Если о чем-то очень долго (и во весь голос) петь, то это обязательно сбудется. Несчетное количество раз "Револьвер" исполнял на концертах "Тикет ту зе Крым", а тут раз — и "по щучьему велению..." — звонок московского промоутера по имени Емеля и билеты в оба конца на поезд Мурманск-Симферополь чудесным образом оказались в наших карманах. Конечный пункт назначения — Евпатория, спортивно-развлекательный комплекс "Солнышко".

12 июня, среда. Туда

Пять человек, переодетые курортниками с рюкзаками, гитарами и огромными запасами питьевой воды, предъявили билеты проводнице, и путешествие началось.

Ездить поездом до Москвы — сущая рутина. Но когда столица нашей родины позади, смотреть в окно гораздо интереснее. В глазах проезжающих Тула и Орел совсем не отличаются друг от друга — на перроне торгуют исключительно печатными пряниками по цене бутылки водки.

Ночью украинская граница — хэнде хох! Аусвайс контроль, ваши документы. У нас этих документов полные карманы, а пригодился только загранпаспорт. Про советский "серпасто-молоткастый" украинский пограничник сказал: "Спрячьте, засуньте его как можно дальше и никому на территории Украины не показывайте". Вот тебе и "...Достаю из широких штанин...".

По вагонам впереди пограничников и таможенников пробежали менялы с кличем "обменяем рубчики, доллары", вооруженные своей особенной украинской математикой, а следом — взъерошенный мужичек с калькулятором в руке, тоской в глазах и вопросом: "Куда они делись?"

14 июня, пятница. Утро

С рассветом на каждой остановке призывают слезать с поезда и ехать отдыхать в Евпаторию, а не "в эту... Ялту, где в три раза дороже". Мы и так едем в Евпаторию, поэтому просто переворачиваемся на другой бок.

Подъезжая к Симферополю, предположили, что украинский флаг — это золотые хлебные поля да голубое небо. Наверняка все так и есть.

Симферополь летом — перевалочный пункт на пути к морю. Похоже, что никто не задерживается здесь ни на минуту. Солнце палит нещадно. Белые стены вокзала слепят глаза даже через солнцезащитные очки и панаму, натянутую до подбородка. Все пьют воду. Теплую, чтобы не схватить ангину. Недавние пассажиры поезда прыгают в троллейбусы и маршрутки, идущие к побережью. На все это лукаво смотрит вальяжно развалившийся перед вокзалом в своем каменном кресле каменный дедушка Ленин. Здравствуй, Крым — Welcome!

Нас встречает уже упоминавшийся выше Емеля (не на печи). С ним — похожий на чертика из коробки местный житель Игорь. Садимся в большой белый автобус. Вместе с нами — артисты из Москвы. Эдакий "Цирк Карабаса-Барабаса": хозяин и детишки, открывающие рот под фонограмму проекты "Анжелика", "Юрашик" и т.п., выступающие в стиле "конкретный дэнс". Они приехали на один день, мы — на четыре. Новость: пока ехали в поезде, сборная России проиграла бельгийцам. Кто бы сомневался.

Едем к морю. По обеим сторонам дороги — череда бензоколонок, все Лукойл да ТНК. "Неспроста понастроили, — поясняют нам. — В прошлом году даже и намека на это не было". Сразу за бензоколонками — Гаи, по-ихнему "Даi" (Державна автоинспекцiя). Стой, автолюбитель! "Даi!". Пока, автолюбитель. Машины москалей останавливают охотнее. Отдыхающий — значит, с деньгами. У местных жителей тут так — деньги либо есть и много, либо нет совсем. Середины не существует.

Поселили нас буквально в шаге от моря в гостинице водолечебницы — двухместные номера с кондиционером, телевизором и холодильником, ванной комнатой. На крыше — дельфинарий, в фойе — экспозиция музея восковых фигур "Катастрофы человеческого тела" из Санкт-Петербурга, призывные афиши, полные грамматических ошибок, расклеены повсюду. Каждый день мимо игрушечного филиала Кунсткамеры калеки на инвалидных колясках ездят на оздоровительные процедуры. Однако...

Но нужно ехать на настройку звука, а вечером уже собственно то, зачем мы приехали — концерт. Успеваем пару раз нырнуть в море с наполовину развалившегося пирса, волосы от соленой воды стоят торчком.

В девяти километрах от Евпатории на самом берегу возвышается огромный желто-сине-красный тент, натянутый на железный каркас. Это и есть спортивно-развлекательный комплекс "Солнышко". Территория огорожена, вход по магнитным картам. Внутри, за оградой, несколько "точек общепита", как выражаются хозяева, спортивные сооружения, аттракционы, четыре танцпола и охраняемая площадка палаточного лагеря. Точки общепита непростые, одна, к примеру, наряжена, как фрагмент рафинированного украинского хутора: мазанки, плетень, горшки на нем и мешки с надписью "сiль". Другой буфет выглядит, как китайская закусочная (на стене надпись углем — "китайский летчик" и неопознанная деталь самолета у стойки), на пляже грибочки из соломы — ну чисто Гавайи.

Из окна машины видно, как штурмовики ВВС незалежней Украины взлетают, идут сначала в сторону солнца, разворачиваются и пикируют на огромный разноцветный тент. И так раз за разом. Это летчики тренируются заходить на цель для бомбометания. Ориентир как раз подходящий. Появятся, словно ниоткуда, прогрохочут на бреющем над головой и опять исчезнут. Хозяева качают головами и вздыхают — второй год уже договориться не получается.

Пик наплыва отдыхающих ожидается в июле, а мы выступаем на так называемом открытии сезона в "Солнышке". Пока отстраиваем звук, рабочие продолжают красить оградки, монтировать аттракционы. Море действует успокаивающе — никого ничто не волнует.

В программе вечера днепропетровский ди-джей, группа "Револьвер" и московские артисты.

Как стемнело, так все и началось.

От мощности звука в зале срывает одежду — музыку, наверное, слышно даже в Турции.

Наш черед выступать. Публика пьет пиво, пританцовывает, кавер-версия шевчуковской "Осени" буквально приводит всех в восторг. Раздали автографы. Московским попсовикам нравится творчество группы "Револьвер". Они нас знают: и слышали по радио, и видели телевизору. Праздник продолжается всю ночь. Автобус, подвозивший нас домой, по пути заботливо подобрал компанию наркоманов в полной отключке.

15 июня, суббота

У нас есть три дня на то, чтобы осмотреться, загореть и поплескаться в море. Осматриваем досто-примечательности, даже прокатились на доисторическом трамвайчике. В Крыму трамваи есть только в Евпатории. Сам город словно поражен кариесом: то тут, то там встречаются остовы заброшенных предприятий, покинутые и недостроенные санаторные комплексы. Белогвардейская архитектура тесных кривых улочек перемежается

нелепым и помпезным турецким новостроем — это уже следы присутствия мэра Лужкова в Крыму. По-украински в Крыму говорит только телевизор. Футбол и мультики — все едино: "Мяч вошел в штрафной майданчик... Дывысь — ныдзя чэрэпашкы!"

На пляжи, за исключением санаторных, вход свободный, но мужики, красившие заборчики, заверили нас, что как только они докрасят — все поменяется.

Почти все атрибуты курортного быта на месте — в море получасовые катания на корабликах, дядьки в летних кафе сидят и пьют украинское пиво. По пляжам курсируют фотографы с удавами, попугаями, искусственной пальмой и матюгальником на шее. Толстые мужчины и женщины в огромных количествах греются на солнце, заклеив носы чем попало. Носятся, орут и брызгаются дети. На пляжах кабинки для переодевания раскрашены, как украинский флаг, только вверх ногами.

Крымские вина и портвейны — дешево и вкусно. У нас есть советчики, мы теперь знаем, что и сколько стоит и каково оно на вкус. Поливают ли они свои яблочки гадостью какой-нибудь, нам неизвестно, но на вкус крымские фрукты — чистое здоровье, и никакого расстройства желудка.

По ночам темно, как в подвале. Курортный сезон хоть и начался, но не совсем, поэтому уличное освещение — фонари — не включают. Рассказам про белые ночи никто не верит. Смотрят подозрительно, как на жуликов.

Вечером того же дня попали на городской праздник открытия курортного сезона. На главной площади Евпатории столпотворение, на сцене — отстойные крымские группы и ди-джеи. Ведущий кричит: "Давай, Евпач"! И Евпач давал. В толпе опера в штатском продают курортникам марихуану по завышенным ценам, а потом, предъявив удостоверение, "разводят на бабки".

Вино и пиво льются рекой. Отдыхающие барышни предлагают 100 гривен (600 рублей) за поцелуй, но этого явно недостаточно. Одним словом — курорт.

17 июня, понедельник. Обратно

Все хорошее когда-нибудь заканчивается. По причине всеобщей расслабленности и неспешности понимаем, что опаздываем на поезд. Мчимся в машине на полной скорости по пустынной дороге в Симферополь. Перед поездом только и успеваем купить в дорогу продуктов да обменять ненужные теперь хохлобаксы обратно на родные рубли.

По дороге домой все то же самое, только в обратном порядке. За наблюдения путешественника можно выдать какую-либо безделицу. Например, что чтение Ф.М. Достоевского на верхней полке купе курортного поезда так же способствует душевному здоровью, как советские газеты аппетиту профессора Преображенского.

Теперь в наших паспортах есть штамп о том, что мы въехали на территорию Украины, а что выехали — нет.