— Предположим, у вас два яблока. Некто взял у вас одно яблоко. Сколько яблок у вас осталось?

— Два. Ведь я же не дам некту яблока.

Так говорил Буратино. И, сам того не ведая, впадал в смертный грех. Ибо зажать "некту" яблоко — есть жадность. А жадность, дорогие мои неверующие друзья, есть не что иное, как грех. Причем смертный.

Вообще с грехами этими, скажу я вам, получаются полный раскардаш и неясность. Оглашаю весь список: ГНЕВ, ЖАДНОСТЬ, ЗАВИСТЬ, ОБЖОРСТВО, ГОРДЫНЯ, ПОХОТЬ и ЛЕНЬ. Все. Ни убийства, ни прочие грабежи со взломом в подвид смертных грехов не входят. Это, видимо, есть лишь их следствия. Но если "пришил" ты кого-то не со зла, без гнева, на спокойную голову, не от жадности и зависти, а просто, скажем, из любопытства, то это вроде как, с божьей точки зрения, и не грех.

Впрочем, есть еще и заповеди. Некоторые наивно полагают, что неисполнение оных автоматически является грехом. Но и на этот счет есть серьезные сомнения. НЕ ПРЕЛЮБОДЕЙСТВУЙ соотносится, видимо, с ПОХОТЬЮ. НЕ ВОЗЖЕЛАЙ ЖЕНУ И ОСЛА БЛИЖНЕГО СВОЕГО, наверное, имеет отношение к ЗАВИСТИ. Все же остальные божьи советы аналогов в его же греховном списке не содержат, каковое несоответствие может ввести раздумчивых членов паствы в ересь и сомнение. НЕВЕРИЕ, ПОМИНАНИЕ ГОСПОДА В СУЕ, РАБОТА В ВЫХОДНОЙ ДЕНЬ, СОТВОРЕНИЕ СЕБЕ КУМИРА, ЛЖЕСВИДЕТЕЛЬСТВОВАНИЕ, НЕУВАЖЕНИЕ К РОДИТЕЛЯМ и, наконец, УБИЙСТВА с КРАЖАМИ существуют как-то отдельно от греховного перечня. Непонятки сплошные да и только.

Может ли считать себя христианским общество, вывешивающее всюду портреты президента и отливающее ему бюстики? Или это не есть антизаповедное сотворение кумира? А если мы поставили на свой рабочий стол портрет жены или ребенка? Не окумирили ли мы их тем самым? И не лягут ли они непролазным барьером на нашем пути в рай? И вообще, зачем Бог заставлял Авраама убивать единственного сына? Эдак, кокетливо и ревниво, проверял любовь к себе? Грамотно расставлял приоритеты? То есть убийство из любви к Господу все-таки приемлемо? Как-то, честное слово, нехорошо получается.

О поминании Господа в суе я уж и не говорю. Поминаем по десять раз на дню. А ведь эта заповедь наряду с "не убий" вынесена в десятку самых важных богоугодных мероприятий... Опять же проблемы перевода. В некоторых вариантах "лень" переводится как "уныние", и мы рискуем так и не узнать, за что постигла нас божья кара. Не ленились, скажем, трудились как пчелки, вставали с петухами, но огорчались от неудач. Эка беда. А тебя на высшем суде к ответу и на сковородку. Ошибка перевода не освобождает от ответственности... А что, скажите мне, считать жадностью? Для некоторых это обычная бережливость и разумное отсутствие безрассудства. Кто определил критерии?.. Что касаемо гордыни, то это, конечно, беда, но человек без гордыни уже не человек, а какое-то иное биологическое создание. Стремление к превосходству хоть в чем-то — неотъемлемая часть нашей природы. Так что одним этим пунктом всевышний автоматически лишил нас права на райские кущи.

Так что с похотью уже, в общем-то, можно и не бороться. Смысла нет...

Зависть и алчность — самые страшные грехи, по мнению жителей Карелии

Как обычно, "Губернiя" провела свой опрос в тему среди простых смертных, а также известных личностей. У известных людей Карелии мы спросили, какую заповедь им сложнее всего соблюдать. И какую, может быть, они бы добавили к десяти имеющимся.

Андрей ЛОСЬ, журналист:

— Для меня актуальна заповедь — не сотвори себе кумира. Ее соблюдать сложнее всего. Я имею в виду в переносном, фигуральном смысле. В литературе, в музыке есть имена, которые для меня очень много значат, заслоняют большую часть горизонта, на их фоне все остальное растворяется. И, может быть, это мешает мне в принятии собственных решений, в формировании собственной оценки.

Добавить к заповедям что-то сложно, они всеобъемлющи. Наверное, хорошо, если бы была какая-то заповедь, на которую ориентировались бы профессионалы-политики разных уровней. Чтобы знали меру всегда и во всем. Они, по-моему, забыли все заповеди вместе взятые. Не хватает какой-то одной, специально для них.

Павел ПЕТРОВ, заместитель начальника по службе Управления вневедомственной охраны:

— Для меня жить в соответствии с десятью заповедями нетрудно — я работник милиции и законопослушный гражданин. Добавлять что-то еще, думаю, не стоит. Десяти достаточно, если бы все их соблюдали — хорошо бы было.

Игорь ГРИГОВИЧ, заведующий кафедрой детской хирургии Петрозаводского Госуниверситета:

— Мне кажется, если жить по-человечески, ни одну из этих заповедей выполнять несложно. Лично я никогда не желал ни осла, ни дома, ни жены ближнего. Собственно, я никогда не сверял свое поведение с заповедями божьими, меня просто так воспитали в семье. Думаю, что это несложно, если бы все жили, руководствуясь этими заповедями, мир мог бы быть совсем другим.

Эльвира УТИКЕЕВА, актриса Русского театра драмы:

— Не сотвори себе кумира — мне не подходит. Потому что у меня всегда есть кумир, я его себе сотворяю, и со временем прибавляются новые. Дописывать господа Бога — это слишком самонадеянно. У меня сейчас только одна проблема, и хороши все заповеди, которые мне смогут помочь, смогут подарить покой. Моего мужа Дмитрия Утикеева выгнали из театра, а ведь он там работал с первого дня. И то, что он не работает там сегодня, — для меня трагедия. Это заставляет усомниться во многих истинах.

Алексей ЧЕМОДАНОВ, тележурналист:

— Все легко соблюдать. Хотя я, правда, не соблюдаю. Зачем? Добавил бы заповедь: "Не истязай ближнего своего идиотскими вопросами".

Посетителям сайта www.news.rep.ru было предложено ответить на вопрос: "К какому из смертных грехов вы наиболее терпимы?" И вот какие ответы мы получили:

Гордыня.........10%

Зависть.........0%

Гнев............8%

Алчность........1%

Уныние..........18%

Чревоугодие.....45%

Похоть..........18%

В отличие от жителей Ульяновска карелы спокойнее всего относятся к такому греху, как чревоугодие. Почти половина участвующих в опросе признали его наименее страшным. Второе место делят между собой уныние и (!) похоть. Наиболее нетерпимо жители Карелии относятся к зависти и алчности.

Истязали ближних вопросами Саша ДОМИНА, Татьяна ПРОКОПЕНКО