Вот и встретились два одиночества

Александр Исаевич Солженицын, большой любитель выстраивать новые обороты и фигуры речи в родном ему и мне языке, сказал как-то на вручении очередной премии в очередной стране (было это, помнится, лет двадцать назад): "...я не свободен от чувства гордости..." Примерно это же чувство испытал я позавчера вечером, узнав о визите президента моей страны к великому старику. Не знаю, может это и немодно, но мне почему-то все больше и больше нравится то, что делает и говорит Владимир Путин. Вот взял и приехал вечером к Солженицыну. Просто поговорить. Тут же всполошились ревнители либеральных ценностей, расценив этот визит едва ли не как начало возврата страны на старые шпалы, с которых и рельсы-то уже успели снять, продав на металлолом. Любое действие президента, не совпадающее, по мнению большинства владельцев СМИ (они же владельцы нефтяных приисков, заводов, банков, монополий) с их узкими интересами, вызывает шквальную критику. Куда? Зачем? Он же реакционер (позиция А. Б. Чубайса), и ничего хорошего от этой встречи не жди!.. Здесь поневоле придется сделать небольшое отступление.

В правоинтеллигентских кругах при упоминании имени Александра Солженицына считается хорошим тоном давать легкую иронию, шутить по поводу тотальной непрочитываемости "Красного колеса", сочинения писателем новых старых русских слов и тому подобное. Впрочем, с неизменным внутренним уважением. Мы все проходили это лет пятнадцать назад. С тех пор позиция Александра Исаевича претерпела (с моей точки зрения) серьезные изменения. Всю свою жизнь он вел борьбу с тоталитарным режимом, разрушавшим, по его мнению, Россию. Заметим, вел в одиночку, не будучи даже на крайний случай трижды Героем Соцтруда. В это самое время нынешние либерал-демократы стояли навытяжку в пионерских линейках и уже готовились защищать диссертации по марксизму-ленинизму. В самом радикальном случае - по французским левым или еврокоммунизму. И вот теперь Солженицын, этот несгибаемый гигант духа, выставляем ими (в одночасье сменившими пионерские галстуки на золототканые) как носитель реакционной (!!!) идеологии, на которую опираются некие "темные" силы в ФСБ-КГБ, ждущие в полуночный час мщенья лакать кровь олигархов из их же серебряных ведерок для льда. Почему же умные и грамотные менеджеры высшей пробы (а к таковым я прежде всего отношу Анатолия Чубайса) возводят такую странную, с позволения сказать, идеологическую конструкцию? Ответ как раз и лежит в изменении позиции, а стало быть, и статуса Александра Солженицына. На склоне лет писатель к образу cтолпа антикоммунистической идеологии добавил реалии крупной политической фигуры сегодняшнего дня. Вряд ли он хотел этого.

Причиной послужили как раз вчерашние пионеры.

Тот факт, что за десять минувших лет Россия была разграблена и разрушена практически до основания, давно уже стал общим местом. Ельцин оставил Путину пустыню, еще и всплакнув при этом по-крокодильи: береги, мол, ее, голубчик. Что беречь-то? Березы? Они сами растут. А больше и нет ничего. Солженицын, как человек необычайно совестливый, болеющий за Отечество, не мог не видеть тления своей Родины. Он, всемирно известный, подлинно великий и последний русский писатель эпохи Достоевского и Толстого, на заре своей пронзительной жизни вместо возведения на останках коммунизма Града Солнца увидел лихую стройку царства Князя Тьмы. И это - то, ради чего он жил и боролся? Он не молчал, но, отлученный от всех средств массовой информации, мог ли сильно влиять на события? Оказалось - мог. И звонкая пощечина, которую он нанес воровской, с его точки зрения, власти, отказавшись от шутовского подобия когда-то великого ордена Андрея Первозванного, - лишь малая толика того, что он сделал. Солженицын был с его народом, "там, где мой народ, к несчастью, был". В этом его основная заслуга. Он не молчал, и его сердце болело.

И Владимир Путин, РЕАЛЬНО избранный президент России, которого так любят называть кагэбэшником те, у которых при вызове на Лубянку частенько намокали штаны, не мог в один из вечеров не прийти поговорить к тому, кого его сослуживцы (а разведка ни в одной стране мира никогда не была и не будет инструментом подавления) когда-то выслали из страны на руки Генриху Беллю. Круг замкнулся. Инфаркт, который пережила Россия, закончился. Надо жить.

...А о чем они говорили - разве это важно? Что мог сказать Александр Исаевич человеку, на которого уповают сейчас все - от Горбачева до уральской крестьянки? "Арестуйте Фридмана!". Вряд ли. "Захватите мосты и телеграф!" Тоже как-то не верится. "Скажите Лесину, чтобы издал мое ПСС". Зачем? "Чубайс украл нашу колбасу!" Бред. Да ни о чем ТАКОМ они не говорили. Просто поговорили и все. Поделились проблемами, обоим тяжело. Страна такая, не повезло.

Но самая характерная деталь укрылась ото всех. Оба собеседника - непьющие. Вот это по-настоящему подозрительно.