— Валентина у меня и вправду необыкновенная, — соглашается ее муж, по профессии строитель. — Бывает поставит на пол свою сумочку – грохот металла раздается. Я спрашиваю: что у тебя там? Она так скромно: ключи... А когда она в колодец лезет, у меня вообще сердце замирает.

"Усатый нянь"

Сергей Старшов опровергает утверждение о том, что не мужское это дело – детей растить. Он уже много лет работает в детском саду. Сначала был воспитателем, сейчас "поднялся" до заведующего.

Детей Сергей любит с детства. Еще в школе он постоянно сидел с соседскими чадами, занимался с младшими школьными товарищами. Постепенно "обязаловка", коей в советское время являлась вожатская работа, переросла в профессию. Сергей закончил педучилище и университет по специальности "педагог дошкольного образования" и стал работать.

— Что бы там ни говорили, ничего странного в своей профессии я не вижу, — объясняет заведующий детским садом. — Дети меня любят, это самое главное. Знаете, как приятно, когда подходит к тебе на улице такой здоровый парень и весело сообщает: "Сергей Викторович, вы разве меня не узнаете? Я же в вашей группе был!"

Сергей считает, что в идеале воспитателей должно быть двое: мужчина и женщина. Прямо как у них в садике: он учит мальчишек чинить машинки, забивать гвоздики. Потом приходит напарница и работает уже с девочками.

— Конечно, случаются разные курьезы, — вспоминает Сергей. — Приходят родители ко мне в кабинет. Там на двери висит табличка "заведующий". Они десять раз прочитают, и все равно, когда заглядывают и видят меня, спрашивают: "А где у вас тут заведующий?" Но несмотря ни на что, мне моя профессия очень нравится. Как-то раз я ушел из детсада в милицию, так не выдержал и месяца, вернулся. В детском саду все родное…