Телевизоры же едва не пострадали, когда премьер-министр республики в конце прошлой недели с голубого экрана и на голубом глазу рассказал замерзшим в сосульки жителям района, что Карелия к зиме готова и топливо правительство закупило.

В районе еще не топили, а потому народ был чрезвычайно зол

Как мы четверть страны оклеили

Ляскельский завод — просто зеркало карельской экономики.

Еще сто лет назад здесь делали бумагу. На финской окраине Российской империи рачительный хозяин построил заводик и жил себе припеваючи. Исторические катаклизмы сделали заводик советским, а сам поселок — карельским. С тех далеких пор и до конца прошлого века хозяином здесь было государство.

Как хозяйничало? Смотря с чем сравнивать.

От финнов осталась на заводике бумагоделательная машина 1919 года выпуска. Вторая, привезенная из Германии по контрибуции после Великой Отечественной, говорят, старше финской на 18 лет. Других буммашин в Ляскеля нет, государство не удосужилось приобрести за долгие десятилетия. А с другой стороны, говорят старожилы, здесь когда-то была самая высокая зарплата в Питкярантском районе. И неудивительно: производство снабжало все бескрайнее пространство великого СССР обойной бумагой аж на 25 процентов. Каждая четвертая квартира, говорят, была оклеена нашими обоями. Катали не для продажи, а толстенными рулонами: для мощной стройиндустрии того времени. Завод давал работу полутора тысячам ляскельцев, кормил их и поил.

Потом СССР развалился, да и строить почти перестали. Хозяин тоже сменился: управлять заводиком стало карельское правительство. Это был первый, но не последний катаклизм на заводе, в поселке, да и во всем районе.

Как ляскельцев облапошили власти

Худо ли бедно ли, но к концу девяностых завод стал выходить из кризиса. Помогли... детективы. Хитрые издатели печатали их тогда на так называемой пухлой бумаге. Текста в книжке немного, а на вид — толстая. Вот эту бумагу в Ляскеля и научились делать. И вроде бы ситуация стала выравниваться, когда в 1999 году карельское правительство продало завод. Не заплатив, как это у власти водится, старые долги рабочим. А долгов было — за целый год. Семьи из четырех человек потеряли тысяч по 80-100 — немалые по тем временам деньги. Потом были забастовки, пикеты, перекрытые дороги...

Сейчас завод выкарабкивается из кризиса в одиночку, никому не нужный. Если его обанкротят, то Ляскеля реально рискует зимой замерзнуть. Впрочем, и без банкротства, похоже, замерзнет. Завод топить жилье поселковских за просто так отказывается, а денег на топливо у местной власти нет. Как и самого топлива, о закупке которого правительство Карелии так рьяно отчиталось по телевизору.

Ляскельцы написали письмо Путину. Письмо вернулось "для исполнения"... в поселковую администрацию. Что делать местной власти? Завод уже много месяцев не платит никаких налогов в бюджет. Долги по зарплате рабочим — два месяца. В соседнем Харлу было мощное производство, несколько машин — там варили целлюлозу. Но все машины давно сданы в утиль, на металлолом. А лес для производства приходится закупать у перекупщика — переплачивая, своего власти не дают. Какие там налоги?

В районе живут ягодами-грибами. Опять же финны благодетельствуют. И не только гуманитаркой, но и тем, что можно, смотавшись за границу, спекульнуть сигаретами, водкой, бензином...

24 сентября, когда холод уже подбирался к детям, педагоги ляскельской школы написали письма главе республики и главе МЧС страны. Писали, что, по их сведениям, котельная к зиме не готова, уголь не завезен. Писали, что из-за холодов может быть сорван учебный процесс. Проявив свойственную педагогам интеллигентность, не написали, что им уже до чертиков надоело, что власть не может обеспечить им нормальные условия труда, без нервотрепки — с детьми и так работа не самая спокойная.

Стыд глаза не выест

Двое ляскельских парней погибли в Чеченскую войну. Матери их живут в поселке, но родина, которой эти женщины отдали своих сыновей, о них уже давно забыла. Даже дров не могут бесплатно выдать. Наверное, единственные люди, которые испытывают стыд перед двумя матерями, — работницы поселковой администрации. На более высоком уровне стыда уже нет. Но у ляскельской администрации нет ни гроша. Поселковый глава два месяца сидит без зарплаты, телефон отключен уже полгода за долги. Такая вот местная власть, только шишки получать и снизу, и сверху.

На минувшей неделе с катаклизмами было все как обычно. В ляскельской школе подвал затопило и залило щиток, а потому детям разрешили назавтра сидеть дома. В лесозаводской (это недалеко от Ляскеля) — крыша протекла. В детском саду один ребенок заболел гепатитом. И спасибо героическим воспитателям, что уберегли остальных, потому как воду во всем лесозаводском поселке дают только с 7 до 10, а потом — с 16 до 19 часов. Все остальное время народ живет без воды — из-за долгов опять же. И если в домашних условиях как-то люди запасаются, то на весь сад и ясли не запастись. А детям нужно и кушать, и, простите, какать.

Ну и, понятно, садик, как и школу, на прошлой неделе еще не топили. Не на что.

По части набитых шишек местную власть обогнали разве что работники ЖКХ. В двух "жэкэховских" конторах (обслуживавших поселки Ляскеля, Салми и все, что в округе) еще несколько дней назад работники полными составами положили на стол заявления об уходе. На бирже труда у них будет идти стаж — за два последних года его не засчитывали, поскольку социальный налог за рабочих не платили. Да и пособие тоже пригодится, потому как долги по зарплате уже достигают нескольких месяцев.

Начальник Салминского ЖКХ написала письмо мэру района: "Массовое увольнение работников приведет к срыву отопительного сезона, отключению от водоснабжения, остановке очистных сооружений, что приведет к катастрофическим последствиям".

На бога надейся...

Глава Питкярантского района, в свою очередь, отправил очередную телеграмму главе республики — с просьбой об оказании финансовой помощи. Долг перед заводом "Питкяранта" за коммунальные услуги увеличился за прошлый год на 13 миллионов. Руководство завода заявляет, что не собирается больше финансировать жилищно-коммунальное хозяйство города. Поможет ли республика Питкяранте? Вопрос риторический — до сих пор помогать не спешила...

В прошлом году тот же Салми не заморозили по чистой случайности. Но генератора в котельной как не было, так и нет, а потому первое отключение электричества в морозы — и снова в республике рванет... В Салми говорят с горечью: "Эту зиму нам не пережить".

Многие жители Питкяранты и окрестностей тихо ненавидят власть и особо депутатов всяких да карельскую верхушку. Национальный театр, ремонт которого обошелся в два годовых бюджета, клянут почем зря. Мужичок на остановке поделился сокровенным: "Не жизнь у нас, а сплошная катаклизма!"

Впрочем, похожая ситуация, пожалуй, почти по всей Карелии...