Собеседник
В середине января в библиотеке имени Энгельса в Рыбинске в одиннадцатый раз рыбинские краеведы были удостоены премий за совершенные открытия, за последовательность и настойчивость поиска, за исследовательский труд. С легкой руки журналистов эти премии у нас называют нефедовскими, ибо вручают их от имени одного и того же человека – полковника Вадима Вадимовича Нефедова, сотрудника Генерального штаба, в недавнем прошлом – российского военного атташе в странах Ближнего Востока

Волга впадает в Персидский залив
- Вадим Вадимович, почему у вас сложилось особое отношение к краеведению? Это результат родительского воспитания? Или образования?
- Когда человек только начинает взрослеть, он впервые пытается понять, что такое Родина. Я впервые задумался над этим, когда мне было лет десять. И с тех пор смысл этого слова для меня не исчерпывается. С каждым годом он открывается всё глубже. Так что такое Родина? «Наш адрес - не дом и не улица», - как пели раньше? Нет. Я этого не приемлю. Это место, где человек родился, и где живут его родные. Это место, за которым я не устаю наблюдать всю жизнь. Не устаю познавать его традиции. Место, которым я горжусь. Помню, когда учился в Суворовском училище, гордился тем, что я из Рыбинска, и говорил: «У нас самая большая военная база, и еще – военный катерозавод». Первой моей настольной книгой о Рыбинске была книга Рапова. Оттуда я узнал, что именно у нас была сделана первая печатная машина «Пионер», и что Рыбинское море – самое крупное по площади рукотворное море… Этот жадный интерес ко всему, что связано с Рыбинском, сохранился и сейчас. И все мои друзья и близкие об этом знают. Даже за границей бывало так, что если покажут по телевизору Рыбинск, или хотя бы упомянут о нем, мне сразу звонит кто-нибудь из сотрудников посольства: «Вадим Вадимович, видел?» Кстати, был момент, когда из всех государств Персидского залива только в двух были российские военные атташе – я в Кувейте и Юрий Сергеевич Железнов в Объединенных Арабских Эмиратах. И оба из Рыбинска! «Волга впадает в Персидский залив», - говорили мы тогда.
- Более двадцати лет вашей жизни связано с военно-дипломатической работой. Скажите, как складывалась ваша карьера? Как получилось, что рыбинский мальчишка вырос, и стал военным атташе?
- После Свердловского Суворовского училища я учился в Ташкентском высшем общевойсковом командном училище. Служил в Германии. А затем поступил в Военно-дипломатическую Академию.
- Что представляет собой работа военного атташе?
- Это дипломатическая должность. Тот, кто ее занимает, представляет вооруженные силы своей страны в рамках посольства. Хотя в то же время аппарат военного атташе представляет собой отдельную организацию, со своими собственными хозяйственными и финансовыми возможностями. Когда я работал в Кувейте, моя должность называлась так: «военный, военно-морской и военно-воздушный атташе при посольстве Российской Федерации». Обмен такими представителями происходит между странами в соответствии с Венской Конвенцией, и основная цель пребывания военного атташе – укреплять военные и военно-технические связи между двумя странами, изучать вооруженные силы страны пребывания и информировать о их состоянии и военном потенциале высшее командование России.
- До Кувейта вы работали в Судане?
- Да, там я три года работал помощником военного атташе, и там началась моя военно-дипломатическая карьера. Затем в должности военного атташе в Кувейте я проработал пять лет. А позднее исполнял те же обязанности в Ливии.
- Но всё это страны Ближнего Востока, рядом с которыми постоянно происходят вооруженные конфликты.
- Да, это действительно так. И в обязанности военного атташе входит изучение обстановки, анализ происходящих вокруг событий.
- За эти годы вы, наверное, хорошо изучили характеры народов этих стран. Арабы вызывают сейчас особый интерес в мире – именно из арабских стран произошло большинство террористов, создавших серьезную угрозу всему миру.
- Думаю, арабы сами по себе здесь ни при чем. Ведь террористы бывают не только арабы. Терроризм – явление международное.
- Так как появилась идея ежегодных премий для рыбинских краеведов?
- В 1993 году Людмила Михайловна Марасинова предложила создать фонд поддержки краеведов и фонд возрождения русской усадьбы. Я тогда сразу сказал: «Я готов». А она мне в ответ: «Да тут многие готовы, а дело стоит на месте». «Хорошо, - говорю, - но чтобы возродить русскую усадьбу, моей зарплаты точно не хватит, сами понимаете. Тут и сто таких зарплат мало». «Вадим Вадимович, нам главное – начать», - сказала она. Начали. Приезжаю через год. Людмила Михайловна мне говорит: «В фонд возрождения русской усадьбы сдали деньги еще несколько человек. Под номером третьим – Никита Михалков. Вы были первым, а он – третьим. А вот в фонд краеведов что-то не сдают больше». Приезжаю еще через год. «Ну что, Людмила Михайловна?» - «Что-что, продолжать надо». – «Ладно. Фонд возрождения русской усадьбы пусть подождет, а краеведов я пока буду патронировать. А народ потом подтянется». И дело пошло. А потом мне было уже неудобно подвести Людмилу Михайловну. Через год уже мне отец говорит: «Сынок, ты не подведи, а то неудобно будет». «Ладно, батя, - говорю, - пока смогу, буду продолжать». Это уже после подключились журналисты, все перепутали, и премию назвали Нефедовской. А в какой-то газете даже писали «Премии от генерала Нефедова». Да какой я генерал? Я четырнадцать лет в полковниках хожу. Может, потому и генерала не дали, что рыбинские газеты «накаркали»… Ну, причем тут «генерал»? Здесь я – рыбинец, рядовой краеведческого фронта. Ну, а если говорить серьезно, у меня вызывают большое уважение люди, которые все время что-то ищут, издают, пробивают. Не останавливаются! Вот, например, у Адольфа Константиновича Павлова в прошлом году вышла в свет замечательная серия публикаций, которую я не мог не заметить. Знаю, что хорошо работают ребята в Погорельской школе и в Болтинской. С большим интересом я прочел недавно вышедшую книгу Кирилла Павловича Градусова. С глубоким уважением я отношусь к подвижнической деятельности Юлии Ивановны Чубуковой и особенно Евгения Петровича Балагурова, который возит наших школьников на все эти московские олимпиады по краеведению, и они всегда оказываются там лучшими!
- Кандидатов на получение премии вы отбираете сами?
- Я отслеживаю все публикации, советуюсь и с музейными сотрудниками, и с краеведами. Конечно, во всем этом есть доля субъективизма. Да и далеко не всё я успеваю охватить. Поэтому призываю других людей – давайте, подключайтесь! Иногда слышу от знакомых: «Я в казино проиграл вчера пятьсот долларов». Или: «А бутылка такого-то виски стоит сто долларов»… Если у тебя эти деньги лишние, говорю я ему, ну отдай их на доброе дело! Я ведь знаю, как тот же Евгений Петрович ищет средства на издание работ школьников, на организацию экспедиций по родному краю…
- Вадим Вадимович, я знаю, что и вдали от России вы продолжаете заниматься краеведческими поисками. Расскажите, пожалуйста, о том, что волнует вас сегодня.
- На русском кладбище в Тунисе я нашел могилу вице-адмирала, командующего Черноморского флота Тихменева. До недавнего времени было предположение, что это наш земляк. Тут надо вспомнить историю. Когда мы заключили Брестский мир, наш Черноморский флот должен был отойти немцам. Однако в секретной директиве было сказано, что на самом деле флот нужно потопить. А капитан первого ранга Тихменев не дал потопить весь флот – половину кораблей он увел в Севастополь и сдал немцам. А.И. Тихомиров в одном из писем нашему известному краеведу Дмитрию Владимировичу Романову утверждал, что этот вице-адмирал Тихменев – сын Валерьяна Тихменева, имя которого связано с нынешним поселком Тихменево. Но я нашел точные документальные сведения, опровергающие такое предположение. И все-таки надо поиски продолжать. Род-то все равно один. А в целом я сейчас собрал уже немало материалов о военачальниках Рыбинского края. Однако это большая отдельная тема.
- А теперь вопрос вам как рыбинцу. Как вы считаете, удалось ли Рыбинску сохранить исторический облик? В нашем городе существует несколько самых разных точек зрения на эту проблему.
- Я думаю, к этой проблеме надо относится философски. Сохранить огромный город в первозданном виде – непосильная задача. Я видел руины древних цивилизаций. Они существуют как музеи. Но ведь живому городу надо развиваться! Кроме того, мы живем по средствам, что поделаешь. Без сомнения, надо сохранить для потомков знаковые здания. Такие, как новая и старая биржи. Как многие другие объекты. Как Спасо-Преображенский Собор. Как рыбинец, я благодарен и администрации области, и частным меценатам, которые делают всё, чтобы восстановить этот храм. А в целом в этом году Рыбинск меня порадовал: столько восстанавливается зданий и особнячков. Уж не знаю, насколько они соответствуют первоначальному виду здания, но ведь масштаб и лицо города они не нарушают, и смотрятся хорошо. А еще надо обязательно сохранить вокзал и кинотеатр «Центральный»…

Записала Анна Романова

ВРЕЗКА: Лауреатами краеведческих премии 2004 года стали Ю.И. Чубукова (за подготовку третьего выпуска «Вестника Рыбинского отделения русского исторического общества»), К.П. Градусов (за книгу «История забытого вуза»), А.К. Павлов (за новую серию публикаций исследовательского характера), Л.А. Бульдина (за особый вклад в изучение истории музыкальной культуры края), В.А. Капустина (за книгу «Живая память»). В номинации начинающих краеведов лучшими признали работы Антона Николаева и Нины Аносовой (школа № 1, научные руководители – сотрудники ЦДЮТК Рыбинска Т.М. Жукова и Е.П. Балагуров), Наталии Беляковой (школа № 23, куратор – Н.Н. Бикташева, зав. филиалом РГИАХМЗ «Дом-музей Ухтомского»), Татьяна Петрова (Шашковская школа) и Олеся Шмаенкова (школа № 15).