Оборотная сторона медали

Чем объяснить столь резкие оценки первого должностного лица области? Мне кажется, ответ - на поверхности. Область медленно, но верно вползает в экономический застой. Моноструктурная экономика, основанная на отчислениях одного промышленного супергиганта, все чаще начинает давать сбои. Все чаще пробуксовывает и разветвленный бюрократический механизм, все сильнее лязгая плохо смазанными шестеренками. Способствуют этому тишь да гладь в системе политической - однопартийная, в принципе, единороссовская система, сеть подконтрольных СМИ….

Отсутствие свежей смазки с особой силой почувствовали в области примерно в середине минувшего года, когда стало ясно, что мировые цены на металл - а отчисления «Северстали» составляют семьдесят процентов доходной базы бюджета области (по отдельным оценкам, даже восемьдесят) - в текущем году резко упадут. В результате казна рискует недополучить два миллиарда рублей. Чем их компенсировать? И тут выясняется, что практически нечем.

Это, по существу, было подтверждено на недавней пресс-конференции начальника департамента финансов Галины Изотовой, посвященной итогам первого квартала.

Проигранный «тайм»

Правда, Галина Сергеевна ограничилась замечанием, что в консолидированный бюджет области не поступило 140 миллионов рублей. Но добавила, что причина в «фактическом изменении федерального законодательства, которое привело к тому, что «Гознак» не мог напечатать должного количества акцизных марок, и по этой причине стояли наши предприятия».

Надо полагать, что госпожа Изотова имела в виду в первую очередь простой предприятий, выпускающих ликеро-водочную продукцию, в начале текущего года. Если так, то с этим выводом можно бы и поспорить.

В отличие от советских времен, когда доля водки в областной казне доходила до 30 процентов, удельный вес акцизов от спиртного в бюджете области 2005 года едва достигает трех с половиной процентов. Другое дело - металл. Чуть переиначив известные слова, можно сказать: «Будет металл, будет и песня». И вот тут-то, как мне кажется, начало сказываться уменьшение отчислений «Северстали».

Спрашивается: а где эффект от инвестиционного роста, который имел место в последние годы, о котором трубили близкие к правительству СМИ? И какова отдача от двух миллиардов долларов, что были вложены в экономику региона в прошлом году?

Усталость системы

Да беда-то в том, что «львиную» долю «зеленых» составляли инвестиции в черную металлургию, действительно добившуюся серьезных достижений. В то время, как, скажем, машиностроение, основу которого составляют предприятия, выпускающие оборудование для лесопромышленного комплекса, продолжает жить крайне трудно.

Областные власти гордятся возрождением стекольного производства в Чагодощенском районе. Но надо смотреть правде в глаза: бюджеты от этого имеют мало чего. Основной эффект диверсификации (это мудреное слово в департаменте экономики правительства области почему-то очень любят и часто повторяют) состоит в том, что была решена проблема трудоустройства жителей района, поскольку три стекольных чагодощенских предприятия являются градообразующими.

А тут еще к «усталости металлоконструкций», на которых основывалась вологодская экономика, вдруг добавились громкие скандалы. В частности, вокруг программы «Великий Устюг - родина Деда Мороза», ассоциации региональных промышленников «Группа «Фокс», которая в свое время скупила ряд предприятий области. По мнению следствия, у «Фоксов» были допущены серьезные налоговые и таможенные нарушения. Стоит напомнить, что к этой ассоциации - во всяком случае, на первых порах - областная власть относилась благосклонно, что до «дедморозовской» программы - это вообще ее любимое детище…

В случае неудачи в однопартийной среде, как известно, принято назначать крайних. И вот подобно кроликам из шляпы фокусника вологодскому «миру» начинают являть разные откровения. О том, например, что область инновационно непривлекательна и что надо искать такие отрасли, которые ими станут.

Спрашивается, о чем думали в правительстве области все последние годы, когда над регионом шел сильный дождь из «металлорублей», особенно после дефолта 98 - го, когда долларов сразу стало больше в четыре раза? В правящих кругах вдруг заговорили о необходимости искать инвестиционно привлекательные отрасли. И чего их искать, когда даже невооруженным глазом видно: в наших условиях это - машиностроение и лесной комплекс. Вдруг выяснилось, что в области не хватает серьезных специалистов. Это при таких-то, казалось бы, экономических успехах?!

В результате не нашли ничего лучшего, как «наехать» на хозяйственных руководителей, науку, журналистов. Правда, в последнее время в оценках губернатора прозвучали наконец и нотки самокритики. Что ж, это обнадеживает…

Когда жильцы, например, звонят диспетчеру горводоканала с претензиями на то, что целыми днями нет воды, за которую регулярно платят, то в ответ слышат, что платят они не водоканалу, а городу. Когда звонят чиновникам в комитет жилищно-коммунального хозяйства и транспорта, там высказывают искреннее недоумение. При чем тут мы? Водой город обеспечивает… водоканал.

В коммунистическую эпоху, когда оплачивалось только три процента от стоимости услуг, потребители особенно и не роптали. Сколько платили, столько и получали. Теперь мы оплачиваем сто процентов услуг, а получаем их все так же, по-коммунистически. Но при этом уже слышим, что коммунальное хозяйство города постепенно переходит на рыночные рельсы. От рынка, правда, если что и есть, то бешеная квартплата. Что до отрасли, то ею по-прежнему руководят чиновники.

Между тем логика рынка да и просто здравый смысл требуют, чтобы коммунальщики заключили, уж коли они туда устремились, договоры с жильцами. Справедливости ради надо сказать, что несколько лет назад такая попытка была предпринята. По квартирам ходили даже работницы домоуправлений и разносили бланки договоров. Увы, дело кончилось полным провалом. Не было подписано, если помните, ни одного договора. Вологжане никак не могли понять, почему они должны заключать договоры с чиновниками из комитета ЖКХиТ, а не с предприятиями, оказывающими услуги. Это - во-первых. А во-вторых, жильцы не могли согласиться с тем, что проект не предусматривал мер материальной ответственности самих коммунальщиков, в то время как квартиросъемщикам грозили и пени, и различные штрафы.

С воцарением на вологодском коммунальном «олимпе» нового руководителя о договорах не вспоминают. Чиновники не только не хотят выпускать из своих рук финансовые бразды, а напротив, вознамерились создать еще одну управленческую структуру, которая займется… сбором квартплаты. Сейчас, как и десять, и двадцать лет назад, горожане рассчитываются за услуги с комитетом ЖКХ, тот, в свою очередь, с коммунальными предприятиями.

В результате - кругом сплошные дрязги... Между комитетом и водоканалом, к примеру. Город должен предприятию уже более 40 миллионов рублей, и, похоже, эта цифра будет только расти. Жильцы в свою очередь скандалят и с комитетом, и с водоканалом. Концов, как водится, не найти. А на верхних этажах вологодских «хрущоб» воды нет по-прежнему. Как и десять лет назад, и двадцать.

И так же, давая объяснения все этой безнадеге, чиновники ссылаются на нехватку денег. Но ведь их и дальше не будет хватать, если все останется, как сейчас. Деньги начнут появляться только по мере формирования настоящих рыночных отношений, ибо другого пути преодолеть дефицит не существует.

Между тем решение проблемы лежит на поверхности. Муниципальные унитарные предприятия комитета ЖКХиТ должны наконец приватизироваться, заключить договоры с жильцами и жить только на заработанное. Что до комитета, то ему давно пора трансформироваться в штаб отрасли, что-то вроде городского министерства коммунального хозяйства. Если кто-то думает, что приватизированное предприятие еще крепче вздует цены, то ошибается. Антимонопольщики не позволят...

А дел у штаба будет позарез. Скажем, вологжане не устают жаловаться на вывозку мусора: городские помойки вечно переполнены. Но местное спецавтохозяйство (в кругах посвященных известное под аббревиатурой САХ) без конца требует повысить тарифы. И так будет продолжаться до тех пор, пока в Вологде не будет мусорного бизнеса, а у САХа не появятся конкуренты.

Сформировать конкурентную среду - кровное дело комитета в новой ипостаси. Вот один из вариантов решения проблемы. Сохраняя уборочную технику в муниципальной собственности, комитет мог бы объявить конкурс среди вологодских фирм на лучшую программу ее использования. Чей бизнес-план будет признан лучшим, тот и получит технику в аренду, скажем, лет на пять. В конкурсе может принять участие и САХ, но только как рядовой соискатель.

Примерно по такому пути пошли в маленьком райцентре Кадуй. Несколько лет назад товарищества собственников жилья поселка энергетиков Череповецкой ГРЭС получили возможность заключать договоры с любыми предпринимателями, которые пожелают заниматься вывозкой твердых отходов. И началось сражение за потребителя. Предприниматели, выразившие готовность заняться уборкой мусора, бросили перчатку местному управлению ЖКХ. В итоге нынче поселок не только чист, но и ухожен.

А в Вологде, где правят бал чиновники, коммунальное хозяйство продолжает оставаться не одной, а сразу несколькими черными дырами, где до сих пор исчезают средства, поступающие городу в виде квартплаты…

Искра появилась после того, как в управление Федеральной антимонопольной службы по Вологодской области обратилось ООО «Леспром» с жалобой на сомнительные, с точки зрения закона, требования ГУ «Вологдасельлес» и ФГУ «Тотемский лесхоз», которые навязывали лесозаготовителям невыгодные договоры, как условие выписки лесорубочного билета. Между тем отвод и таксация делянок должны входить в стоимость лота.

Заявление ООО «Леспром» совпало с появлением аналогичных претензий из других районов. Создалось впечатление, что лесопереработчиков наконец прорвало.

Что до лесных управленцев, уверовавших в свою безнаказанность, то они, похоже, были шокированы. Во всяком случае, по сообщению агентства «Север-Информ», в результате проверки финансово-хозяйственной деятельности лесхозов области стали вдруг менять руководителей этих учреждений.

Специалисты департамента лесного комплекса начали «шерстить» с Кичменгско-Городецкого района, что, кстати, тоже не случайно. В конце января Вологодский областной суд утвердил решение суда первой инстанции об отстранении на год от должности директора гослесхоза одного из восточных районов области. Она требовала от предпринимателя, занимающегося лесозаготовками, некоей благотворительности за получение лесорубочного билета. Бизнесмен не согласился. Тут-то и началось…

Проверку деятельности лесхозов вела специальная рабочая группа. И все бы хорошо. Только один вопросик все-таки имеется. Вряд ли процветавшая в области практика лесных поборов стала такой уж неожиданностью для должностных лиц. Этот вид рэкета (по существу, это рэкет, другое определение подобрать сложно), судя по всему, пустил довольно глубокие корни в вологодских лесах. Есть сведения, что только сельские лесхозы «заработали» таким образом в прошлом году около ста миллионов рублей. И мне вспоминается буря, которую некоторое время назад вызвал проект Лесного кодекса, особенно та его статья, где предусматривалась частная собственность на лес. Первыми, кто активно возражал против этого, были лесные чиновники, которые прекрасно понимали, что лишатся власти и источника неправедных доходов.

Но с чего это вдруг «лес» начали рубить только сейчас, когда грянул гром? Почему молчали раньше? И не полетят ли, как у нас водится, «щепки» во время рубки, а «крупные стволы» останутся по-прежнему на корню?