"А кто не пьет, назови", — говорил народный персонаж Велюров. Действительно, в русском человеке страсть к спиртному заложена вместе с группой крови. Но можно пить по утрам шампанское, к обеду – красное вино, а вечером тянуть бражку. У каждого свое время потребления и своя норма. Культура пития идет от воспитания. А производить алкоголь во всем мире принято на фамильных виноградниках или на государственных водочных заводах.

У нас же, после того как отменили государственную монополию, только ленивый не делает водку. Лахденпохский район — не исключение. Канистры со спиртом то и дело эмигрируют из Питера и перетекают в глотки граждан. До сих пор процесс перемещения сивухи был бесконтрольным и почти безнаказанным.

И вот в Лахденпохском районном суде слушалось первое дело.

СИВУХА

Жительница Лахденпохьи Любовь Анатольевна оказалась на скамье подсудимых, а ее муж — в главных свидетелях. Захотели супруги подзаработать. Людмила Анатольевна попросила мужа купить технический спирт. Тот купил две пятилитровые канистры со спиртом на автозаправочной станции в Приозерске.

Нехитрые приспособления: несколько пластиковых бутылок, воронка, мерный стаканчик и спиртометр позволяли фасовать паленку по финансовым возможностям клиентов. В ходе обыска в общаговской комнате супругов, кроме устройств для розлива, обнаружили и готовый товар: жидкость крепостью 36 и 90 градусов. Соответственно, и продавались бутылки по разным ценам. Одна – по 15 рублей, вторая – по 25. В марте сотрудники правоохранительных органов совершили контрольную закупку. Бутылку "разведенки" продала подставному лицу Любовь Анатольевна.

Символична наклейка на проданной бутылке: она гласит о том, что перед нами водка под названием "Будем!". С точки зрения экспертов, тестировавших содержимое, в название надо добавить еще одно слово: умирать. Ибо концентрация сивушных масел и других добавок в разведенном техническом спирте, который находился в тестируемой бутылке, превышает предельно допустимую концентрацию в несколько раз. Говоря проще, с каждой новой бутылкой продукции Любови Анатольевны постоянные покупатели постепенно приобретали себе еще и билет в один конец – на кладбище.

Судья Александра Лобанова оценила для Любови Анатольевны продажу "жидкой смерти" в один год лишения свободы условно и возмещение издержек суда в размере 4455 рублей.

445 РУБЛЕЙ В ДЕНЬ

Именно в такую сумму обходится алкоголик медицине. Как сказала нам зам. главврача районной больницы Светлана Лыкова, в последнее время после сердечников в больницу поступают чаще всего "клиенты", которые находятся либо в состоянии алкогольной интоксикации, либо в обостренной на почве алкоголя форме хронических заболеваний. Если у него постпохмельный синдром и его просто трясет, то это еще ничего. А вот те, у кого алкогольный психоз, не дают покоя ни медикам, ни другим больным. Им нужен постоянный контроль, так как такие люди могут буянить, драться, а могут и сигануть в окно.

В прошлом году в ЦРБ поступил 31 человек с последствиями алкогольного опьянения. Если учесть, что для снятия синдрома медикам нужно в среднем 3-4 дня, то все алкоголики района выливаются в 55 тысяч рублей содержания. Это только на больничной койке.

"СМОТРЕТЬ НЕ МОГУ, КАК КОРМИТ МЕНЯ МОЯ МАТЬ"

На Лахденпохском фанерном комбинате "Бумэкс" есть папка под неформальным названием "Кляузы". Директор предприятия Дмитрий Беляев хранит в ней объяснительные и докладные работников, засветившихся в алкогольном вопросе. Как правило, все прогулы случаются по причине запоев: больших и маленьких. Когда люди приходят в себя, они одумываются и начинают писать различные прошения в дирекцию. Мы приводим этот лепет с любезного согласия ЛФК "Бумэкс", естественно, без указания фамилий (орфография сохранена):

— Объеснительная. Праспал 30 июля. Встал в 1 час дня. А идти на камбинат далеко.

— Отсутствовал на работе по причине некачественного алкоголя (сильно болел желудок).

— Я объесняю, что в процессе разговора получил травму лица.

— Признаю себя в том, что был неправ.

— Не вышел на смену в связи со смертью своего соседа. Обязуюсь закодироваться.

— Прошу Вас взять меня на комбинат снова, а то не могу смотреть, как кормит меня моя мать.

— Я прогулял рабочую смену без уважительной причины (находился в милиции по семейным обстоятельствам). Впреть обезуюсь в состоянии алкогольного опьянения в милицию не попадать, любимую жену впреть не бить, больше прогуливать не буду. Прошу дурака простить в последний раз.

ПРАВА ПЬЯНИЦ И ИХ РОДНЫХ

Районный прокурор Котов считает, что подпольные торговцы спиртом несут слишком маленькое наказание. Все, что им грозит, — условный срок и штраф. А то, что народ спивается, мало кого заботит. В Лахденпохском районе несколько десятков кустарей, которые закупают спирт канистрами, в домашних условиях разводят до градусности водки и продают по 15-20 рублей. В результате в каждом поселке, в каждой деревне есть своя бабуля, которая спаивает все мужское да и нередко женское население.

Прокурор понимает: пьют мужики от безделья. Нет работы, нет интересных занятий, нет денег на хорошую водку, остается лишь пить паленую. В год в районе умирает от пьянства около 20 человек. А бабули, пойманные с поличным, изображают святую невинность и, ссылаясь на безденежье, не признают, что своим сивушным бизнесом представляют угрозу всему населению.

Сейчас прокурор Котов немного приободрился и уверяет: наказаны будут все. Он знает точки сбыта нелегального пойла, их по району несколько десятков. Уже возбуждено 20 уголовных дел, 10 направлено в суд. И это только начало.

Больше всего прокурор сожалеет о том, что нет больше принудительного лечения от пьянства. Когда в стране заговорили о правах человека, принудительное лечение сочли ущемляющим свободу пьющих. Но забыли о семьях алкашей. Пьющий мужик ведь не дает никакой жизни своим близким: бьет жену, гоняет детей. Об их правах кто-нибудь вспомнил?